class="p1">Поворачиваясь, оглядываю город и особенно бесчисленные толпы людей, которые как муравьи двигались, чтобы подготовить корабли и привести их в наилучшую форму. Можно было заметить, что многие из них были взволнованы или даже испытывали страх, ибо дня хватило, чтобы мириады слухов расползлись по станции. Вот только пока не было никаких восстаний или беспорядков, ибо моя речь всё ещё была отпечатана в разумах людей. Они верили, что раз настоящий святой прибыл, чтобы спасти их души, то все проблемы скоро решатся. Не мог их винить за веру, хотя и было немного гадко на душе, от того, что я знал правду. Но разумом я понимал, что такая ложь сейчас только во благо.
Прекращаю просто лицезреть подготовку, поэтому отворачиваюсь и начинаю идти в сторону корабля. Пора подниматься и приступать к исполнению своей роли.
Глава 36
Маллеус Экстремис. Часть первая
Радок стоял на коленях перед алтарём и с закрытыми глазам читал молитву. Он уже был в своём чёрном доспехе, вместе со шлемом на голове, который не снимал практически никогда. Его обязанность как капеллана в том, чтобы быть духовным наставником своим братьям и поэтому его лицо всегда должно быть закрыто за железной маской. Ибо лучшие из них не могут показать свои эмоции. Никогда и ни за что.
Радок не знал, сколько времени он провёл вот так, один, когда услышал шаги позади себя. Но он никак не отреагировал на них, ибо за века работы вместе смог навсегда запомнить человека, который так двигался.
— Я сражался с тобой плечом к плечу последние три сотни лет, но никогда раньше я не видел, чтобы ты испытывал хоть каплю сомнений. Однако сейчас ты просто переполнен ими и это не может не вызвать вопросов.
Радок повернул голову в сторону, начав смотреть прямо в глаза Верховного Маршала. Он бесконечно уважал Кордхелла, своего наставника и лидера, за которого он без сомнений отдал бы жизнь. Тот же признавал его верность с решимостью и помогал пройти через многие проблемы, отчего Маршал был единственным человеком, которому капеллан мог рассказать свои мысли.
— У меня нет сомнений, что мы уничтожим нашего врага и обратим их всех в пыль. Мою голову занимают мысли о нашем «святом». Мы так-то даже не можем называть его так без признания Синода хотя бы этого Сегментума. Да даже синодом сектора, но его тоже не было. Был лишь один разговор, в котором он раскрыл нам только смутные предсказания о нынешней катастрофе. То, что его речи ни противоречат нашей вере ничего не означает. Большинство аристократов также разбираются в основных догмах. А способности…
Радок сжал кулак, отчего заскрипела его стальная перчатка. Сейчас он уже не звучал как машина и можно было услышать сомнение в его голосе.
— Откуда мы можем знать, что он не какой-то необычный псайкер, туманящий наш разум иллюзиями? Варп хранит в себе многие опасности, про существование которых мы можем даже не догадываться. К тому же, во время странствия в варпе датчики на корабле засекали странные вспышки ментальной активности…
Кордхелл слегка повернулся и стал смотреть в сторону алтаря Богу-Императору. Его голос был тихим и спокойным, но Радок улавливал каждое его слово.
— Я вижу твои сомнения и не могу сказать, что сам не лишён их. Вся эта ситуация слишком странна, чтобы можно было опираться на один только опыт. У тебя сердце воина, но в данный момент нашему ордену нужен капеллан. Духовный наставник, который проведёт нас через тьму. Прошлое и будущее ордена, воплотившиеся в одном человеке, у которого сталь вместо крови. Твоя роль в том, чтобы вести наших братьев через самые тяжёлые испытания, посылаемые нам Императором. Чтобы направлять клинки, разящие наших врагов без жалости и без сожалений.
Верховный Маршал прошёлся чуть ближе к алтарю, после его поднял взгляд и стал смотреть на бюст, изображающий Императора.
— И поэтому мы должны действовать намного умнее и острожнее. В предстоящем сражении мы сможем воочию увидеть способности святого и у нас будет возможность проверить его. Если он окажется истинным посланником Императора, то и Синод докажет это, после чего его имя войдёт в легенды всего Империума. Если же он окажется лжецом и, не дай Трон, попыткой врагов обмануть нас и завести в ловушку…
Кордхелл сжал рукоять клинка, расположенного на своём поясе. Радок глубоко выдохнул, чувствуя как переживания покидают его и остаётся лишь ледяное спокойствие. Он молниеносно поднялся, словно не обращая внимания на всю броню. Теперь в его голос вновь нельзя было отметить и каплю эмоций.
— То мы уничтожим его. Без страха.
...
Я стоял на капитанском мостике и, вместе с инквизитором и высшим офицерским составом смотрел на экраны, показывающее как десятки кораблей разных форм и размеров вылетают из пустотной станции, образуя боевое формирование. Я впервые собственными глазами видел такое собрание звёздной мощи Империума и картина просто захватывала дух. Космос сиял от вихриевых и плазменных вспышек двигателей, после чего стальные махины начинали свой ход в сторону проклятой звезды. Я видел как десятки фрегатов и кораблей сопровождения образовывали полноценный рой, окружающий линкоры, вроде длинного, кинжалоподобного лёгкого линкора Солдевана и необычно гладкого судна вольного торговца. Также нельзя было не обратить внимания на гигантскую баржу, которая везла на себе мощь полутора тысяч Астартес и ещё, Император знает, скольких орудий тотального разрушения. Каждый из них впечатлял своей мощью, но «Вечный крестоносец» был на совершенно другом уровне. Он двигался впереди всех, и хоть я не мог рассмотреть корабль, на котором находился, я чувствовал всю его мощь. «Крестоносец» пусть и был линкором нестандартной конструкции, он всё ещё оставался величественной крепостью-монастырем угольно-черного цвета, с готическими кафедральными шпилями и орудиями, способными стирать целые цивилизации. Он был машиной смерти как внешне, так и по своему боевому потенциалу.
За ним следовали линейные корабли инквизитора и вольного торговца, которые стремились не отстать от флагмана и сохранять построение в виде копья. Также рядом двигалась боевая баржа, но она была позади линкоров, так как не обладала нужной манёвренностью или вооружением. Вслед за крейсерами следовали фрегаты сопровождения, дополняющие строй. Каждый из них двигался на полной скорости, при этом сохраняя боевой порядок. Двигателям нужно было время, чтобы выдать полную мощность и начать двигаться со всей скорости, поэтому
