– Вы горды. Я это вижу. Но и Джес такой же. А когда сталкиваются две гордости…
– Согнется моя. Вы это хотели сказать?
– Обычно уступают женщины. Но вы-то отступить не можете, правильно?
– Мне некуда. Сейчас – некуда. Я бы с радостью вернулась в Иртон, но кто сказал, что там не случится очередного покушения, что оно не будет успешным.
– Я понимаю. Но вот поймет ли это Джес? Чтобы договориться с ним, вам придется создать видимость уступок. А вот как…
– А если я не хочу ничего создавать? Пусть сам уступает! Александр, я живая и нормальная. По его милости меня чуть не свели с ума, по его милости меня да и Миранду чуть не убили, и я же должна под него прогибаться? Не слишком ли?
– Об этом я и говорю.
– И что вы мне посоветуете?
– Это зависит от того, что вы хотите получить.
– Спокойствие.
– А еще вам нужен статус графини. Иначе ваши дела потерпят ущерб. Да и многое другое.
– И что вы предлагаете?
– Предложите вашему мужу светский брак. У вас своя жизнь, у него – своя.
– Пару раз встретимся, чтобы сделать наследника, и каждый гуляет сам по себе? – Лиля чуть скривила губы. – Это не мое, Александр. Я с брезгливостью отношусь к подобным бракам. Да, они есть, иногда они необходимы. Но, может быть, не в моем случае?
– Я долго думал над вашей ситуацией. И я не вижу для вас другого выхода. Вы женщина гордая и властная. Джес такой же. Но при всем моем уважении… Есть два типа мужчин. Одни будут гордиться такой женой, как вы. Другие же будут злиться и негодовать, считая, что такая жена принижает их в глазах света.
– Джес – второй?
– Вполне возможно. Я не исключаю, что у него хватит ума и на первое. Но пока…
Лиля в задумчивости прикусила черенок розы.
– М-да. Проблема.
– Подумайте, Лилиан. Вы красивы, умны, вы серьезный противник для многих. Но как вы будете справляться с собственным мужем? Либо вы его сломаете, либо сломаетесь сами.
– Проявить гибкость.
– А разве не так поступают все женщины? Оставьте ему его игрушки. Если не вспыхнет сейчас, не вспыхнет никогда. Если вам удастся сбалансировать все сегодня, что еще надо?
– Семью. Детей. Обычное женское счастье.
– С Джесом у вас может быть первое и второе. А вот третье… Он не сможет уважать вас такую. В его понимании женщина – это слабое, хрупкое и беззащитное существо. Нежное и трепетное. Которое все обязаны оберегать.
– Твою рыбу!
Лиля от души сверкнула глазами. Роза полетела на тропинку.
– Александр, а я – не женщина?! Кто сказал, что право на существование имеют только блеющие козы?! И кто в курсе, что от козы рождаются козлята! Между прочим, если женщина – это поддержка и опора, мужчина тоже может сделать намного больше. Разве нет?
– Разве да. И я говорю сейчас не о своем мнении. Знаете, я ведь рос при дворе…
– И?
Лиля уже остывала. Роза была поднята со вздохом – надо же что-то в руках вертеть. Иначе и перчатки не спасут.
– Вы знаете о второй жене его величества?
– Джессимин. Знаю. И?
– Но вы ее ни разу не видели. А тем не менее вот она такой и была. Этакая нежная роза, по уши влюбленная в своего короля.
– А мой муж тут при чем?
– Я думал, вы поняли. Графиня Иртон детьми не занималась. Ими занимались граф ну и его сестра. Пока виконтесса Джессимин Иртон не стала королевой.
Лиля мысленно передвинула еще одну костяшку на невидимых счетах. Еще один довод в пользу ее версии.
– М-да. И Джес подсознательно искал такую же клушу?
– Я бы не стал так выражаться.
– Но это реальность. Ясненько. Меня он не оценит просто потому, что сильные женщины – это нонсенс.
– Абсолютно точно. История знает множество примеров, но пример – это одно. А найти его в своем доме…
– Полагаете, другого выхода нет. Или меня начнут ломать через колено, а учитывая мои предположения – и с королевской помощью, или я сделаю вид…
– Вы сможете сами это проверить. Мне же просто хотелось помочь.
– Почему мне? Джес ваш друг. Я же… просто корова.
– Лилиан!
– Можно подумать, я не знаю, как дражайший супруг меня называл. Поведали! Во всех красках! Знаете, сколько ко мне ездит этих нежных-трепетных? Его величество временно отпустил Алисию, чтобы она всю эту шушеру разгоняла. Так почему вы мне помогаете?
– Потому что я вас вижу. И, надеюсь, немного понимаю.
– И?
– Вы ведь… Если бы не началось все это, вы бы стали такой?
Лиля пожала плечами.
Лилиан не стала бы. Аля Скороленок? Той вообще нужны были только медицина и Леша. В любом порядке. Но уж точно не налаживать производство кружев и калейдоскопов в чужом мире.
– Вот. Вы такая железная временно. И если Джес сможет прикрыть вас, вы рано или поздно станете самой собой.
– А если не сможет?
– Маска прирастет к лицу. Такое тоже бывает.
Лиля молчала, глядя в серые глаза.
Почему этот человек смог увидеть? И понять?
Действительно, ты полностью мобилизуешься на войне. И дерешься до последнего. А потом, когда мир, когда победа, ты складываешь знамена. И возвращаешься домой, печь пироги и растить детей. Такое тоже было в истории. И не раз. И то, что ты дерешься, а не плачешь в уголке, не значит, что ты – леди с яйцами. Просто у всех разные методы защиты. Кто-то дерется. Кто-то строит из себя бедную-обиженную. Рискуют, кстати, обе группы одинаково.
Если ты дерешься без скидок, всеми методами, можешь нарваться на ответ. А если строишь из себя обиженную, на тебе могут начать возить воду. А ты и голос повысить не сможешь. Ты же бедная-несчастная. Просто у Лили не было второго пути. Перед кем в Иртоне было слезы размазывать? Перед Эдором, мир праху его?
Оставалось драться. Вот она и…
Александр это понял. Джес же…
– Он не увидит.
Александр смотрел на женщину. Такая… невероятная. Чем-то Лилиан напоминала ему алмаз. Такая же твердая. Такая же хрупкая.
– Боюсь, что так. И хотел вас предупредить.
Лиля приподнялась на цыпочки и коснулась губами щеки Фалиона.
– Спасибо, Александр. Я обдумаю ваши слова.
– Вы ведь написали ему?
– Это не переписка, – горько усмехнулась Лиля.
– А что?
– Поединок.
– Так сделайте вид, что отступаете.
– Я подумаю. Давайте поговорим о чем-нибудь другом – пока?
– Пожалуйста. У меня есть весьма симпатичная кобылка по кличке Ветерок. И я хотел бы…
Разговор ушел в сторону лошадей и собак. Лиля училась и этому. Шея, круп, копыта… Здесь лошадь не диво из зоопарка, а типичное домашнее животное вроде хомячка. Так что знать – надо.
Мужчина и женщина шли по саду.
Цвели цветы. Пели птицы. Все было почти пасторально красиво. Велся легкий светский разговор.
Женщина думала, что, если все так и обстоит, с нее сильно причитается Фалиону. И за совет, и за поддержку.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
