— Конечно, — кивнул он. — Я передам.
— Как только в Академии появится кто-нибудь из некромантов, дай мне знать. Нам выпал хороший шанс дополнительно защитить город, и мы должны использовать его, пока генерал Гвинта будет рассчитывать свой следующий шаг.
— Вы думаете, он вновь заявится в Трир?
— Мы не можем знать, какими будут его дальнейшие решения. Но пока Лукасу с моей помощью удаётся водить за нос Высший Совет, мы можем рассчитывать на короткую передышку. В этом я уверена. Я буду просить Гаэласа собрать силы Гильдии призывателей в Академии.
Графиня вернула на место вуаль и ушла, оставив после себя едва уловимый аромат горьковато-свежих духов. Велиор прикрыл дверь и вновь остался в одиночестве. Сначала он пристроил пачку писем на комоде, затем переложил на подоконник, за штору. Спустя четверть часа хотел сжечь их в камине, но не посмел: всё же они были предназначены Лизе, а ему следовало только передать их. Не обязательно из рук в руки, можно оставить, например, на её столе или кровати. Наверняка она захочет забрать что-то из своей бывшей комнаты, поднимется к себе и увидит письма.
Эльф повернул в замке скрипучий ключ и вошёл в спальню Лизы. Он ничего не трогал здесь с того самого дня, лишь иногда приходил сюда, чтобы предаться воспоминаниям.
Стопочки книг и тетрадей покрылись тонкой пылью, на спинке стула висело домашнее платье, из-под кровати выглядывали мягкие тапочки. Всё это принадлежало той хрупкой и нежной Лизе, которую он когда-то знал и которой больше нет. Сердце Велиора разрывалось, когда он представлял любимую в объятиях Келларда.
— Тебе нескоро понадобятся учебники, — прошептал эльф, касаясь затянутых в потёртую кожу обложек. — Наверняка всё время уходит на заботу о малышке…
В голове не укладывалось, что пока он был заточён в Академии Трира под магическим куполом искателей, Лиза не просто успела спастись и разыскать эльфов, но и забыла его, полюбила другого и даже родила ребёнка. Велиор в сотый раз за прошедшие сутки бросил взгляд на висящий на стене календарь — круг, расчерченный на сегменты-месяцы.
Выходило так, что его Лиза забеременела вскоре после захвата Трира. Потеряла память от пережитого шока, а отец воспользовался этим? Решила, что Велиор мёртв, и утешилась с другим? Или же… или Келлард вновь связал её чёрными приворотными чарами, как было с Доннией? И где теперь Донния, что сталось с ней?
— Ты дважды забрал у меня самое дорогое, — глядя в пустоту, прошептал эльф, обращаясь к родителю. — Третьего раза не случится. Теперь я отберу у тебя тех, кто тебе небезразличен. Они предадут тебя и… разорвут на куски. А я посмотрю на это! Полюбуюсь на то, как тебя будут жрать твои бывшие слуги!
Верные тени Келларда, Никс и Данэль, должны были стать этими предателями. Отвернуться от хозяина и подчиниться молодому Велиору. Более того, он хотел, чтобы сумрачные твари возненавидели того, кто использовал их в своих целях долгие годы. Накинулись на него без всяких сомнений!
Ненависть переполняла мага, и он не стал надолго задерживаться в покоях Лизабет, вернулся к себе и вновь занялся заклинаниями. Тёмный дар горел внутри Велиора яростным огнём, когда он вычерчивал на паркете магические символы и разрывал теневую завесу, чтобы призвать слуг отца. Он заполнил кровью два ритуальных сосуда, без всякого сожаления порезав обе руки. Знаки призыва вспыхивали под его заклинаниями, воздух колебался от концентрированной магии, но проклятущие тени никак не хотели являться на зов.
— Их ты тоже приворожил, да, отец? — набирая новую порцию крови, спросил Велиор у теневого облака. — Ты ведь учил меня, что демонам неведомы любовь и верность. Они будут служить тому, у кого достанет сил удержать их. Думаешь, я слаб? Думаешь, не сумею отомстить тебе за Лизу?!
В бесплодных попытках призыва прошло ещё двое суток. Другие тени послушно являлись на зов Велиора, но он сразу же отпускал их и возвращался к плану мести. Лихорадочное возбуждение и пожирающая сердце злость не давали ему остановиться. Он не спал и ничего не ел, лишь изредка прикладываясь к кувшину с водой и глотая зелья, восстанавливающие силы.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})
Пару раз ему приходилось прерваться, чтобы помочь друзьям Агаты сориентироваться в Академии: теперь в нескольких спальнях преподавателей размещались люди, принявшие вампирский дар. Их превращение ещё не завершилось, поэтому разгуливать по улицам города обращённым аристократам было опасно.
Кое-кто из вампиров поглядывал в сторону Велиора с неприкрытым интересом: тёмный дар в крови мага казался им величайшим лакомством, но попыток нападения они не предпринимали. Графиня Флеминг не простила бы подчинённым подобного безрассудства, и они изо всех сил старались держать себя в руках. Быстро разобравшись с поручениями, эльф возвращался к себе и продолжал вычерчивать на полу формулы и разрывать завесу в надежде украсть своенравных теней у Келларда.
Наконец, этот миг настал. Никс, а следом за ней и Данэль с возмущённым шипением проявились в комнате Велиора. Настойчивость мага и кровь, так напоминавшая кровь бывшего хозяина, сделали своё дело. Остаток ночи эльф провёл, давая теням простые приказы, чтобы удостовериться: они готовы служить ему верно. Демоны ухали, скрипели и выражали негодование, но слушались безупречно. Приказав теням охранять открытый в соседней комнате теневой портал, ведущий на Дорогу мёртвых, Велиор обработал раны, отмылся от крови и сменил, наконец, пропахшую потом и зельями одежду.
Мысли о Лизе настойчиво проталкивались в его сознание, и он подумал о том, чтобы принять снотворное и забыться долгим сном. И всё же ему хотелось думать о ней, как ни больно это было признавать. Ненависть к отцу заставила Велиора позабыть о том, что Лизабет, возможно, не виновата в сложившейся ситуации, а уж малютка сестра и подавно. Усталость брала своё, но эльф упрямо держался на ногах, стоя перед окном. Рванувшись, он распахнул осевшие за зиму створки и подставил лицо холодному ветру, дующему с Вечных гор.
И тут сработал портал — раздался хлопок, взвыли притихшие тени, встречая гостя, пришедшего Дорогой мёртвых. Велиор ожидал увидеть Гаэласа или кого-то ещё из оставшихся в живых магистров-некромантов, но на пороге его покоев стояла светлая жрица Ньир с младенцем на руках.
— Донния? Ничего не понимаю… — пробормотал Велиор. — Как ты прошла через сумрак?
Тени шипели за спиной жрицы, как будто были изумлены не меньше нового хозяина.
— При помощи инвертера. — Она разжала пальцы, показав сверкающий проволочный шарик.
— А ребёнок? — помотав головой, спросил эльф.
— У моей дочери тёмный дар, как у твоего отца. Мы с Келлардом теперь муж и жена, а это Вейя, твоя родная сестра. Она родилась чуть меньше месяца назад. Я могу войти или твои новые слуги попытаются убить нас?
Донния пронзила Велиора строгим взглядом чисто-голубых глаз. Её светлые волосы были убраны в причёску, какие носят в эльфийском королевстве замужние женщины, — высокий пучок, сколотый серебряными шпильками.
— Проходи, конечно, — обескураженно прошептал Велиор, прикрыл окно и приказал теням вернуться к порталу.
— Твой отец не хотел отпускать меня одну, говорил, что ты сошёл с ума… Украл его теней.
— Нет, тогда ещё не сошёл, — с трудом произнёс он, запустив руку в волосы и пытаясь разом вместить в себя всё, что сказала жрица. — А вот сейчас, кажется, сойду.
— Сядь и послушай меня, Велиор.
Он покорно приземлился в кресло, сжав подлокотники похолодевшими пальцами.
— Не надо, я уже… уже всё понял. — Он замолчал, пытаясь прийти в себя.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})
Донния нежно поправила на малышке одеяло, прижимая её к груди. Вейя нехотя приоткрыла глаза, зевнула.
— Просыпайся, — шепнула ей жрица, и девочка тихонько улыбнулась.
— Можно мне посмотреть на сестру?
— Да. — Донния присела рядом с Велиором, и тот осторожно коснулся крошечной ручки, которую Вейя высунула наружу.
— Она твоя дочь, правда твоя? — подняв отчаянно блестящие глаза, переспросил он.
