— Турунпы! — выдохнула Докия, выхватывая свой меч, то же самое сделал и Яромир. Ведьмачка пояснила, скривившимся от отвращения Урторио и Карэхите: — Турунпы — падальщики! Обычно живут поодиночке, но если собираются в стаю — то очень опасны! А тут такая большая стая!
— Ага, — согласилась Листик, — вот я тоже думаю — чего их столько сюда набежало? Было же всего несколько! Я им внутренности и остатки козлов скармливала. А что? Куда мне всё это было девать? А так вокруг пещеры чисто.
Девочка повернулась к застывшим у туши дракона турунпам и строго сказала:
— Значит так! Чтоб до вечера мне всё съели! Ну, то, что не съедите, с собой унесёте, но чтоб вони здесь не было! Шкуру — есть нельзя! Её хорошенько вычистить и вон туда положить! Кости не грызть! Аккуратно обглодать, так чтоб чистые были и чтоб скелет не развалился! Чем скрепить? Сами придумайте! Понятно?
Падальщики закивали, а самый большой, стоящий впереди всех, хоть и невнятно, но вполне разборчиво прорычал:
— Сделаем, младшая хозяйка!
Турунпы хоть и с трудом, но прогрызли шкуру дракона на брюхе и с хрустом чавканьем вгрызлись туда, некоторые так увлеклись, что из мёртвого дракона торчали только их задние ноги и кончик хвоста, вонь при этом только усилилась. Люди с отвращением на это смотрели, а Листик, оправдываясь, сказала:
— Они по–другому не умеют. Падальщики и есть падальщики.
Глянув куда‑то верх, девочка позвала:
— Вимина, Вимина!
На зов Листика, ступая по воздуху, словно там была лестница, из крон деревьев спустилась девушка. С зелёными волосами и белой кожей, словно чем‑то изнутри подсвеченной, почти как у Листика, только у девочки кожа была золотистой. В отличие от Листика девушка была одета в короткую тунику, сотканную из листьев и цветов. Девушка остановилась, немного не дойдя до земли, и вопросительно посмотрела на рыжую девочку. Та, сморщив носик, попросила:
— Вимина, ты не можешь этот запах убрать?
— А сама? — вопросом ответила девушка, Листик скривилась:
— Ну, у меня… Ты же видела…
— Видела, запах ты уберёшь вместе с тушей и этими, — девушка брезгливо скривилась, кивнув в сторону пиршества турунпов. Затем Вимина, со словами — «Слушаюсь, младшая хозяйка» взмахнула рукой. Пространство между входом в пещеру, где стояли люди, и тушей дракона, покрылось цветами. Их аромат поглотил неприятный запах. Листик показала девушке язык, а та, покачав головой, укоризненно произнесла:
— Никакого воспитания!
— А чего ты дразнишься, — ответила Листик, — обзываешься младшей хозяйкой?
— А кто ты есть? — улыбнулась девушка с зелёными волосами. — Ветика — хозяйка, а ты младшая хозяйка. Где она? Почему не с тобой?
— Мама погибла, — ответила переставшая улыбаться Листик, у неё на глазах выступили слёзы. Девушка шагнула вперёд и, оказавшись рядом с девочкой, прижала ту к себе. Так они простояли несколько минут, Вимина гладила всхлипывающую Листика по голове и шептала что‑то ласковое. А пришедший в себя Яромир, до этого стоявший в оцепенении, громко прошептал:
— Фея! Фея леса!
Докия молча кивнула, она с благоговением смотрела на девушку, только Урторио недоумённо переводил взгляд с Вимины и Листика на ведьмачку и витязя. Карэхита была занята начавшим приходить в себя Световидом. Обернувшись, она спросил у Светоланы:
— Кто это?
— Вимина, — ответила склавонка, — фея леса! Дух леса! Дух жизни!
Фея ещё раз погладила девочку по голове и отстранилась, вытирая Листику слёзы платком, похожим на большой лепесток цветка.
— А кто мою рубашку забрал? — спросила девочка, переставшая всхлипывать. Фея кивнула в сторону драконьей туши.
— Зачем? — удивилась Листик.
— Съели, решили, что ты её им отдала.
— А чего ж корзинку с ягодами не тронули?
— Так ягоды же ядовитые, — улыбнулась Вимина, — это только ты такие есть можешь, ягодки даже для турунпов смертельны.
— Ага, — кивнула Листик, — а я‑то думаю, чего их столько много здесь растёт и никто не ест. Такие красивые ягодки!
Фея ничего не ответила, поцеловав девочку, растворилась в воздухе. Листик, шмыгнув носом, показала на пещеру:
— Идём, всё равно тут до вечера смотреть не на что, а может и до утра.
В пещере было светло и сухо, запахи если и были, то только приятные. А какие могут быть запахи от варящегося мясного супа. Уже вполне пришедший в себя Световид продолжал лежать головой на коленях у Карэхиты, он и девушка слушали рассказ о прошедшем бое с драконом. Рассказывал Урторио, применив весь свой артистический дар. Слушали, взявшиеся за руки, Светолана и Яромир. Не слушали Докия, варившая суп, и Листик, деятельно ей помогавшая, помощь заключалась в активном нюхание аппетитного запаха, исходившего от варева ведьмачки.
- …и вот отважный Яромир нанёс решающий удар, отделивший страшную голову от ужасного туловища… — рассказывал Урторио.
— Туловище было таким ужасным, что странно, как это голова сама раньше от него не отделилась и не сбежала, — тихонько произнесла Листик и захихикала, она всё же слушала вдохновенного рассказчика. Улыбнулась и Докия, а Урторио закончил своё повествование:
— Со страшным грохотом повалился поверженный дракон на землю!
— Как же он мог повалиться, если он уже был повержен? — тихонько, так чтоб её слышала только Докия, спросила Листик. Ведьмачка так же тихо ответила:
— Это такой приём рассказчиков, чтоб показать тяжесть боя и героизм победителя. Сначала противника повергают, а потом он валится и обязательно с грохотом. Я думала, что такие описания боёв только наши сказители используют, оказывается, такое повсеместно.
— Ага, — согласилась Листик, а Докия позвала:
— Идите кушать, суп готов!
— Как вам удаётся, столько много съесть? — спросил Яромир у Листика, та доедала третью миску супа. — Вы такая маленькая, а…
— Как столько в меня влазит? — хихикнула девочка, сказав то, что постеснялся спросить витязь. Тот только кивнул, а Листик, напустив на себя важный вид, пояснила: — Это потому, что у меня молодой и растущий организм! Вот!
— А не ответите ли, заморская княжна, почему вас знает Вимина, дух склавонских лесов и почему вас слушаются турунпы, называя вас при этом хозяйкой? — не отставал Яромир.
— Наверное потому, что Хозяйкой леса была моя мама, — ответила сразу погрустневшая девочка, ей на помощь пришёл Урторио:
— Видите ли, одно другому не мешает, Листик может быть принцессой, то есть княжной, там и хозяйкой здесь. Как вы убедились её, э–э–э… магические, — Урторио с заминкой назвал новое для себя слово, — возможности выходят далеко за рамки…
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
