В экономике и во внешней торговле Египта огромное значение имело производство папируса, своеобразной бумаги древнего мира, обслуживавшее в античное время все делопроизводство и интеллектуальные запросы читающей публики всего Средиземноморья, особенно в эллинистическое время. Птолемеи превратили производство этого писчего материала в царскую монополию и наделили его изготовителей значительными привилегиями. То же касается и работников мастерских, производивших льняные ткани. Посевные площади под выращивание этой важной технической культуры были значительно расширены, а весь технологический процесс изготовления тканей находился под строгим государственным контролем.
Сохраняло свое значение и животноводство, в основном разведение мелкого рогатого скота и свиней, а также охота и рыбная ловля, либо регулируемые государством, либо отдаваемые в аренду отдельным откупщикам. Крупный рогатый скот по-прежнему использовался под тягло в земледелии.
Богатство страны различными минеральными ресурсами, многовековые традиции ремесленного мастерства в сочетании с достижениями античной техники значительно способствовали развитию ремесленного производства, ориентированного как на внутренние запросы, так и на экспорт. При этом доходы от экспорта и контроля над транзитной торговлей все же уступали доходам казны Птолемеев от сельского хозяйства.
Ремесло в основном было сосредоточено в городах, причем, в отличие от сельского хозяйства, здесь широко применялся рабский труд. В земледелии труд рабов не играл определяющей роли, по сравнению, например, с трудом царских земледельцев, зато он превалировал в ремесле птолемеевского Египта, так как оно, особенно в городах, носило высокоспециализированный характер и было ориентировано на массовое производство. Так, в Александрии высокого уровня развития достигло судостроение, строительство жилых и общественных зданий, изготовление металлической и керамической посуды, тканей, мебели, ювелирных изделий и т. п. Однако эта высококачественная ремесленная продукция чаще всего становилась объектом экспорта или потребления наиболее зажиточными слоями городского населения. На сельской же территории, при наличии незначительного сектора собственного ремесленного производства, направленного на изготовление минимума самых необходимых в быту предметов потребления, безусловно преобладало земледелие.
Основатель царства, Птолемей I Сотер (305–282 гг. до н. э.), в области внешней политики проявил себя как талантливый правитель и искусный политик. Характерно, что он оказался единственным из диадохов, умершим собственной смертью. Птолемей I предпринял энергичные меры по завоеванию территорий, прилегающих к границам его государства. В этом проявлялись не только его агрессивные намерения, присущие любому эллинистическому владыке, но и желание обеспечить безопасность государства в Средиземноморье. Опорой его внешнеполитических действий было сильное войско, состоящее из македонцев и греков, организованное по македонскому образцу. Привлекал он и греческих наемников, однако представители местного, египетского населения в регулярной армии не служили, так как не были обучены по принятому в эллинистическом мире образцу. Лишь со временем эта ситуация несколько изменится, но это будет значительно позже.
Еще в период войн диадохов Птолемей первым понял неизбежность распада громадной и непрочной державы Александра. Утвердившись в Египте, он подчинил своей власти Киренаику (северо-восточная часть современной Ливии), завоеванную еще Александром, вторгся в Сирию и Финикию, попутно захватил Кипр, богатый медью и строевым лесом.
Сын Птолемея I Сотера Птолемей II Филадельф (283–246 гг. до н. э.) и внук Птолемей III Эвергет (246–221 гг. до н. э.), продолжая ту же политику, распространили свою власть на ряд городов Малой Азии и островов Эгейского моря. В середине III в. до н. э. Египет располагал сильнейшим военным флотом и играл ведущую роль в системе эллинистических государств. Основными противниками Птолемеев были правители и Македонии, и Селевкидского царства, а также, особенно в Малой Азии, цари менее значительных эллинистических государственных образований (например, Пергама, Вифинии и др.).
В период царствования Птолемея II Филадельфа обострились отношения с Селевкидским царством. Стремление обеспечить поступление доходов с территорий т. н. Келесирии (области Южной Сирии и Финикии), захваченной Птолемеем I после битвы при Ипсе, а также закрепить за собой находившиеся здесь торговые и стратегические базы вылилось в череду войн, получивших название сирийских. Первая сирийская война (274–271 гг. до н. э.) началась с мятежа в Киренаике, поддержанного Антиохом I Селевкидом. Птолемею II удалось подавить это выступление и, перехватив инициативу, одержать ряд побед в Сирии и на побережье Малой Азии. Вступление царя эллинистической Македонии Антигона Гоната в войну на стороне Антиоха I изменило ситуацию, и Птолемей согласился на заключение мира. По его условиям Египет не только сохранял свои прежние территории, но и получил ряд городов на южном побережье Малой Азии. Одновременно Птолемею II удалось склонить на свою сторону население ряда островов и греческих малоазийских городов, заключив союзные договоры с их жителями.
Вторая сирийская война (258–253 гг. до н. э.) завершилась заключением династического брака. Птолемей II выдал за Антиоха I свою дочь, дав за ней ряд спорных территорий в качестве приданого. Это свидетельствует об определенных неудачах Птолемея в ведении боевых действий. К тому же морское сражение при Косе между флотами Птолемея II и Антигона Гоната, завершившееся поражением Птолемея, могло настроить его на более мирный лад. Несмотря на эти неудачи, в период своего наивысшего могущества Птолемей II владел Киреной, Кипром, Памфилией, Ликией, Келесирией, оказывал влияние на политику конфедерации полисов Кикладских островов. Этот царь не оставлял без внимания и ситуацию в Балканской Греции, активно поддерживая здесь антимакедонские настроения. Результатом этого явилось участие египетского флота в т. н. Хремонидовой войне (267–262 гг. до н. э.), правда неудачное. Попытка высадиться в Аттике и помочь афинянам, осажденным македонцами, не увенчалась успехом.
При преемнике Птолемея II Филадельфа Птолемее III Эвергете существенных изменений во внешней политике Египта не произошло. Начало его царствования ознаменовалось успехами в третьей сирийской войне (245–243 гг. дон. э.)над Селевком II. Эвергету удалось вернуть прежние владения в Эгеиде и Малой Азии, в том числе города Милет, Эфес и остров Самос, вновь присоединить Херсонес Фракийский и остров Фасос, а также захватить северную Финикию и часть Сирии. Его войска быстрым маршем прошли на восток за Евфрат вплоть до Бактрии, однако, не использовав в полной мере результаты этих успехов, Птолемей III, захватив огромную добычу, вернулся в Египет. Причиной этого могли стать события, связанные с волнениями в стране и активной дипломатической деятельностью Селевка II, сумевшего настроить против Птолемея многих его союзников (даже дружественный Птолемею III Родос начал против него военные приготовления). Как и его предшественники, Птолемей III следил за событиями в Греции и Македонии, успешно лавируя и поддерживая дружественные отношения и с Ахейским союзом, и с его противником – спартанским царем-реформатором Клеоменом.
Правление Птолемея IV Филопатора (222–205 гг. до н. э.) можно считать высшей точкой внешнеполитических успехов Лагидов. Селевкидский царь Антиох III, воодушевленный своими военными удачами как на востоке, так и на западе, нарушил мирный договор с Птолемеями, что стало поводом очередной, четвертой войны на территории Сирии (219–216 гг. до н. э.). Войска противников столкнулись в 217 г. до н. э. в решающем сражении у приморского города Рафии. Удача сопутствовала Филопатору, сумевшему одолеть ранее непобедимого Антиоха III. Однако для усиления своей армии Птолемей IV был вынужден набрать в свою армию значительный контингент египетских воинов, вооруженных и обученных по македонскому образцу. Эта вынужденная мера царя в дальнейшем имела очень важные последствия для птолемеевского Египта, так как резко ослабила ведущую роль греко-македонского элемента в регулярной армии. Теперь уже армия при известных обстоятельствах не могла быть послушным орудием в руках греческих командиров и беспрекословно выполнять все приказы Лагидов.
При Птолемее V Эпифане (204–180 гг. до н. э.) начинается закат внешнеполитического могущества Египта, где в это время начались массовые волнения местного населения, охватившие всю страну почти на два десятилетия. Тогда же началась ожесточенная придворная борьба вокруг опекунства над малолетним Птолемеем V. Воспользовавшись внутренними неурядицами в Египте, Македония и держава Селевкидов постепенно присвоили все владения Птолемеев в Малой Азии и в Эгейском море. Была потеряна Келесирия, и от всех внеегипетских владений остались только Кипр и Кирена. Все это шло на фоне внутреннего кризиса, сопровождавшегося недовольством населения Египта, частыми восстаниями и ухудшением экономического состояния страны.
