Радикал-либералы понимали, что население России не поддержит никаких новых попыток «шоковой терапии». Поэтому некоторые из них предлагали Владимиру Путину воспользоваться не просто авторитарными, но тоталитарными методами для осуществления нового цикла радикальных экономических реформ. Особенно настойчиво советовал Путину использовать чилийский опыт генерала Пиночета (сочетание «рейганомики» и «тэтчеризма» с диктатурой) президент «Альфа-банка» Петр Авен. По словам банкира, он имел возможность несколько раз беседовать на эту тему с Владимиром Владимировичем.
Есть свидетельства того, что Путин внимательно ознакомился с предложениями либеральных экономистов. Показательно, что он назначил своим экономическим советником экономиста Андрея Илларионова, который в прошлом ясно обозначил свою принадлежность к праволиберальному лагерю. Однако В. Путин также ясно заявлял, что он отвергает любую идею о диктатуре, о насилии, о шоковой терапии и о новой революции, что он будет проводить такие реформы, которые предусматривают создание «управляемой рыночной экономики» и предполагают сохранение социальной стабильности.
В виде солидной книги была опубликована программа, созданная влиятельной независимой организацией «Совет по внешней и оборонной политике». Над этой книгой под названием «Стратегия для России: повестка дня для президента 2000» трудились четырнадцать месяцев более сорока экспертов, возглавляемых Сергеем Карагановым. Разумеется, обширная экономическая программа имелась и у КПРФ. Эта программа была разработана группой квалифицированных экономистов, возглавляемых Сергеем Глазьевым, в работе принял участие и бывший руководитель Госплана СССР Юрий Маслюков.
Как известно, в январе 2000 года, по поручению Владимира Путина над созданием программы для него как будущего Президента России начал работу возглавляемый близким президенту экономистом Германом Грефом Центр экономических разработок, созданный еще в 1999 году. Над документом «Стратегия развития России до 2010 года» работали десятки экономистов разных направлений. Документ был вчерне готов к концу апреля 2000 года, и разные его разделы обсуждались в российской печати. Однако программа, разработанная под руководством Г. Грефа, подверглась очень сильной критике в левой печати и не была принята в качестве основы для деятельности правительства, хотя сам Греф вошел в состав кабинета как министр экономики.
В основу деятельности правительства была положена отнюдь не исчерпывающая и лишенная какой-либо определенной идеологической окраски компилятивная программа неотложных мер на ближайшие один-два года. Такую же рабочую программу неотложных мер подготовил и В. Путин, изложив ее в специальном послании Президента Российской Федерации к Федеральному собранию, с которым он выступил в Кремле 8 июля 2000 года. Путин и в этом случае показал себя политиком прагматического типа, для которого любая программа — это подспорье, а не закон. Еще Карл Маркс, критикуя программу одной из ведущих социал-демократических партий Европы, заметил в письме к Фридриху Энгельсу, что в конечном счете любой реальный шаг вперед «нашего движения» важнее тысячи программ. Думаю, что эти же слова мог повторить и Владимир Путин.
Экономика России, доставшаяся стране в наследство от Советского Союза, слишком сложна и неоднородна. Она развивалась столь неравномерно и на основе столь различных принципов, что ее нельзя перестраивать и развивать дальше на основе каких-то строгих и стройных «научных» программ. Не может существовать в наших условиях единой программы по развитию оборонных отраслей и по развитию сельского хозяйства — эти программы должны составляться отдельно. Даже в нефтяной и газовой отраслях имеются существенно разные условия и структуры собственности, которые требуют к себе разного подхода и руководства. Неодинаковы условия для развития рыночных отношений в российской внешней и внутренней торговле, в производстве товаров народного потребления и в производстве электроэнергии. Россия оказалась конкурентоспособной в строительстве атомных электростанций, но не в текстильной промышленности. Наша страна производит много целлюлозы, но отстает в развитии полиграфии. В 1990-е годы с переходом к рыночной экономике эта неравномерность в развитии разных отраслей и разных регионов страны не только не сгладилась, но, пожалуй, еще более возросла.
К сожалению, недавние лидеры России знали о путях и принципах построения в стране рыночной экономики и капитализма не больше, чем Сталин или Брежнев знали о путях построения советского социализма. Положение страны не безнадежно, но простых решений и прямых путей к успеху не существовало. Сегодня в России одновременно, но в разных направлениях действуют сотни факторов. Есть факторы столь негативные, что определиться в нашем к ним отношении нетрудно. Рост преступности всех видов, наркомания, проникновение криминальных структур в институты государственной власти, незаконный вывоз капиталов, утечка умов, разрушение технологий и научных школ, ухудшение показателей питания и здоровья народа, падение уровня образования, безнадзорность и нищета, упадок театров, музеев и библиотек, развитие сепаратизма и экстремизма в разных регионах России — все это как пробоины в днище корабля, их нужно постоянно заделывать.
Ни одно государство, независимо от общественной системы и экономического строя, не может мириться с углублением подобных процессов, как оно не мирится с разрушениями от природных катаклизмов. В России есть много факторов, положительное значение которых столь очевидно, что определиться в их отношении также нетрудно. Огромные природные ресурсы страны, образованность и квалификация значительной части населения, немалое число сложных производств, уникальных научных центров и конкурентоспособных предприятий, выгодное географическое положение страны, накопленные за столетия национальные и культурные ценности, рост национального самосознания, расширение возможностей для предприимчивости и инициативы, достоинства языка — все это опоры и несущие конструкции, которые продолжают поддерживать здание российской государственности, экономики и национальной общности граждан.
Однако многие факторы, с которыми приходится считаться как гражданам, так и государству в целом, не могут оцениваться однозначно. Так, значительная часть теневой экономики возникла в России не в результате внедрения в экономику криминальных структур, а как естественная реакция на хаос и произвол, некомпетентность и слабость власти, коррупцию и отсутствие нормального экономического законодательства.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
