— Ничего себе проверочка, — задумчиво опускает глаза Кевин.
Тернов ржет:
— А мне нра. Так и знал, что будет какая-нибудь дичь.
— Жизнь — игра, — философски кивает Кирилл.
Гоша отвечает не сразу:
— Я надеюсь, оно того стоит…
Запускаю на телефоне таймер, показываю: 1 час, 59 минут, 59 секунд… 58… 57…
— Игра начинается, — улыбаюсь. — Достаньте деньги и возвращайтесь.
Какое-то время никто не реагирует.
Первым матом ругается Гоша, но идет в сторону забора рублевки. Кирилл что-то говорит о безумии, звездах и судьбе, следует за ним. Тернов ржет, а Кевин хмурится, останавливает Гошу, показывая на камеру на заборе.
Все отправляются исполнять свое первое задание клуба Превосходства Неодаренных. Если все получится, они станут лидерами. И немного поймут, что я хочу от остальных.
Хотя по поводу двух приведенных Терновым я сомневаюсь. Особенно наркомана. Так себе лидеры. Но да ладно. По обертке не судят.
Довольно выдыхаю, дожидаюсь, когда они уйдут и снова падаю на землю, начинаю отжиматься, скрипя зубами от боли во всем теле:
— Преодолеть… свой… предел…
Улыбаюсь. Рубаха начинает мокнуть от пота. Как же мне это нравится… Это тело такое дохлое. И так прекрасно болит…
Интерлюдия.
Гоша самый старший из силачей, хотя ростом не задался. Да и лысина в столь раннем возрасте. Учится на четвертом этаже. Он отдвигает панель под джакузи. Тянется рукой, достает сумку, открывает, подсвечивает телефоном.
Присвистывает.
Зеленые стодолларовые пачки. Тут денег столько, что можно безбедно прожить пару десятков лет. Гоша понимает, что Киба просто не хочет рисковать своей шкурой, поэтому послал их, прикрываясь какими-то проверками. Ясное дело, что в прошлый раз он через кого-то убил босса. Если вообще он с этим не шибко связан. Тема, в общем, мутная.
А вообще пробраться сюда оказалось, проще, чем Гоша думал. Ясное дело, что охраны поубавилось, но все равно. Херак-херак и готово. Дом вообще будто заброшен.
Бляху за муху, а денег все-таки дохера…
— Ну что, нашел? — раздается голос за спиной.
Гоша судорожно ахает, заталкивает сумку обратно под джакузи, оборачивается:
— Не пугай, блин, — шепчет он на Тернова. — Пока нет.
— Понял. Слух, я тоже. Лан, пойду, а то вдруг магия пустого дома перестанет работать.
Тернов хмыкает и уходит. Гоша через пару минут закидывает сумку на плечо, выходит в темный коридор. Осматривается. Никого. Спускается вниз, идет к почему-то открытой форточке, через которую сюда пролез, и… разворачивается.
Он был пару раз в этом доме с отцом. Знает, что тут неподалеку есть открытый балкон. Можно свободно вылезти там. Судя по всему, особняк теперь и правда полузаброшен. И особо тут бояться некого.
Гоша прыгает со второго этажа, в ногах что-то хрустит, но регенерация быстро восстанавливает повреждённые ткани. Где беседка, о которой говорил Киба, Гоша знает. Доходит до нее, находит лестницу. Надо же, и правда тут. Киба что заранее все подготовил? Знать бы как…
Гоша приставляет лестницу к высокому забору. Перелазит через него, также легко спрыгнув с обратной стороны. И дает деру.
Бежать и только бежать!
Богат! Гоша богат как шейх! Бабки, шлюхи, шампанское! Море! Все, о чем он мечтал! Надо валить быстрее и подальше. Что не говори, а Киба этот опасен, и за подставу может навалять. Поэтому прямо сейчас нужно поймать попутку и свалить на юга.
Гоша добегает до лесного массива и…
— Что за х…
Он не может двигаться. Что-то блеснуло от лунного блика. Что это? Гоша щурится. Какие-то веревки переплетаются между деревьями. Или не веревки. Нитки? Нити? Паутина? Между деревьями паутина? И не просто паутина. А усиленная суммой!
Гоша ругается про себя. Дерьмище! Его направленность в регенерации тут не сильно поможет. Он один из лучших и может залечивать серьезные раны, но он «нулевик» и в такой ситуации практически бессилен…
Паутина… Нити?…
Это не те же самые, которые тот мудазвон использовал в поединке с Сэмом Блэком.
— Киба! — орет Гоша. — Это ты?! Выходи!
Тишина. Гоша пытается дёрнуться, но острые нити только глубже вонзаются в кожу, причиняя нехилую боль.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})
Гошу начинает трясти от страха.
Что-то блестит…
Из-за дерева выходит худая фигура. Плохо видно.
— Киба, это ты? Я принес деньги. Как ты просил. Что за ерунда происходит-то, а?
Темная фигура отвечает не сразу:
— Ты знаешь, что происходит…
— Ты все не так понял! Киба, мляха! Отпусти, поговорим по-мужски! Когда ты успел тут все замотать?! Ты нас подставить хотел?!
Гоша не знает, что сказать, поэтому говорит все подряд, лишь бы перебить страх перед Кибой.
Шепот:
— Знаешь, в одном неизвестном тебе месте предательство считается самым страшным проступком. И наказание за предательство едино во все времена…
Нити бликуют. Медленно натягиваются. Давление на тело Гоши усиливается.
— Стой! Стой! Стой! Ты все не так понял!!! КИБА!!!
ВЖЖЖЖЖЖИИИИИИИИИИИХХХХХ!!!
* * *
Я возвращаюсь к точке сбора, снова сажусь у дерева. На этот раз точно отдохнуть. Первым возвращается Кевин. Он тяжело дышит, кидает к моим ногам сумку:
— Держи, Киба. Заставил ты меня понервничать.
Подтягиваю к себе сумку, открываю. Проверяю метки. Кевин не открывал сумку. Молодец.
Вторым возвращается Тернов:
— Ипаа, скока там бабок, — ржет он. — Киба, может тебя прибить и стащить их?
Ну этот хотя бы искренен.
Последним возвращается Кирилл. Взгляд у него расплывчатый, и запах от него травянистый. Он отдает мне сумку в руки молча, садится на землю, улыбается. Проверяю сумку. Тоже открывал. Считаю бумажки. Вроде все на месте. Или может он заметил мелкую приписку «билет банка приколов» на большинстве купюр, которые я положил на дно, прикрывая их настоящими деньгами? И поэтому ничего не спер. Рисковать реальными деньгами я не хотел.
— Где Гоша? — вертит головой Тернов.
— Он не прошел.
— В смысле.
— Он решил украсть деньги.
И попался. Я заранее подготовил в том месте ловушку из оставшихся заряженных нитей. На случай если появятся такие вот крысы. И крыса попалась. И довольно удачная для меня. Если бы их было несколько или хотя бы один с суммой тела на силу, то пришлось бы их отпустить. Нити бы не удержали. Но это не особо важно. Главное, что я понял бы кому можно доверять, а кому нет.
Жаль только, что нитей у меня больше не осталось и придется их заряжать заново. Без сушеного пальца это будет проблематично и долго.
Тернов искренне возмущается:
— Да ты гонишь, Киба! Он нормальный пацан!
Пожимаю плечами, не отвечаю.
Кевин щурится:
— Ты убил его?
Не отвечаю. Встаю, подхожу к кустам, достаю оттуда две тяжелые сумки с настоящими деньгами и небольшой конфискованной сумкой у Гоши.
— Вот настоящие деньги. Я их сам вытащил еще пару часов назад.
Тернов хлопает ртом, с недоумением уставившись на сумку, которую мне притащил. Кевин похоже не сильно удивлен. Я сразу почувствовал, что он понял больше, чем сказал. Краем глаза смотрю на Кирилла. Тот где-то в себе. Ему пофиг на реальность.
Я так и не отвечаю. А зачем? Пусть додумывают.
На самом деле я вполне мог бы Гошу и отпустить при определенных условиях. Но пришлось убить. Я отлично разбираюсь в людях и видел злобу в его глазах. Обиду. Нежелание сотрудничать. Но при этом врал в глаза, что я не так понял. Таких и правда нельзя оставлять за спиной иначе они воткнут нож в спину в самый неподходящий момент. Теперь надо позаботиться, чтобы об этой ситуации знало как можно меньше людей. Семейной мести мне только не хватало.
* * *
Уже через час нас подвозит к Раменскому району вызванное заранее такси. Меня высаживают с двумя сумками у жилого дома. Парни едут дальше — по своим домам. Я от их дальнейшей помощи отказался. Зато теперь приходится несколько улиц горбатить тяжелые сумки самостоятельно. Я не хочу, чтобы кто-то знал, где находится арендованная мною квартира.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})
