При посредстве ледокола летом возможно продвигаться между льдов в условиях, благоприятных для производства научных наблюдений. Тут могут быть организованы всякие научные изыскания, лаборатории всех родов. Средства самого судна дают возможность доставать на палубу огромные глыбы льда, переворачивать льдины, бурить их до большой глубины и обмерять их самым точным образом. На случай открытия новой земли, на ледоколе могут быть инструменты для точных астрономических и магнитных наблюдений, равно как с большого судна, имеющего хорошие компасы, возможно посредством морской съемки сделать хорошую опись берегов. Глубоководные измерения с большого судна также весьма удобны, и мы даже тралили во льдах. Все это просто, как А, Б, В, и вот почему трудно доказать практичность этой мысли.
Заслуживает внимания то обстоятельство, что ледяные горы остаются к северо-востоку от Шпицбергена, а не проходят вместе с остальными льдами в Гренландское течение. Причина этого заключается в том, что нижняя вода имеет температуру выше таяния, а потому ледяные горы значительно обтаивают. Теплая вода, действующая в этом месте разрушительно на ледяные горы в нижних своих слоях, движется на ENE, противодействуя движению этих гор на WSW вместе с поверхностной водой.
5 (17) августа. В этот день при определении места по способу Сомнера первоначально оказалось, что нас снесло на ESE на 30 миль. Это меня крайне удивило. Правда, линии Сомнера пересекались остро, и горизонт был неясный, тем не менее я не считал возможным совершенно не доверяться обсервации. В 8 ½ часов вечера солнце опять показалось, и вычисление дало совершенно другую линию, согласно которой нас на E не отнесло. Надо думать, что ошибки на высотах произошли от неправильности в наклонении видимого горизонта. Раньше, чем ошибка обнаружилась, я решил отойти на W, и поздно вечером мы остановились, отойдя от ледяных гор миль на 30.
6 (18) августа. В 6 часов утра пошли на Е. С утра видны были Семь островов и на некоторых из них поставленные триангуляционные знаки. В 11 часов утра подошли к густому льду, и я, имея в виду значительно увеличившийся размер повреждений, не решился идти далее. Мы подошли к одному из торосов для обмера его. Сделали станцию, драгировали и тралили. Также подошли к одной из ледяных гор, обмерили ее по поверхности и откололи глыбу льда для исследования. Лед был прозрачен, как кристалл, и вполне однороден. Крепость его оказалась значительно выше крепости соленоводного льда.
7 (19) августа. Утром пошли на W и как только встретили хорошее торосистое поле, то приступили к обмерению глубины его. Работа продолжалась до полудня. В этот день мы делали обмер с самого судна и для этого, сбросив поплавок на одну сторону ледяного поля, обходили вокруг него, травили линь и, придя на противоположную сторону, останавливались, давали линю утонуть и затем тянули его лебедкой переднего крана. Случилось один раз так, что работа эта совпала с глубоководными исследованиями на станции, так что одновременно с правого борта в 4 местах шли работы: на носу лейтенант Ислямов тянул поплавок, на середине инженер Цветков глубокомером Куппера и Витцеля доставал воду с малых глубин; далее в корме лейтенант Шульц глубомером Лукаса доставал воду с больших глубин, а на самой корме доктор Чернышев тралом доставал образцы организмов со дна.
При предыдущих глубоководных тралениях, толстая часть нашего троса закрутилась, и по сей день эту тысячу метров никак раскрутить не могли. Пробовали на ходу выпускать линь за борт, но это тоже не помогло. Дело в том, что закрут каждого троса находится в зависимости от его натяжения. Положим, мы имеем 1000 метров троса, который лежит в чистой бухте на палубе без всяких признаков к закручиванию. Спустим эти 1000 метров в глубину, и мы получим в верхней части троса натяжение в зависимости от веса бухты. При этом натяжении трос несколько раскрутится, а когда затем мы вытащим первые 100 метров наверх, то положенные на палубе без натяжения, они тотчас же закрутятся. Единственный способ, чтобы они не закручивались, состоит в держании линя туго. При нашем устройстве нам сперва не удавалось туго держать линь, и вот причина его закручивания. Такая закрученная бухта в 1000 метров уже несколько дней лежала на палубе. Сегодня мы придумали отличный способ, которым можно с нею покончить. Взяли конец троса и начали наматывать на барабан лебедки, и как только подходило закрученное место, мы сбрасывали с барабана столько шлагов, сколько нужно, чтобы трос раскрутился. Этим способом в час времени сделали то, чего в несколько суток перед тем не могли сделать.
В полдень окончили работы по тралению, драгированию и измерению льда, и, выйдя из льдов, пошли на W к острову Амстердам и далее. Хочется подойти ко льдам на параллели Амстердама и сделать там глубоководную станцию.
В 9 ½ часов вечера мы были по западную сторону острова Амстердама, сделали тут станцию № 30, тралили и получили гидроид, звезд и пикногонов. Пошли далее на W.
8 (20) августа. Утром подошли ко льдам, и оказалось, что они тянутся языком на N и S, а затем уже находится настоящий лед. Сделали здесь станцию № 31. Глубина 2857 м, и трал принес губки, голотурии и ракообразных. Температуры воды в разных слоях оказались распределенными весьма интересно. На поверхности – 0,2, на 10 м +2,5, на 25 м то же самое, а затем температура постепенно уменьшается, и на 50 м она равняется +0,7. С этой глубины температура резко меняется, на 60 м +2, на 70 +2,4, а затем она постепенно начинает падать, и с глубины 2000 до дна температура –1,1. Удельный вес поверхностной воды 1,0248 (3,25 %), на 10 м 1,0262 (3,44 %), а затем удельный вес постепенно возрастает. На 70 м, где наивысшая температура, удельный вес – 1,0270 (3,54 %), и таким он остается до самого дна. Работа на станции была окончена после полудня. Затем мы фотографировали ледяные поля и, окончив эту работу, вышли из льдов и направились в бухту Адвент.
Две картины, помещаемые здесь, представляют момент выхода из льдов. Снимки сделаны с лотовой площадки с левого борта, так что на правой стороне картины видна носовая часть ледокола. Вдали открытая вода и за ней полоса тумана. На первом фоне лед в ослабленном состоянии. На фигуре 104 видна трещина, образовавшаяся от напора ледокола, и в ней льдина, которую напором поставило в вертикальное положение. Фигура 105 представляет тот же вид, но когда образовавшаяся трещина значительно открылась.
9 (21) августа. Вскоре после полудня пришли в бухту Адвент и застали на якоре пароход «Вирго» и яхту принца Монакского «Princesse Alice». Ко мне тотчас же приехал командир яхты заявить, что Его Высочество желал бы осмотреть ледокол. Я отправился сам на яхту принца и был принят чрезвычайно любезно. Принц Монако уже более 10 лет специально посвящает все свое время вопросам океанографии. Это уже третья яхта, которую он построил исключительно для глубоководных исследований. Она значительно больше обеих предшествующих яхт, и на ней все глубоководные устройства сделаны по проекту самого принца и представляют воистину последнее слово науки. Тут вы видите то, что создавалось путем продолжительного опыта, умелой настойчивости и знания. Лаборатория по богатству обстановки и рациональности устройства заслуживает самого подробного описания. Тут приспособлены удобства для всяких изысканий по химии и биологии. Глубомер на яхте принца стоит в рубке и прекрасно защищен от непогоды и брызг. Принц давно уже перешел от тонкой проволоки к тонкому тросику и говорит, что совершенно этим доволен. Для драгирования на яхте у передней мачты имеются две стрелы, и стоит сильная лебедка, которая выбирает трос. Сзади нее помещается огромная, солидно устроенная вьюшка, которая приводится в движение электричесчтвом. Автоматически действующая вилка распределяет трос по всей поверхности вьюшки, держа трос в постоянном натяжении, так что закручивания не происходит. Я видел своими глазами этот трос, он обдержан, видно, что он тут не для показа, а для дела, и, тем не менее, на тросе нет ни одного попорченного места.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
