звездное небо за окном все прокручивал в памяти сегодняшний день.
— Сань, — позвал из темноты Антон, — Ты уверен, что Румянцев ничего не замышляет?
— Да.
— Откуда ты знаешь? — подключился Вася.
— Знаю и всё. Вы не слышали, как его папаша там орал в министерстве. Он же Юрку из дома выгнал, и колотить начал, да Быков вступился.
— Чего?
— Да!
— Быков тому навалял что ли?
— Не пришлось. Он направил на Румянцева Палочку и тот сразу свалил.
— А Быков-то как? Ну, там, в министерстве?
— Сначала я думал, что ему вообще фиолетово на это слушание, а оказалось, это он помог Юрке в министерство добраться. Но мы с Юркой так и не допенькали, как и когда он всё это провернул.
— Да, дела…
— А еще, пока мы Быкова ждали в министерстве, со мной один тип заговорил. С виду улыбчивый такой, а глаза злющие и так и шныряют. Спросил про Дашку, мол, как чувствует себя и все такое.
— А ты чего?
— Ничего. Пока глазами хлопал — я ж не знаю, кто это, — появился Быков и перебил мое мычание. Он отвел того в сторону и вернулся через минуту уже один. А нам сказал, что это замглавы манидефенсоров Берг, и что с ним лучше рта не открывать.
— Как думаешь, что ему надо-то было?
— Да кто его разберет,… может тоже охотник до Ритуала…
Напряженное ожидание дисциплинарного слушания очень вымотало ребят эмоционально и теперь, когда все так удачно разрешилось, они испытывали искреннюю радость и огромное облегчение.
Субботнее утро порадовало ярким солнцем и легким морозцем. После завтрака ребята в приподнятом настроении отправились в парк на прогулку.
— Классная погода, — Кирилл прищурился от слепящего солнца глядя на Круглозерск с высокого берега. Городок, припорошенный снегом, выглядел просто волшебно. — Может, сгоняем?
— Не дразни, — покачала головой Даша, — Нам четверым Быков запретил…
— Да чего вы, крепостные что ли? — нахмурилась Елена.
— Ну, типа мы сироты и до совершеннолетия можем выходить за территорию школы только с провожатыми, — быстро соврал Вася.
— Жаль, конечно,… — погрустнела Ольга.
— Да ладно, вы-то идите! — улыбнулась Даша, — Только без большого торта обратно ни ногой.
— Ага, и медовуху откупи — отдать-то надо, — Саша сунул Кириллу несколько монет. Потом достал еще денег и снова с надеждой глянул на Кирилла, — А два ящика допрёте?
— Допрём, допрём, — засмеялся Артем. — Пока ты в министерстве прохлаждался нам профессор Лютиков буксировочные легкочары давал. А с ними хоть слона из Круглозерска притянуть можно.
— Смотри, ща покажу, — Кирилл направил Палочку на большую кованую скамью, — Сэкьюфэцилис! — но она, лишь слегка качнувшись, осталась на месте, — Ну как-то так, короче,… — он смущенно засмеялся.
Проводив ребят до парадной лестницы, четверка в сопровождении Иннокентия отправилась посмотреть, как Даша тренируется. Друзья расположились на теплых подушках в ожидании, пока Даша переодевалась и настраивала СОМ. Но уже спустя пару минут от начала заезда ребята были на ногах, переживая за гонщицу. Саша давно не видел Дашу в деле, а Вася и Антон небыли на её настоящих тренировках ещё никогда, поэтому находились в полнейшем недоумении от увиденного.
Дашка после круга разогрева понеслась с немыслимой скоростью, оставив почти всех соперников далеко позади. Хоть трасса и была настроена на второй уровень сложности, у ребят временами перехватывало дыхание. Когда на пути Даши взвились вверх огненные фонтаны, Саша даже зажмурился, не в силах на это смотреть. Ловко уворачиваясь от липких тяжей и выскакивающих из земли каменных столбов, Даша казалось, проходит трассу играючи, получая от этого настоящее удовольствие. Начиная с одиннадцатого круга, на трассе осталось только трое спортсменов, но никто не хотел уступать. Огромные шипастые рамы с проносящимися в них лезвиями чуть не довели Сашу до нервного срыва — так сильно он переживал за сестру.
В итоге Даша закончила тренировочный заезд второй, и профессор Лютиков вне себя от счастья долго тряс её руку, осыпая смущенную девушку комплиментами:
— Это,… молодец! Ты лучшая,… моя ученица за многие годы! Как ты лихо обошла Якова на третьем! Молодчина! А арка на седьмом! Как в стоячую ведь прошла! Умница! Вот Александр, а вы были против! — профессор повернулся к Саше.
— Да я уж смирился, — ответил он с улыбкой, глянув на сестру, — Надо только защиту ей хорошую справить. Можно через вас у Игната Савельича что-то заказать? Мы бы и сами, но нам в город нельзя.
— Будет вам Дарья комплект защиты, — подмигнул профессор, — Посмотрим, может, и очки с подогревом справим!
После того, как Даша переоделась, друзья решили еще немного прогуляться. Яркое солнце, отражаясь в миллиардах свежих снежинок, слепило глаза. Морозный воздух бодрил, придавая сил. Летящий высоко самолет, оставляя четкий белый след, разрезал чистое небо на две части, напоминая ребятам о существовании «остального» мира.
— А думаете оттуда школу видно? — кивнула Даша на быстро удаляющийся лайнер.
— Может и видно,… Слушай, Дашуль, — Саша приобнял сестру за плечи, — Ты сегодня гоняла — просто супер! Но мне показалось или нет, что ты начинаешь отклоняться от препятствия еще до того как оно появляется?
— Да ерунда, — отмахнулась Даша.
— Не-е-т! — поддержал Сашу Вася, — Я тоже заметил пару раз.
— И я, — кивнул Антон.
— Ладно, — с деланной обидой в голосе сдалась Даша, — Налетели-то коршуны! — и уже озадаченно, — Че, правда, сильно заметно?
— Ну, так,… было несколько раз. А как ты узнаешь-то?
— Я, правда, не могу объяснить. Просто знаю и все. После той конфеты меня теперь часто накрывает. Я поначалу очень боялась этого, но теперь почти привыкла. То тетрадку кому отыщу, то профессора от обрушения спасу, то еще чего-нибудь, но в основном конечно по мелочи. А на трассе, наверное, в сильном стрессе, я чувствую наперед все, на несколько секунд.
— Да, дела…
Ребята неспешно подходили к огромной стеклянной оранжерее. Иннокентий, выспавшийся на теплой подушке на стадионе, бодро бежал впереди, распушив свой хвост и виляя «пушистыми штанишками». Вдруг кот резко замер, повернулся боком и, зашипев, выгнул спину. Друзья быстро достали Палочки и почти остановились, когда из-за пышного молодого кедра показалась профессор Астролябова. Дойдя до развилки дорожек, она встала, явно дожидаясь четверку. Ребятам естественно не хотелось встречаться, а тем более разговаривать с этим неприятным человеком. Но деваться было некуда. Не развернёшься же демонстративно в четырех метрах от любимого куратора.
— Гуляем, молодые люди? — кивнув, проскрипела она, когда друзья поравнялись и поздоровались с нею, — Погода прекрасная. Ничто не может омрачить такой день. Разве только угрызения совести, — она вперила темные глаза в Сашу и перешла на шепот, — Я не понимаю, каким образом, вам юноша, удалось избежать заключения в
