Читаем без скачивания Враг с планеты Земля - Владимир Анатольевич Тимофеев

Глава 28

Регент не обманул. Анизотропия действительно не работала.

Герцогиня начала проверять это сразу, как только они возвратились в пространство дома Ван Румий.

О сути явления Ан рассказала Паорэ ещё во время полёта, и баронесса сходу поинтересовалась, случилась ли эта самая анизотропия, когда они прилетели с Флоры на Тарс, а после на Мегадею.

— Я тоже ведь закреплённая, как Дир или Гас, мы это вместе делали, — заявила она экселенсе.

— И я закреплённая, — ответила та. — Но, когда прилетаю на какую-нибудь другую планету, анизотропии там не случается. Вообще говоря, я всегда полагала, это потому что я женщина, а с женщинами эти фокусы не прокатывают. И ты, когда появилась на Тарсе, это правило лишь подтвердила. Хотя об анизотропии я подумала сразу, когда Су сказал, что к нам они целый флот отправляют. Воевать со своими я не хочу, а анизотропия дала бы нам передышку на целый месяц.

— Ну, тогда нам надо попробовать закрепить кого-нибудь из мужчин и отправить его на Тарс, вот и всё.

— У тебя есть инъекции?

— Есть, но… — виновато развела руками Паорэ, — они все для женщин.

— Плохо, — дёрнула плечом Ан. — А в Княжестве что-то осталось? Может быть, надо связаться с Гасом?

— С Гасом? Да, наверное, надо…

С баронством они связались практически сразу. Но Гаса там не обнаружилось, он находился в столице, и чтобы послать ему весточку, требовалось отправить туда почтового голубя, и времени бы на это ушло предостаточно. В итоге Паорэ предложила прыгнуть на Флору через «изнанку», но Ан отказалась:

— Не стоит. Я тут кое-что получше придумала…

Что именно придумала герцогиня, выяснилось через пару минут, когда она вызвала по гиперсвязи Инженерно-Научный центр Мегадеи.

— Рад видеть вас, экселенса! — поздоровался появившийся на экране Роэль.

— Здравствуйте, доктор, — кивнула Анцилла. — Есть пара срочных вопросов.

— Я вас внимательно слушаю, экселенса.

— Помните, господин барон выдал вам для исследований образцы флорианской инъекции закрепления?

— Конечно. Ровно пять ампул. Все с чёрными оголовками. С двумя мы работаем, две в резерве, одну используем как эталон.

— Отлично! — не сумела сдержать эмоции экселенса. — Нам нужны обе резервные.

— Эээ… но ведь экселенц говорил, что это последние… — попробовал отговориться учёный, но довести ему эту мысль до конца Ан не позволила:

— У экселенца этих ампул полно, и я обещаю, что когда он появится, он выдаст вам ещё два десятка. Но чтобы это случилось, сегодня нам надо использовать две имеющихся.

— Но как мы их вам доставим?

— Мне доставлять их не надо. Мне нужны два добровольца, которые прямо сейчас, немедленно отправятся в ближайшую от Мегадеи систему и получат там укол препарата.

— Зачем?! — не выдержал собеседник.

— Доктор Роэль! — повысила голос Анцилла. — Все объяснения после! А пока или вы находите двух добровольцев, или я нахожу их сама, но дальнейшие исследования будут проводить совершенно другие люди. Понятно?..

— Сурово ты с ним, — покачала головой Пао, когда разговор завершился.

— Он меня разозлил, — пожала плечами Ан.

Так или иначе, нужный результат был достигнут. Доктор Роэль сам вызвался в добровольцы и своего флорианского коллегу Тарлепия «соблазнил». Последний, впрочем, ничуть против такого развития событий не возражал, поскольку прекрасно знал, какие плюшки получит от процедуры, да ещё нахаляву.

Сообщение о том, что корвет с обоими учёными на борту уже находится в соседней системе, Ан получила, когда «Варяг» вышел в конечную точку маршрута.

— Колите препарат, а когда он подействует, возвращайтесь, — приказала Анцилла.

Предположение, что анизотропия действительно не работает, подтвердилось, когда «закреплённые» доктора вернулись на Мегадею. Узнав о реальной цели их неожиданного путешествия, Роэль позволил себе слегка побурчать:

— Если бы вы, экселенса, сразу сказали мне, что хотите, я бы вам это и без дурацких экспериментов всё подтвердил. А так только зря препарат извели.

— Ну, почему же зря? — не поддержал коллегу Тарлепий. — Мне, например, процедура понравилась. Чувствую себя просто великолепно. А что до эксперимента, так он всё равно напрашивался. Финальная, так сказать, точка в теории…

Сама же теория, как выяснилось, заключалась в том, что полугодовой давности анизотропия проявилась сначала на Тарсе, а позже на Мегадее, как своего рода ответка Вселенной на первое появление «закреплённого» с Флоры в «обычном» пространстве. Первопроходцами, в этом смысле, стали барон и Гас. Именно на их появление возле массивных космообъектов отреагировала таким образом местная 3d-метрика. А вот потом, когда природа явления стала для пространства привычной, реакция на переселенцев стала гораздо спокойнее, и для поддержания энергобаланса такое сильное средство, как анизотропия, Вселенной уже не требовалось.

— А жаль, — подытожила экселенса рассказ учёного. — С анизотропией нам было бы проще…

На Тарс баронесса улетела на следующие сутки. Одна, без Анциллы, на специально предоставленном боевом корабле. В сопровождении десятка бывших «честных убийц», переправленных на Мегадею ещё три недели назад приказом барона «для дальнейшего обучения и прохождения практики штурмовых действий в составе союзных подразделений».

Как действовать дальше, женщины обговаривали долго и обстоятельно, отвлекаясь только на самые неотложные нужды. Говорила, по большей части, Анцилла. Паорэ, в основном, слушала и запоминала. И чем дольше длилась беседа, тем больше миледи верила в том, что у них и вправду получится. Пусть даже эта вера базировалась лишь на одном достаточно шатком предположении.

С мужской точки зрения, это выглядело иррационально, и Пао была уверена, что Дир строил бы свои планы совершенно иначе, но для неё и для Ан интуитивное ощущение, что они действуют правильно, значило сегодня гораздо больше, чем любые расчёты, основанные на логике, а не на предчувствиях.

Хотя и «соломки» себе они подстелить не забыли.

«Варяг» экселенса сразу же по прибытии отправила в систему Флоры, приказав затаиться там сроком на месяц, а две каюты, свою и миледи — опечатать и не открывать до особого распоряжения.

— Сможешь туда добраться, ежели что? Маяки на борту оставила? — спросила она у Паорэ.