которой думаю половину времени наяву, бедра, к которым мне нужно прикасаться всякий раз, когда ты рядом со мной, и аппетитные сиськи, которые отвлекают. - Я встаю, притягивая ее спиной к себе. - Твое тело идеально, Нера. Во всех отношениях, - рычу я ей на ухо.
- Я так не думаю, - отрывисто бормочет она. -Как мне исправить себя, когда я так сломлена?
- Тут нечего чинить, потому что ты не сломана, - отвечаю я, целуя ее в лоб.
-Да, это так.
- Нет, детка, - говорю я, обхватывая ладонями ее лицо и поднимая его, чтобы она посмотрела на меня. - Не так уж много раз тебе могут сказать, что ты недостаточно хорош, прежде чем ты начнешь в это верить”.
Я запечатлеваю жаркий поцелуй на ее губах, вздох облегчения вырывается из моего горла при соприкосновении.
Она шепчет так тихо, что я едва разбираю ее слова. - Может быть, это потому, что это правда.
Ее глаза закрыты, как будто она даже не может смотреть на меня, когда произносит эти слова. Мой рот опускается на ее правое веко, нежно целуя его. Я наклоняю ее голову вверх, переходя к другому веку. Затем к носу. К щекам. К челюсти.
Наконец, ее рот.
- Нет, это не так. - Я знаю, что мой поцелуй передает всю силу моих чувств, когда он опускается на ее губы. - Я бы хотел, чтобы ты могла видеть себя такой, какой вижу тебя я. Красивой внутри и снаружи.
- Как ты можешь так говорить, когда только что увидел, какая я внутри? Извращенная, уродливая и намеревающаяся разрушить любой шанс, который у меня есть, быть кем угодно, только не несчастной. - Она опускает голову. - Я испортила нашу ночь.
- Ты ничего не испортила, - говорю я, поворачивая ее подбородок ко мне. - Я вошел в это, желая проникнуть за эти стены, желая увидеть те части тебя, которые ты упрямо держишь в неведении. - Я глажу ее по щеке, шепча: Я получил именно то, что хотел сегодня вечером.
- И? - Спрашивает она. Я могу сказать, что она затаила дыхание. - Теперь, когда ты это увидел, что ты думаешь?
Я улыбаюсь ей, убирая прядь волос ей за ухо. - Я думаю, что мне больше всего в тебе нравится твой ум.
– Тебе не обязательно лгать...
- Я думаю, что это красиво, сильно, жизнерадостно, конкурентоспособно и умно. Когда я смотрю на тебя, я вижу кого-то доброго, с недостатками, человечного, интересного и такого чертовски неотразимого, что это очаровывает меня. - Я мягко толкаю ее за плечи, направляя к кровати. Задняя сторона ее бедер упирается в матрас, и она садится, не сводя с меня глаз. - Я вижу тебя, Нера. Я всегда так делал. Ничто в сегодняшнем вечере этого не изменит.
Я переворачиваю ее на спину и ползаю по ее телу, пока мое лицо снова не оказывается над ее лицом.
- Но никто не причинит тебе вреда, детка, включая тебя, - рычу я, мой тон меняется с нежного на хриплый. - Я дал тебе это обещание и намерен его сдержать. Итак, мы собираемся составить игровой план, как сделать так, чтобы ты больше никогда не навредила себе.
Она протягивает руку и зарывается обеими руками в мои волосы, приближая мое лицо к своему и сокращая разрыв, чтобы поцеловать меня. Я гортанно стону, опьяненный ее губами. У нее другой вкус, соль ее слез придает ей острый привкус, который только подстегивает меня завладеть ее ртом.
- Завтра. Завтра мы поговорим, - говорю я, задыхаясь, отрываясь от ее губ. - Во-первых, тебе нужно научиться любить свое тело так же сильно, как и я.
Мне требуется вся моя сила воли, чтобы оторваться от нее, но я это делаю. Я выпрямляюсь и делаю пару неуверенных шагов назад. Я хватаю стул в углу комнаты и придвигаю его ближе к кровати, опускаюсь на него и сажусь, раздвинув ноги. Мои глаза сияют одержимым вожделением, когда я смотрю на нее.
-Что? - растерянно спрашивает она, садясь.
Она скрещивает ноги, чтобы скрыть свою наготу.
- Тебе нужно стать более уверенной в своем теле. Разожми ноги, - приказываю я. Она краснеет, колеблется, затем, в конце концов, сдается. Ее бедра слегка подрагивают, когда она опускает правое рядом с левым. - Теперь потрогай себя.
Даже в темной комнате я вижу, как сильный румянец заливает ее щеки.
- Я не могу, - смущенно говорит она.
Мои руки с побелевшими костяшками сжимают край подлокотников, чтобы удержать меня от того, чтобы дотянуться до нее. Мой член болезненно тверд в штанах и требует внимания.
- Я скажу тебе, что делать”х, - говорю я хриплым от вожделения голосом. - Раздвинь ноги и покажи мне мою киску. Я хочу посмотреть, какая ты мокрая.
Она снова колеблется. Но когда я опускаю руку, чтобы погладить член поверх брюк, она сглатывает и отодвигается глубже на кровать. Она откидывается назад, перенося вес на одно предплечье, когда ее глаза находят мои поверх ее сомкнутых ног. Она медленно разводит их, наши взгляды не отрываются друг от друга.
- Хорошо, - говорю я, похоть искажает один слог, пока он не становится неразборчивым. - Хорошо. Теперь опусти руку между ног. Проведи пальцами по своим складочкам и покажи мне.
Медленно, она выполняет инструкции. Мой взгляд опускается к верхушке ее ног, и я судорожно сглатываю. Ее рука неторопливо движется вниз по животу, пока не достигает вершины ее киски. Она делает паузу на полминуты, прежде чем ее пальцы опускаются к ее складочкам. Ее спина выгибается, а дыхание сбивается, когда она касается своего клитора.
Когда она убирает пальцы и поднимает их между нами, они блестят от ее возбуждения. Животный звук эхом разносится по комнате, и мне требуется секунда, чтобы понять, что он исходит от меня.
- Промокла, - рычу я. - Именно такой, какой я и знал, что ты будешь. Теперь засунь в себя два пальца.
Я срываю с себя пиджак и рубашку и сажусь обратно в кресло без рубашки. Я расстегиваю молнию на брюках и вытаскиваю свой пульсирующий член, наблюдая, как она погружает пальцы в свою тугую киску. Ее глаза закатываются и закрываются. Она выглядит распутной и обезумевшей от вожделения, и я грубо сжимаю кулак во всю длину в ответ.
- Трахни себя своими пальцами.
Глаза Неры открываются и темнеют, когда они замечают, как я работаю своим членом, моя рука двигается вверх и вниз почти яростными движениями, пока я получаю удовольствие от вида того, как она теребит свою киску.
Ее язычок выглядывает
