перевел сознание в режим самодиагностики и послал запрос по спинномозговой шине. Поврежденная мышца снова давала отклик, но все же имелись помехи в модуляции сигнала. Полного излечения не произошло. По приблизительной оценке, восстановленные волокна могли выдержать нагрузку в семьдесят процентов от предельной. Это значило, что они будут нормально функционировать в обычном режиме, но перегрузки почти гарантированно приведут к разрыву. О спаррингах с братом Герионом придется забыть на неопределенный срок, но на лучшее техобслуживание рассчитывать не приходится. Пока во всяком случае. Может быть, удастся прожить достаточно долго, чтобы раздобыть средства на полноценную модернизацию…
- Хуже, чем хотелось бы, но намного лучше, чем я опасался, - подвел он итог, возвращая свое восприятие в обычное русло. – Если не придется сражаться против совсем уж невероятных чудовищ, продержится достаточно долго.
- А какие чудовища бывают? – неожиданно живо поинтересовалась Мегане.
- Всякие… - Вертер попытался было уйти от ответа, но перехватил требовательный взгляд техножрицы.
Нехотя он описал ей генокрадов, корабельных упырей и нескольких самых уродливых мутантов, которых застрелил во время зачистки одного аристократического поместья. Немного подумал, и добавил описание орков и зверолюдей, про которых рассказывал Джей. Мегане слушала его со смесью ужаса и любопытства, отбросив на время свою обычную язвительность. А когда Вертер добрался до описания колоссального завода, в дебрях которого иквизиторские бойцы преследовали группу культистов, любопытство сменилось восхищением.
«Может, зря я ей это рассказываю? – мелькнула в его голове мысль. – Она ведь выросла, не видя ничего кроме этих коридоров. Каково ей будет жить со знанием, что за пределами корабля находится целая вселенная?»
Но остановиться он не мог. Во всей вселенной не нашлось бы человека, с которым Вертер мог бы болью, терзавшей его душу, но даже такой незамысловатый разговор, описывающий в полушутливых тонах пережитые кошмары, был подобен дуновению свежего воздуха. Он не лечил ран, но укреплял волю, давал силы терпеть и дальше. Он продолжал рассказывать и тогда, когда улегся на верстак вместо вентилятора, а Мегане принялась обследовать его с помощью ультразвукового щупа, даже не замечая, что рассказывает уже не об операции на Рисле IV, а о Земле.
- На большинстве элементов наблюдаются признаки износа, - наконец, произнесла техножрица. – Микротрещины в скелетном каркасе, особенно в районе плечевых, кистевых и коленных суставов. Это еще не поломки, но напоминание о том, что они неизбежно произойдут.
- Это, конечно, паршиво, - отозвался Вертер. – Кстати, я слышал про такой материал, называется адамантиум. Он намного прочнее моего нынешнего скелета?
- На порядки. Но он очень дорогой и очень тяжелый, - Мегане отложила в сторону щуп. – Я мало разбираюсь в аугментике, но у тебя две главные проблемы – это низкое качество материалов и ненадежные источники энергии. И то и другое разрешимо, но я не представляю, как ты добудешь необходимое. Хотя, ты же приближен к господину инквизитору. Наверное, он сможет обеспечить тебе лучшие детали.
- Ах, если бы. У меня такое чувство, что я выбрал его кредит доверия на сто лет вперед. В любом случае, благодарю тебя за помощь, - Вертер слез с верстака и взял принесенный сверток. – Я не знал, что может понравиться адепту Бога-Машины, поэтому постарался выбрать что-то универсальное и практичное. Прими это, пожалуйста.
Он протянул девушке приобретенный на планете многоразовый инфопланшет – самый емкий и быстродействующий, на какой хватило денег и умения торговаться. Техножрица удивленно посмотрела на предложенный подарок, а потом почему-то сравнялась цветом со своей мантией.
- Это… то есть, что… а почему… - она отступила, прижав к груди руки и заслонившись механодендритом.
- Что-то не так, многознающий техножрец? – уточнил Вертер, удерживая на лице невинное выражение. – Мне показалось, что такой качественный инфопланшет придется тебе по душе и окажется полезен. Преподнесение подарков среди немодифицированных людей является обычаем, призванным укрепить дружеские связи, если ты не в курсе. Клянусь, я не пытаюсь тебя подкупить, выведать тайны машинного культа или иначе покуситься на твою честь.
Упоминание покушения на честь заставило Мегане вспыхнуть с новой силой. Однако первое потрясение быстро прошло, и она довольно быстро смогла взять себя в руки. Вертер чувствовал ее стыд за такое импульсивное поведение, недостойное верного слуги Омниссии, но также смущение, озадаченность и иные эмоции, пробужденные естественной физиологией.
«Надо было помягче, наверное. Она же еще подросток, по сути».
- Нерационально отказываться от безвозмездно предложенных ресурсов, - достаточно твердым голосом сказала техножрица и протянула руку за инфопланшетом. – Это оборудование действительно мне очень пригодится.
- Рад, что смог угадать. Наверное, благодаря тому, что я тоже объединен с Машиной, и могу представить, чего вы желаете. Ну ладно, еще раз спасибо за помощь, но час уже поздний, а остатки моей бренной плоти требуют немного сна.
- А разве не нужно залатать пробоины в броне?
- Сейчас это не существенно, на фоне прочих проблем, - отмахнулся Вертер. – Дыры в обшивке не никак не влияют на функциональность.
Мегане пожала плечами, все еще неловко вертя в руках инфопланшет, и Вертер предпочел поскорее откланяться, чтобы не усугублять неожиданно возникшую проблему. Он надеялся, что в техножрице осталось меньше человеческого, чем оказалось на самом деле, и она воспримет дар именно так, как положено, как залог будущего сотрудничества. Не как попытку ухаживания.
«Это в любом случае лишено смысла, - подумал он про себя. – Пройдет совсем немного времени, недели или месяцы, и ей вырежут добрую половину мозга, заменив ее компьютером. И она станет такой же... как и все остальные».
В груди снова поднялась волна ярости, которую пришлось гасить дыхательной гимнастикой и ударом кулака в пласталевую стену. На миг его охватила безумная жажда разрушения. Вырвать прямо сейчас кабели из системы, разрушить катящихся мимо сервиторов, убить всех, кто есть на борту – или просто как можно больше! Пусть это будет последним, что он сделает, но уж он покажет этому Империуму…
«Покажет что?» - скептически поинтересовался в голове голос рассудка, и Вертер не нашелся, что ответить.
Даже если он сейчас сорвется – лучше ему не станет. Более того, с ним умрет единственная ниточка, связывающая варваров сорок первого тысячелетия с цивилизованными временами прошлого. Кто же тогда объяснит этим заблудившимся людям с наглухо закрытыми умами, что они ошибаются? Кто отвернет их от ежедневного выживания и бессмысленных ритуалов к истинной цели человечества? Кто донесет до них мечту Императора?
«Эй-эй, полегче! - одернул
