Да. Информационная война. Чудесное, надо сказать маггловское изобретение. Я иногда листаю маггловские газеты перед какими-нибудь выборами, вижу, как кандидаты поливают друг друга грязью и чуть не плачу от умиления.
В то, что Люциус Малфой читает газеты обычных людей, верилось слабо. Но в принципе всё может быть.
Начинать войну нужно немедленно. Дамблдор на наше счастье допустил ряд серьёзных ошибок.
На колени Гермионы опустилась бумажная папка с простыми нитяными завязками. Где он её прятал?!
Министерство Магии гудит как пчелиный рой. Обыватели тоже шепчутся по углам. В этой ситуации просто необходимо появление «гласа народа». И таковым станет твой журнал. Ясно?
Гермиона молча кивнула. Папка была набита под завязку. Какие-то газетные вырезки, копии отчетов, справок…
Начнём, пожалуй, с истории Оливера Тамплера, магглорожденного. Ознакомься на досуге. Очень занимательно.
Гермиона вновь кивнула. Она чувствовала себя уставшей. Слишком большой поток информации для отвыкшего от подобных нагрузок мозга. Нужно выпроваживать Люциуса Малфоя как можно скорее. Она свернётся в клубок под тёплым одеялом и как следует всё обдумает. Но прежде… .
Если удастся… . То, что будет дальше?
Когда удастся, — резко поправил её Люциус. — Реакцию толпы несложно предсказать, Гермиона. Всё просчитано. Закон будет вынесен на обсуждение и принят. Это займёт время, конечно. Лет пять. А может быть и больше, но у нас есть этот срок, — волшебник тихо вздохнул. — Закон позволяет создавать школы для обучения малолетних магов колдовским наукам. Установлены требования к учредителям, местоположению и прочему. С учетом международных стандартов, естественно. Через семь лет с этого дня в Англии будет существовать две школы. Одна соответствует драконовским стандартам конфедерации. А вторая нет. Таким образом, все дети с магическими способностями будут получать образование в «правильной школе». Вторая же будет закрыта. И ничто, ни директор-герой, ни тысячелетняя история не помогут ей. Хогвартс будет закрыт.
Во всём виноват Дамблдор.
Во всём виноват Дамблдор.
В смерти близких родственников, в упадке традиций магического мира, в преследовании чистокровных семей, в засилье грязнокровок в Министерстве Магии, в том, что аврорам разрешено применять Круциатус на допросах, в том, что Азкабан забит под завязку…
Во всём виноват Альбус Дамблдор.
Глупая, детская ненависть взрослых людей.
Но Гермиона никогда не осознавала, насколько далеко простирается это чувство. Ненависть так сильна, что этот человек, вальяжно развалившийся в мягком гостиничном кресле, готов принести в жертву первую в мире магическую школу ради утоления своей жажды мести. Он готов погубить дело четырёх великих волшебников, уничтожить место, которому магическая Великобритания обязана всем. Место, которому сам обязан очень многим. Великий Мерлин… и Гермиона Грейнджер будет в этом участвовать!
Девушка уткнулась лицом в ладони, пытаясь скрыть от новоявленного «патрона» свои слёзы. К счастью, Малфой ничего не сказал о её молчаливой истерике.
Гермиона слышала шелест мантии и краткую заминку — Люциус Малфой не мог стоять ровно без своей трости. Затем ощущение его близкого присутствия, резкий холодный запах одеколона, тихие шаги и щелчок замка в двери. Люциус Малфой ушёл.
Гермиона сползла с кресла на ковёр. Почему-то на полу она по-прежнему чувствовала себя комфортнее в минуты стресса. Последствия пребывания в Азкабане… . Это тюрьма останется с ней навсегда.
После получаса раскачиваний из стороны в сторону Гермиона кое-как сумела успокоиться. Всё не так плохо. Всё не плохо. Почему её вообще должно волновать что-то кроме её личного благополучия? К чертям маггловским Хогвартс! Она его даже не закончила!
Девушка стянула со столика тарелку с остывшим ужином. Еда, пусть и не слишком вкусная, помогла окончательно прийти в себя. Она снова раздувает из мухи слона. Честное слово! Хогвартс! Ха! Дамблдор! Ещё раз ха! Не пойти бы им всем! Ещё неизвестно, что будет с этой затеей насчет информационной войны, о которой разглагольствовал Люциус Малфой. Гермиона сильно сомневалась, что у чистокровных магов получится применить маггловскую тактику. Разве что настоящих простецов наймут.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-390', c: 4, b: 390})
Вскоре она совсем восстановила душевное равновесие. Приняла душ, переоделась в тёплую пижаму, подогрела заклятьем чайник и устроилась в постели, решив перед сном немного почитать материалы из бумажной папки. Малфой предоставил ей простые копии — даже не заверенные. Но этого вполне хватило.
То, что создали на заседании Международной Конфедерации магов, в какой-то мере напоминало маггловское Болонское соглашение. Двадцать две страны договорились в течение десяти лет ввести на своих территориях двухступенчатую систему волшебного образования и единую систему испытаний и оценок знаний.
Обучение колдовству должно было начинаться не с традиционных одиннадцати лет, а с десяти. Первая ступень — так называемое стандартное образование, длительностью целых шесть лет. Самое главное, что «стандартная» ступень имела школьную программу, сложнее, чем была в Хогвартсе!
Двенадцать обязательных предметов! Двенадцать! История магии, предусматривающая, в том числе изучение мировой истории, трансфигурация, включающая основы анимагии, чары и заклинания, зельеварение вкупе с изучение лекарственных зелий и отваров и ядоварение, гербология, астрономия, поделённая на обычную астрономию и связанную с ней астрологию, уход за магическими существами, изучение древних рун и знаков, арифматика, прорицания, изучение магглов для чистокровных магов и магические законы и традиции для выходцев из семей магглов и полукровок. И, конечно же, боевая магия, объединяющая в себе целых три дисциплины!
Цирцея и Моргана! Двенадцать предметов! Гермиона прекрасно помнила, как на третьем курсе взвалила на себя изучение дюжины предметов и чуть физически не надорвалась. Хорошо, что хватило ума отказаться от двух. Но даже десять предметов было ношей, которую удавалось тащить с большим трудом.
Двенадцать! И самое главное, что каждая страна может по своему усмотрению дополнять основной список любыми дисциплинами. Виктор рассказывал, что в Дурмстранге всерьёз изучают основы целительства, а Флер как-то щебетала о занятиях по художественным искусствам магов и магическим танцам.
В соглашении каждому предмету давали распространённое определение, по крайней мере, на два абзаца с более чем подробным освещением круга вопросов, которые должны быть изучены в течение шести лет.
По исходу шести лет обучения студенты магических школ сдают экзамены, сильно напомнившие Гермионе английские С.О.В.ы. Разве что оценки за них выставлялись в виде баллов — десять единиц за каждый предмет. Соглашение устанавливало единую для всех стран планку — не менее шести баллов за предмет и в целом общий результат экзамена не должен быть ниже восьмидесяти. Только с такими результатами можно надеяться на продолжение обучения на второй ступени продолжительностью три года.
Экзаменационные комиссии должны были быть интернациональными. Формирование групп магов-экзаменаторов стало делом и обязанностью не стран, а самой Конфедерации. Правда, как это будет происходить, и на какой основе будут работать эти маги, дадут ли они клятвы или заключат контракт, в какую школу поедут — эти вопросы пока не были определены. Впрочем, впереди ещё семь лет.
Также планировалось заранее, за три года до выпуска привлекать к студентам внимание возможных работодателей. Это включало организацию выездов, летних практик и стажировок. Благодаря единой системе итоговых оценок выпускники могли бы найти работу в других странах. Не в чужом Министерстве Магии, конечно, но в частных компаниях.
В целом Соглашение, на взгляд Гермионы, было очень прогрессивным документом. Особенно для волшебников, которые, как иногда казалось, застряли в замшелом Средневековье и не собирались из него выползать.
Гермиона отложила в сторону брошюру в пятьдесят шесть страниц. Общее направление она поняла, а в детали можно вникнуть и в другое время. В этот вечер её больше занимали компрометирующие истории, собранные Малфоем. Начала изучение толстой папки она, как и советовали, с Оливера Тамплера.
