— Эй, ты в порядке? — трогать это противно, как нечто грязное и чуждое. Я бросаюсь в коридор в поисках источника света, а там прямо в центре сверкающей дородки — обычный армейский фонарик, непонятно как попавший сюда. Хватаю фонарик и вновь- к нему, к ней?..
Мешкаясь, все же включаю свет и узнаю. Узнаю темные волосы, смугловатую кожу, разрез остекленевших вытаращенных глаз, распоротые вены и горло, широкую кровавую полосу по груди и ниже… Я узнаю себя.
— Айра… — зовет издалека голос. — Айра, лысый пилот! Айра, это сон, все хорошо. — Меня потрясли за плечи, окончательно выдернув из этого кошмара.
— Сэм? — буквально вытолкнула из себя, задыхаясь, словно от быстрого бега. — Ты чего здесь… И где это здесь? Сколько времени?
— Спокойнее. Ты все там же. Врач вколол тебе успокоительного пополам со снотворным, так что часов шесть ты проспала.
— А что ты здесь делаешь? — устроившись чуть повыше на кушетке, подозрительно спросила я.
— Пока ты валялась в отключке, сюда, наверное, половину полиции Конфедерации согнали, — хмыкнул мужчина, — так что ничего без тебя не случится.
— Я, пожалуй, пойду, там уже допросы… — начало было я.
— Лежать! — рыкнули на меня так, что идти куда бы то ни было резко перехотелось.
— А… а… а где Мэрк? — спросила первое, что пришло в голову.
— Вроде бы на допросе…
— Где он, Сэмми? — переспросила я, злым шепотом. Голос на радостях от такой новости исчез.
— Успокойся, у него автономка. Врачи просто приехали и запустили ее. За полчаса как новенький.
— А остальные мои… пациенты.
— Глава медицинской помощи искренне восхищался врачом, который цитирую: «При таких условиях сумел оказать качественную медицинскую помощь стольким пациентам». А когда ему Стрела ехидненько сообщил, кто именно эту самую помощь оказывал. Видела бы ты лицо этого врача… — я даже покраснела. Однако, надо было идти в медакадемию на врача, а не следователем становится, но нахлынувшие чувства быстро отхынули:
— Хватит мне зубы заговаривать, Сэмми! Что там, — я некультурно ткнула пальцем в дверь, — происходит?
— Следственные мероприятия: опечатывание имущества, отправка задержанных в блоки временного заключения, составление голографических проекций с мест убийства, изъятие фото и видео материалов, — нудно забубнил психолог.
— Сэмми, я и сама прекрасно знаю, что такое следственные мероприятия, — недовольно поморщилась я. — Конкретизируй.
— Ну, сразу после Нира прибыл глава Департамента государственной безопасности, генерал Одлер… — казалось, что я сейчас зубами буду скрипеть от злости и досады. Именно милостью генерала Одоера количество звёзд на моих погонах уменьшилось. И вот, их светлость здесь, чудесно!
— Что еще? — недовольно поинтересовалась я. Психолог посмотрел в потолок. Я тоже посмотрела, но ничего интересного не обнаружила, затем его взгляд метнулся к встроенным прозрачным шкафчикам с медикаментами. Секунд сорок мы таращились на эти шкафчики и, наконец, моя хрупкая психика не выдержала.
— Ну, что еще стряслось, о чем ты не желаешь мне сообщать?!
— Подполковник Мэрк посчитал за наилучший выход избежать вашей встречи с генералом. И так как генерала изолировать нельзя…
— Он изолировал меня, прикрывшись заботой о моем плохом самочувствии. — в сердцах стукнула я кулаком по стене. — Значит, он не хочет скандала в последнем акте. Ну да, зачем портить впечатления начальства о блестяще проведённой операции, когда можно просто запереть нас здесь. Кстати, а ты здесь что забыл? Тоже генералов на место ставил?
— Нет, потом Мэрк подумал и сказал, что нужен человек, который отвлечет и успокоит тебя в первые полчаса.
— А потом что? — злобно пропыхтела я.
— А потом… — красивым жестом Сэм неизвестно откуда извлек стопку бумаг и формул для заполнения. — Мэрк просил передать, что если дня через два с этим управимся, чтоб постучали в стенку, он свои принесет.
— Шутник! — фыркнула я. — А ты побудешь моим секретарем, да?
— Тебе вообще противопоказано напрягаться, так что да. — кивнул психолог. И так, как делать было нечего, мы начали это мутное и бесперспективное дело- заполнение всех бумаг.
— Таким образом, опираясь на показания свидетеля и соучастника преступления… — нудно диктовала я измотанному мужчине завершающий отчет, как дверь нашей принудительно-добровольной тюрьмы открылась.
— Ну как вы тут, не скучаете? — на пороге стояла святая троица, нет, не «темное, светлое и нефильтрованное»: друг козлорогий, гад бессовестный и идиот стукнутый. Грэгори, Стрела и Мэрк, в общем. За их спинами я разглядела еще одну парочку: Манипулятор и Стажер. Откуда-то из коридора раздались недовольные голоса:
— Эй, ребята, давайте быстрее проходите, мы тоже жаждем лицезреть нашу розу прихворавшую. — и обровцы здесь! Мои губы слегка разъехались в улыбке.
— Не галдеть, заходить организованно! — раздался бас невидимого полковника.
— Товарищ полковник, экий вы хитрец, первым хотите оценить прелести капитана в ночнушке? — голос Дэнчика я узнаю из тысячи. Лично для меня лежание перед Сэмми в закрытой больничной рубашке, было нормальным, а до Мэрка, похоже, только дошло, в каком я виде. Радостная улыбка сползла и он попытался оттеснить напирающую толпу, жаждущую, как оказалось тела, а не прекраснейшей капитана Дин. Не тут-то было! С галдежом первые ласточки, то бишь все тот же Дэнчик и Жека, ворвались в медотсек. А ща ними поспешили и остальные. В полминуты просторная комната превратилась в тесную. Мне поведали о всем изъятом, обо всех задержанных и арестованных и о том, что Департамент (жлобы!) захотели забрать наше дело, да полковник не дал. Выяснилось, что часа через три мы отправляемся обратно на Кернию, а Мэрк и его люди — на Землю. Допросы по убийствам будут вестись совместно, однако по закрытию дела и передачи материалов в суд на всех участников операции наложат блок, касательно убийств.
Наконец, обровцы, ушли, каждый посчитал своим долгом хлопнуть меня по плечу, которое посте этих экспрессивных выражений чувств начало побаливать.
— Стажер, ну ты как? — оживившись немного, повернулась я к Юнгу.
— Айра Вячеславовна, меня тут господин Ронски к себе на практику пригласил, пока вы болеете. Я узнал, если официальный руководитель разрешит, то это…
— Нет! — решительно отказала я.
— Да почему?! — обиделся парень.
— Знал, к кому идешь, так что через полгода иди куда хочешь, а пока — изволь. Тебе еще отчёты и докладные записки составлять, вот этим и займешься, пока я болею! Приступать можно прямо сейчас! — за раз обиженным лейтенантом хлопнула дверь.
