Дверь за моей спиной захлопнулась, отсекая лунный свет.
Такого просто быть не могло, потому что предоставленная сама себе дверь всегда распахивалась до упора. Так уж ее навесили. Мы все это знали. Потому-то, собственно, и сцепляли скобы дужкой замка. В эту ночь, однако, невозможное ценилось дешево и предлагалось на каждом углу. Сила, обитающая в «бьюике», хотела оставить меня в темноте. Может, думала, что темнота заставит меня сбавить ход.
Не вышло. Я уже увидел то, что требовалось: бухту желтой веревки, висевшую на вбитом в стену гвозде под шутливой наклейкой, рядом с забытыми соединительными кабелями. Увидел я и кое-что еще. Некий предмет, который Керт Уилкокс поставил рядом с видеокамерой вскоре после того, как в гараже появился инопланетянин с розовыми отростками на голове.
Я взял этот предмет, сунул в задний карман, схватил бухту веревки. Выскочил из будки. Передо мной возник темный силуэт, и я едва не закричал. На мгновение подумал, что вижу перед собой мужчину в черном пальто и шляпе, с деформированным ухом и акцентом Бориса Бадиноффа. Но заговорил силуэт с другим акцентом, Лоренса Уэлка.
— Этот чертов мальчишка уже вернулся, — прошептал Арки. — Я проехал полпути домой, а потом помчался назад. Знал, что так оно и будет. Сразу…
Я его оборвал, велел держаться подальше и побежал вокруг гаража Б с бухтой веревки на руке.
— Не входи туда, сержант. — Арки следовал за мной. Хотел, видно, закричать, но от испуга мог только шептать. — Он разлил бензин и у него пистолет, я видел.
Я остановился у боковой двери, сбросил веревку с руки, начал привязывать конец к крюку, потом передал всю бухту Арки.
— Сэнди, ты чувствуешь? — спросил он. — И радио опять не работает, статические помехи. Я слышал через окно, как ругалась Стефф.
— Не важно. Возьми конец веревки. Привяжи к крюку.
— Что?
— Ты меня слышал.
Я растянул петлю на другом конце, ступил в нее, поднял, затянул на талии. Узел палача завязывал еще Кертис, так что веревка скользила легко.
— Сержант, нельзя тебе этого делать. — Арки попытался схватить меня за плечо, но без особой настойчивости.
— Привяжи веревку к крюку и держи ее, — ответил я. — В гараж не входи ни при каких обстоятельствах. Если мы… — Я не стал говорить: «Если мы исчезнем». Не хотелось слышать этих слов, слетающих со своих губ. — Если что-то случится, пусть Стефф передаст код Д, как только прекратятся помехи.
— Господи! — выдохнул Арки. — Ты что, сошел с ума? Неужто ничего не, чувствуешь?
— Все я чувствую, — отрезал я и вошел в гараж. Постоянно тряс веревку, чтобы она не запуталась. Ощущал себя ныряльщиком, опускающимся в неведомые глубины, который тщательно следит за воздушным шлангом. Не потому, что шланг поможет, а чтобы чем-то занять себя, не думать о тварях, плавающих в темноте, там, куда он держит свой путь.
* * *
«Бьюик 8» замер на широких, с белыми боковинами шинах, наш маленький секрет, из глубин которого сейчас доносилось мерное гудение. Пульсация силой превосходила гудение, и я понял, что противостоящая мне сила оставила попытки удержать меня на расстоянии. Как только я вошел в гараж, невидимая рука более не отталкивала меня. Наоборот, тащила к себе.
Мальчишка сидел за огромным рулевым колесом, с канистрой у живота, щеки и лоб побелели, кожа натянулась, блестела от пота. Когда я направился к нему, голова медленно, будто он превратился в робота, повернулась, и он посмотрел на меня. Широко раскрытыми темными глазами. Взглядом человека, накачанного наркотиками или смертельно раненного. В его глазах читалось только фанатичное упрямство, юношеская уверенность, что ответ есть и он должен его узнать. Он имел право. Именно этим, разумеется, и воспользовался «бьюик». Чтобы завлечь его в гараж.
— Нед.
— На вашем месте я бы вышел отсюда, сержант, — говорил он медленно, четко произнося каждое слово. — Времени осталось немного. Оно идет. Я слышу его шаги.
Он говорил правду. Меня захлестнул ужас. Гудение напоминало работу какого-то агрегата. Пульсация представляла собой какую-то разновидность телепатии. Но имело место быть и что-то еще. Что-то третье.
И это что-то, приближаясь, нарастало.
— Нед, пожалуйста. Ты не понимаешь, с чем имеешь дело, и уж конечно, не сможешь его уничтожить. Ты добьешься лишь одного: тебя засосет, как пылесос засасывает пыль. А в результате твоя мать и сестры останутся без мужской поддержки. Ты этого хочешь? Хочешь оставить их с тысячью вопросов, на которые никто не сможет ответить?
Мне трудно поверить, что парень, который пришел сюда побольше узнать о своем отце, может быть таким эгоистом. Что-то блеснуло в его глазах. Такой блеск иной раз можно увидеть в глазах сосредоточившегося на чем-то мужчины, когда он вдруг слышит шум в соседнем квартале. Но затем глаза снова потемнели.
— Этот чертов автомобиль убил моего отца, — ответил он. — Спокойно. Терпеливо объясняя свои мотивы.
Я, разумеется, не собирался с ним спорить.
— Хорошо, может, и убил. Может, в том, что случилось с твоим отцом, нужно винить не только Брэдли Роуча, но и «бьюик». Сие означает, что он может убить и тебя. Так, Нед? Говори, не стесняйся.
— Я собираюсь уничтожить его. — И наконец что-то прорвало темную пелену его глаз. Нет, не злость. Как мне показалось, безумие. Он поднял руки. Одна сжимала пистолет, вторая — бутановую зажигалку. — Прежде чем он засосет меня, я подожгу этот чертов телепортер[66]. Навсегда закрою дверь с этой стороны. Это будет первый этап. — Он говорил с абсолютной уверенностью юности, нисколько не сомневаясь, что до него эта мысль никому в голову не приходила. — И если переживу переход в другой мир, я собираюсь убить того, кто будет дожидаться меня на той стороне.
Это будет второй этап.
— Того, кто будет дожидаться тебя? — Меня поразил масштаб его допущений. — О Нед! Господи, да что ты несешь?
Пульсация усиливалась. Так же, как и гудение. Я кожей чувствовал, что в гараже становится все холоднее, как бывало в периоды активности «бьюика». И увидел сияние, зародившееся чуть повыше огромного рулевого колеса и начавшее растекаться по ободу. Что-то шло. Приближалось.
Десять лет тому назад уже достигло бы цели. Может, даже пять. Теперь на это уходило чуть больше времени.
— Ты думаешь, тебя ждет торжественная встреча, Нед? Полагаешь, что они пришлют президента Желтокожих розововолосых гуманоидов или императора Альтернативной вселенной, чтобы поприветствовать тебя и вручить ключи от города? Думаешь, они расстараются? Ради кого? Мальчишки, который не может начать жить собственной жизнью, потому что никак не смирится, что его отец погиб?
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
