Читаем без скачивания Инквизиция: Омнибус - Дэн Абнетт

Давящая тишина, как под водой, действовала ему на нервы больше всего.

В Атриуме Монарха было очень тихо и темно. Белый луч солнца проникал с огромной высоты потолка, принося в пещеру призрачный свет. Но не только тишина раздражала, но еще и эта проклятая вода. Вода была здесь везде.

Огромные чаши и тарелки, корыта, урны и целые бассейны — всюду, куда бы ни посмотрел Росс, он видел застойную воду, емкости с ней стояли в самых глубоких тенях зала. Вода в них покрылась пленкой зеленых водорослей, а в некоторых даже расцвели бледные цветки лотоса. Вся вода была застойной и гнилой.

— Когда Монарх Сирены встретится с бойцами Монтейского 45-го, я хочу, чтобы он при этом испытал самые болезненные ощущения в своей жизни! — раздался в тишине пещеры голос сержанта Джедды. Гвардейцы хором поддержали его.

Несмотря на свои недостатки, Джедда был прирожденным командиром. Как инквизитор, Росс был рад, что у Империума есть такие люди, как сержант Клейс Джедда, готовые сражаться с его врагами.

Вся команда перешла на бег, направляясь к тронному залу Монарха, находившемуся впереди.

Позади Росса, не отставая, двигался Бастиэль Сильверстайн. Он переключил прицел своего охотничьего арбалета в активный режим, и зарядил самонаводящуюся ракету. Вескепинская аркбаллиста из легких полимеров идеально подходила для боев в туннелях.

Впереди команды шла Бикейла, облаченная в одеяния воина-мстителя Сирены. Ее лицо было раскрашено белым и багровым, превратившись в оскаленную маску призрачной ведьмы, которая забирает мертвых. Ее наряд из сапфирового шелка был туго стянут поясом, сотканным из волос убитых врагов, за плечом висел картечный мушкет.

Преодолев тысячеметровый коридор, команда Росса, наконец, вошла в тронный зал. Зал был огромным, превосходя даже впечатляющие размеры Атриума. Базальтовые стены и колонны из мрамора с прожилками поднимались, казалось, к самым небесам, потолка совершенно не было видно. По центру тронного зала проходила дорожка, вымощенная нефритом, по обе стороны от нее стояло великое множество сосудов с водой. Снова Росс заметил, что вода была здесь повсюду. Он не успел спросить у Бикейлы, почему.

— Приветствуем вас при дворе милостивого Монарха Сирены, — послышался плавный мужской, и в то же время женственный голос. Голос раздавался из мощных вокс-усилителей, встроенных в подлокотники нефритового трона. На троне сидел сам Монарх.

Он был облачен в шелковое одеяние рубинового цвета с высоким воротником, шлейф и рукава тянулись на несколько метров, свешиваясь с трона. Пальцы его рук, сдержанно сложенных на коленях, оканчивались длинными серебряными иглами. Лица его не было видно из-за мерцающей жемчужной вуали, свешивавшейся с куполообразной короны. Десять дюжин отпрысков Монарха сидели на скамьях ниже трона, глядя с бесстрастным спокойствием.

Аура неземного величия и достоинства была так сильна, что, как заметил Росс, некоторые солдаты опустили оружие, невольно засмотревшись на это великолепие. Тем не менее, Росс поднял голову и устремил взгляд прямо на жемчужную вуаль.

— Ордо Еретикус здесь, чтобы покончить с тобой, — заявил он в ответ.

Хор отпрысков Монарха разразился пронзительным смехом. Они были именно такие, как описывала их Бикейла при планировании операции.

Евнухи, все до одного. Тонкие и с виду слабые, одетые в длинные, до лодыжек, мантии из шелка розовых, фиолетовых, кремовых и нефритовых оттенков. Они обладали достаточно человеческой внешностью, но даже издали Росс видел их кораллово-розовую кожу, полупрозрачную, с тонкими красными венами.

Странно, но у них всех были ампутированы левые руки. На обрубки их предплечий были надеты золотые чаши с прикрепленными к ним толстыми шелковыми переплетенными шнурами. Сплетенные шнуры образовывали толстые канаты из шелка, более метра длиной. На конце каждого из них, словно некие странные маятники, были навязаны большие узлы, образуя сферы из шелка, величиной с кулак.

Росс не мог понять символическое значение этих ампутаций. Смутно вспомнились архивные данные о тиране Куана, на окраине суб-сектора Тувалии. Тиран так боялся покушений на свою жизнь, что приказал всем, кто являлся к его двору, надевать перчатки из стеклянных трубок. Трубки в этих перчатках были заполнены кислотой и раскалывались при малейшем усилии. Так сильна была его паранойя, что тиран даже приказал своим женам, которых у него было три тысячи, надевать эти перчатки, приходя в его спальню. Однако, как вспомнил Росс с мрачной усмешкой, эти перчатки не спасли его от выпущенной изо рта ядовитой стрелки ассасина Каллидус.

Если Монарх и был оскорблен дерзкой угрозой инквизитора, то никак этого не проявил. Его мягкий, бесполый голос, раздавшийся из вокс-усилителей, был спокойным и бесстрастным.

— Я не могу этого допустить, — сказал Монарх, вставая с трона.

Воздух немедленно стал колючим и холодным. Алебарда Бикейлы бессильно повисла в руке, глаза Мастера Клинка остекленели. Бастиэль Сильверстайн еле слышно простонал:

— Колдовство!

Росс поднял плазменный пистолет, но опоздал на долю секунды. Удар психической энергии Монарха деформировал воздух, расходясь вибрирующим конусом. Инквизитора отбросило на тридцать футов назад на мраморный пол цвета слоновой кости, в фонтане брызг крови и осколков черного обсидиана. Волны психического удара расходились по залу, как волны от камня, брошенного в пруд, все поверхности покрылись толстым слоем инея.

Удар такой силы размазал бы обычного человека. Но у Ободайи Росса был козырь. Табард из психореактивного обсидиана принял на себя всю силу удара псайкера. Глядя на разлетевшиеся осколки обсидиановых пластин, Росс понял, что второго такого удара броня не переживет. И он тоже. Из его рта и носа текла кровь и желчь. Голова кружилась, и он едва мог видеть.

Он смутно слышал выстрелы, где-то, казалось, очень далеко. Он слышал, как Сильверстайн что-то кричит, но не мог разобрать слов. Единственной связной мыслью в голове было то, что псайкерская мощь Монарха должна была на некоторое время ослабеть после такого удара. Это даст Россу несколько секунд, прежде чем Монарх снова соберется с силами и убьет их всех.

Росс огляделся, преодолевая тошноту. Все вокруг выглядело странно искаженным. Дети Монарха построились фалангой вокруг трона. Они все, как один, опустили свои шелковые шнуры в сосуды с водой, которыми был полон весь зал, чтобы вода пропитала ткань. Безобидные шелковые узлы мгновенно превратились в тяжелые кистени.

— Хитрые ублюдки, — прошипел Росс, выплюнув горсть сломанных зубов. По обеим сторонам от него гвардейцы продолжали поливать огнем отпрысков Монарха. — Готов спорить, что у них под этими платьями броня, — Росс мрачно засмеялся. Некоторые из детей Монарха были сбиты с ног выстрелами, но вставали и бросались в атаку солдат инквизитора.

— Примкнуть штыки! — крикнул кто-то. Голос звучал искаженно в ушах Росса, его слух был травмирован психическим ударом. Штурмовые саперы выполнили приказ, встретив противника стеной штыков. Курассианские коммандос, выхватив свои зазубренные короткие мечи, с ревом всаживали их в бронированные тела врагов. Вместе они встретили натиск отпрысков Монарха.

Росс с трудом поднимался на ноги, пытаясь сохранить равновесие, когда один из евнухов бросился на него. Внезапно перед глазами Росса оказались начищенные ботинки Сильверстайна. Старый вассал встал над оглушенным инквизитором и поднял арбалет. Он перезарядил арбалет скорострельными болтами для охоты на быструю дичь. Все двенадцать болтов можно было выпустить за три секунды. Сильверстайну понадобилась только одна. Град болтов разорвал лицо евнуха, нейротоксины вызвали такие спазмы мышц, что они сломали позвоночник. Евнух рухнул на пол, конвульсивно сжав единственную руку.

— Вы в порядке? Вы в порядке? — кричал Сильверстайн инквизитору.

Росс, наконец, сумел встать на ноги и слабо кивнул.

— Прекрати дергаться и подстрели уже этого ублюдка псайкера, — прохрипел он.

— Не могу попасть. У него что-то вроде генератора силового поля. Гвардейцы уже израсходовали кучу боеприпасов, пытаясь пробить его. Придется атаковать врукопашную, — сказал Сильверстайн.

Росс, сморщившись, вытер рукой окровавленное лицо.

— Он подумал обо всем, да? Ладно, прикрой меня.

Инквизитор снова встряхнул головой, чтобы прояснить ее. Темное пятно мешало видеть левому глазу, и Росс надеялся, что это не признак кровоизлияния в мозг. Отбросив все сомнения, он поднял правую руку, на которую была надета хорошо подогнанная перчатка из синей стали. Силовая перчатка времен Танской войны. Оружие издавало низкое гудение, окружавшее перчатку силовое поле искрилось голубоватым сиянием.

Росс побежал прямо к трону. Краем глаза он видел, что отпрыски Монарха бросились на него, но выстрелы Сильверстайна были смертоносно эффективны. Над плечом и головой Росса мелькали стрелы, одна прошла так близко, что он слышал ее свист, похожий на змеиное шипение. Стрелы поражали евнухов, и Росс продолжал бежать к трону.