жары, — окинула Дайлин себя взглядом. — Ну что скажешь?
— Нормально.
— И всего-то? — фыркнула она разочарованно. — А как же восхитительно? Красиво? Или на худой конец сказать, что мне идёт?
— Тебе идёт.
Вообще, наряд был неплох. Явно побогаче, чем у местных, — уж она-то себе это могла позволить, — более аккуратно сшитый и приталенный, но не сильно, чтобы всё равно свободно висеть на теле. Аккуратные швы, в некоторых местах отделанные увечными нитками, но сшито из того же материала, как и у остальных.
— Я тут магазин нашла, могу тебе показать.
— Я бы предпочёл ходить по форме. И тебе бы советовал.
— Но тут можно изжариться в ней!
— Таков порядок, — пожал Кондрат плечами, не говоря прямым текстом, что в привычной, пусть и не совсем удобной форме ему было как-то спокойнее. Не чувствовал себя шутом.
И Дайлин это как-то уловила.
— Да ты стесняешься!
— Нет.
— А вот и да! Я по глазам вижу, ты стесняешься это носить!
— Я не хочу спорить, — отмахнулся он. — Я прошёлся тут по городу, посмотрел на сгоревшее поместье.
— И как?
— Никак. Не знаю, как они определили, что дом загорелся из-за камина, а не из-за той же упавшей свечи или чего-то в том же духе. Плюс стражи правопорядка здесь слегка дерзкие. Явно чувствуют себя здесь хозяевами, а значит городок живёт по своим правилам. Другими словами, власть центра здесь слабовата, и следует быть острожными.
— Нам стоит опасаться их?
— Ты брала с собой пистолет? — спросил Кондрат. — Тот, что я тебе дал?
— И пистолет, и тот крепкий жилет, — кивнула Дайлин.
— Тогда всё в порядке.
Сам же он взял дополнительный пистолет с кобурой и ещё один, совсем маленький, скрытого ношения для ноги на всякий случай. Три пистолета, как говорится, патронов мало не бывает.
— Завтра тогда прогуляемся морг, пока тела не закопали, и в пожарную часть и выясним, с чего они решили, что пожар начался с камина. Плюс надо будет заглянуть в отдел стражей правопорядка.
— Всё как обычно… — вздохнула Дайлин, закатив глаза, а потом спросила: — Кондрат, а тебе не говорили, что ты иногда очень нудный?
Глава 3
Дайлин вынарядилась в купленную одежду, и надо сказать, что ей она действительно шла. Конечно, она не была местной, светлые волосы, бледноватая на фоне остальных кожа, однако это даже придавало какого-то своего шарма и лёгкости с местным вариантом одежды. Не удивительно, что половина провожала её взглядом.
— Зря ты не купил себе. Знаешь, в ней действительно легче переносить жару, — пригладила она складки на юбке.
— Это кожа?
— Кожа, плотная ткань из местной травы, — кивнула Дайлин. — Ещё некоторые заплетают косички с вкраплениями разноцветных лент. Очень красиво выглядит! Мне предлагали, но я отказалась.
— Правильно сделала, мы на работе, — ответил строго Кондрат.
— Не будь занудой. Нас отправили сюда подальше от секретной службы, не более.
— И дали задачу, которую мы должны выполнить.
— Тем не менее, это лишь предлог. Наверняка там был пожар из-за несчастного случая. У нас так однажды герцоги сгорели. Упала свеча, загорелись их покои, и никто не проснулся — все задохнулись.
— Ты расследовала это дело?
— Я была ещё маленькой, но…
— Тогда откуда ты знаешь, что это случайность? — спросил Кондрат.
— Ну… все об этом говорили и…
— Про смерть Путерсшмайта тоже писали, что он просто скончался, — не преминул напомнить он. — Все узнают новости из газет, а в газете не напишут, что произошло в действительности. Поэтому я бы поставил это под сомнение. Семьи герцогов просто так не задыхаются в дыму пожара.
— Тебе надо любую смерть поставить под сомнение? — фыркнула Дайлин. — Не все смерти — убийства.
— Но все убийства — это обязательно смерть.
— Ты… ты просто переставил слова местами!
— Суть в том, что поместье выгорело дотла. Они заявляют, что пожар пошёл от камина. Не от свечи или там чайника, а камина, хотя точно знать не могут. Хотели просто что-то вписать? Действительно выяснили? Или злонамеренно врут?
— А тебя не удивляет, почему у них вообще камин работал в столь жаркий день? — спросила Дайлин.
— Я не эксперт в эксплуатации домов, но зажжённый камин ещё ничего не значит. Они могли просушивать дом, так как влажность здесь страшная и если не сушить его, то всё сгниёт. Или просто сжигали что-то.
— Тогда с такими вопросами надо к пожарным.
— К ним я и собирался идти, но после медиков.
Морг располагался в очень необычном месте — в ратуше. Хоть не в главном здании, а в его подвале, и то уже было хорошо. Такие места обычно стараются как-то спрятать, убрать подальше, а здесь чуть ли не в самом видном месте.
Когда они спускались вниз, пришло понимание, что здание имело куда более древнюю историю, и строили его не имперцы. Возможно, здесь жили какие-то народы, которые давно сгинули, а место облюбовали более предприимчивые имперцы, основав вокруг этого здания небольшой город и переделав его под свои нужды.
Спустившись, они попали в небольшой зал, частично построенный, частично образованный естественным путём. Находился он достаточно глубоко, и надо сказать, что здесь было достаточно прохладно. Где-то даже журчали подземные ручьи.
Представившись, Кондрат попросил показать им тела баронов. Их провели в дальнюю часть зала, где летал едва уловимый запах гари и горелой плоти. Пять тел, четыре взрослых, одно ребёнка. На вопрос, кто есть кто, патологоанатом пальцем показал на каждое.
— Это глава рода, Партес Жангерфер, семьдесят один год. Это его сын, Рокардо Жангерфер, жена Ульиса Жангерфер, её старшая дочь Ханита Жангерфер и младший сын Якоавель Жангерфер.
— Главой рода был Партес? — уточнил Кондрат. — Он не передал сыну власть над родом в своём возрасте?
— Да. Уверен, сын очень ждал, когда тот сыграет в ящик, но, видимо, не судьба, — усмехнулся патологоанатом. — Сыграли в эту игру они всей семьёй.
— Я понял. Вы их вскрывали?
— Что? Зачем?
— Затем, что так положено. Вы их вскрывали? — повторил Кондрат.
— Ну… нет пока, — окинул тот тела взглядом. — Тут как бы очевидно, что они задохнулись и сгорели. Но если
