Люди бешено зааплодировали.
И сейчас же красный толстячок начал раскачиваться, стоя на хвосте.
— Браво! — крикнул Симмонс.
Пять мохнатых зверьков спрыгнули с жирафьей спины и принялись плясать вокруг зеленохвостого красного поросенка.
— Ура! — выкрикнул Моррисон, бактериолог.
Жирафопотам сделал неуклюжее сальто, приземлился на одно ухо, кое-как поднялся на ноги и низко поклонился.
Капитан Килпеппер нахмурился, крепко потер руки. Он пытался понять, почему туземцы так странно себя ведут.
А те запели. Мелодия странная, но ясно, что это — песня. Так они музицировали несколько секунд, потом раскланялись и начали кататься по траве.
Четверо из команды корабля все еще аплодировали. Эреймик достал записную книжку и записывал звуки, которые издавали туземцы.
— Ладно, — сказал Килпеппер. — Команда, на борт.
Четверо посмотрели на него с упреком.
— Дайте и другим поглядеть, — сказал капитан.
И четверо нехотя гуськом поплелись к люку.
— Надо думать, вы хотите еще к ним присмотреться, — сказал Килпеппер ученым.
— Разумеется, — ответил Симмонс. — Никогда не видели ничего подобного.
Килпеппер кивнул и вернулся на корабль. Навстречу уже выходила другая четверка.
— Мориней! — закричал капитан. Помощник влетел в рубку. — Подите поищите, что там за масса металла. Возьмите с собой одного из команды и все время держите с кораблем связь по радио.
— Слушаю, сэр. — Мориней широко улыбнулся. — Приветливый тут народ, правда, сэр?
— Да, — сказал Килпеппер.
— Славная планетка, — продолжал помощник. — Да. Мориней пошел за снаряжением.
Капитан Килпеппер сел и принялся гадать, что же неладно на этой планете.
Почти весь следующий день он провел, разбираясь в новых отчетах. Под вечер отложил карандаш и пошел пройтись.
— Найдется у вас минута, капитан? — спросил Симмонс. — Хочу показать вам кое-что в лесу.
Килпеппер по привычке что-то проворчал, но пошел за биологом. Ему и самому любопытно было поглядеть на этот лес.
По дороге к ним присоединились трое туземцев. Эти очень походили на собак, только вот окраска не та — все трое красные в белую полоску, точно леденцы.
— Ну вот, — сказал Симмонс с плохо скрытым нетерпением, — поглядите кругом. Что тут, по-вашему, странного?
Капитан огляделся. Стволы у деревьев очень толстые, и растут они далеко друг от друга. Так далеко, что между ними видна следующая прогалина.
— Что ж, — сказал Килпеппер, — тут не заблудишься.
— Не в этом дело, — сказал Симмонс. — Смотрите еще.
Килпеппер улыбнулся. Симмонс привел его сюда, потому что капитан для него куда лучший слушатель, чем коллеги-ученые, те заняты каждый своим.
Позади прыгали и резвились трое туземцев.
— Тут нет подлеска, — сказал Килпеппер, когда они прошли еще несколько шагов.
По стволам карабкались вверх какие-то вьющиеся растения, все в многокрасочных цветах. Откуда-то слетела птица, на миг повисла, трепеща крылышками, над головой одной из красно-белых, как леденец, собак и улетела.
Птица была серебряная с золотом.
— Ну как, не замечаете, что тут неправильно? — нетерпеливо спросил Симмонс.
— Только очень странные краски, — сказал Килпеппер. — А еще что не так?
— Посмотрите на деревья.
Деревья увешаны были плодами. Все плоды висели гроздьями на самых нижних ветках и поражали разнообразием красок, форм и величины. Были такие, что походили на виноград, а другие на бананы, и на арбузы, и…
— Видно, тут множество разных сортов, — наугад сказал Килпеппер, он не очень понимал, на что Симмонс хочет обратить его внимание.
— Разные сорта! Да вы присмотритесь. Десять совсем разных плодов растут на одной и той же ветке.
И в самом деле, на каждом дереве необыкновенное разнообразие плодов.
— В природе так не бывает, — сказал Симмонс. — Конечно, я не специалист, но точно могу определить, что это плоды совсем разных видов, между ними нет ничего общего. Это не разные стадии развития одного вида.
— Как же вы это объясняете? — спросил Килпеппер.
— Я-то объяснять не обязан, — усмехнулся биолог. — А вот какой-нибудь бедняга ботаник хлопот не оберется.
Они повернули назад к кораблю.
— Зачем вы пошли сюда, в лес? — спросил капитан.
— Я? Кроме основной работы, я немножко занимаюсь антропологией. Хотел выяснить, где живут наши новые приятели. Не удалось. Не видно ни дорог, ни какой-либо утвари, ни расчищенных участков земли, ничего. Даже пещер нет.
Килпеппера не удивило, что биолог накоротке занимается еще и антропологическими наблюдениями. В такую экспедицию, как эта, невозможно взять специалистов по всем отраслям знания. Первая забота — о жизни самих космонавтов, значит, нужны люди, сведущие в биологии и в бактериологии. Затем — язык. А уж потом ценятся познания в ботанике, экологии, психологии, социологии и прочее. Когда они подошли к кораблю, кроме прежних животных — или туземцев — там оказалось еще восемь или девять птиц. Все тоже необычайно яркой раскраски — в горошек, в полоску, пестрые. Ни одной бурой или серой.
Помощник капитана Мориней и член команды Флинн выбрались на опушку леса. И остановились у подножья невысокого холма.
— Что, надо лезть в гору? — со вздохом спросил Флинн, на спине он тащил громоздкую фотокамеру.
— Придется, стрелка велит. — Мориней ткнул пальцем в циферблат. Прибор показывал, что как раз за гребнем холма есть большая масса металла.
— Надо бы в полет брать с собой автомашины, — сказал Флинн, сгибаясь, чтобы не так тяжело было подниматься по некрутому склону.
— Ага, или верблюдов.
Над ними пикировали, парили, весело щебетали красные с золотом пичуги. Ветерок колыхал высокую траву, мягко напевал в листве недальнего леса. За ними шли двое туземцев. Оба очень походили на лошадей, только шкура у них была в белых и зеленых крапинах. Одна лошадь галопом пустилась по кругу, центром круга оказался Флинн.
— Чистый цирк! — сказал он.
— Ага, — подтвердил Мориней. Они поднялись на вершину холма и начали было спускаться. И вдруг Флинн остановился.
— Смотри-ка!
У подножья холма стояла тонкая, прямая металлическая колонна. Оба вскинули головы. Колонна вздымалась выше, выше, вершину ее скрывали облака.
Они поспешно спустились с холма и стали осматривать колонну. Вблизи она оказалась солиднее, чем подумалось с первого взгляда. Около двадцати футов в поперечнике, прикинул Мориней. Металл голубовато-серый, похоже на сплав вроде стали, решил он. Но, спрашивается, какой сплав может выдержать при такой вышине?
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
