Спустя пару минут такого боя я решился использовать ускорение. Пора было заканчивать бой, иначе потом у меня просто не останется сил, так как дроу не давал мне продохнуть ни секунды. Музыка, уже привычно включившаяся в голове, сработала как триггер активации ускорения. Сдерживаться я не стал и включил сеть на полную, так как единственным шансом победить была максимально быстрая и внезапная атака. Время замедлилось, и дроу почти застыл на месте. Двигаясь, как в киселе, я рванулся вперед, огибая опускающийся меч противника, и ударил темного, пытаясь зацепить горло. Когда мой меч уже почти достиг горла дроу, тот неожиданно окутался мельчайшей сетью силы, которая пронеслась по его ауре и опустилась на тело. Множество отростков плетения моментально внедрились в кожу темного, а затем по ней пробежала волна силы, и враг ускорился, моментально отпрыгнув назад.
— Ого, какой ты прыткий, Недомерок! — веселый голос дроу звучал совершенно спокойно, как будто он не был только что на волосок от гибели. — Смотри-ка, ты смог порезать меня! — Вытерев указательным пальцем левой руки каплю крови из царапины на шее, он внимательно ее рассмотрел и слизнул. — Я не разочаровался в тебе. Жаль, что тебе придется вернуться обратно к этому идиоту Лоскеру. Хотя уже к вечеру ты будешь принадлежать совсем другому человеку.
— В каком смысле вернуться? Ты что, не собираешься убивать меня?
— Да зачем мне это? — темный развел руки в стороны и пожал плечами. — Я всего лишь хотел сразиться с тобой, а не убить. Заодно и денег заработаю. Твой хозяин очень алчный человечишка, а поэтому он придумал план, как не дать тебе освободиться и заработать еще больше денег. Поэтому ты останешься жив и будешь продан маэстро Ульрике, которая дает за тебя просто невероятную кучу денег!
— Что? — Ярость просто вскипела, стоило лишь мне услышать это имя. — Я никогда не буду ее рабом! Лучше смерть, чем быть ее рабом!
Резкий рывок, удар, еще удар. Дроу, ошеломленный моим натиском, отступал, но все равно успевал парировать мои удары, которые становились все быстрее и быстрее. Ярость, полыхавшая в груди, бросала меня вперед. Вся сила, доступная мне, была вброшена в сеть ускорения. Тело начало протестовать против такого насилия, отзываясь болью в мышцах и суставах, но скорость моих ударов росла. Сила, которая вырабатывалась моими мышцами и которую я раньше сливал в землю, была также направлена в сеть ускорения. Вскоре я носился вокруг дроу, пытаясь нащупать брешь в его безупречной обороне, периодически отпрыгивая, когда темный предпринимал контратаки.
Еще, еще, еще. В мозгу была только одна мысль — надо быть быстрее, еще быстрее, тогда я смогу победить! Тело горело, как ошпаренное, но я не прекращал наращивать темп, двигаясь все быстрее и быстрее. И дроу не устоял, пропустив удар в левую руку, он отпрыгнул. Но тут же по его телу вновь пробежала волна силы, плетение ускорения налилось энергией, и он рванул вперед. Удары посыпались градом, но в этот раз темный атаковал по-настоящему. И с каждым ударом моя катана становилась все короче и короче. Темный, как будто издеваясь, срубал по маленькому кусочку со стороны острия катаны, оставив в конце сантиметров десять от длины клинка, когда я, резко отпрыгнув, разорвал дистанцию.
— Жаль, что все закончилось так быстро. Но я даже не ожидал, что ты будешь таким прытким. Ни разу не видал такой скорости во время твоих боев, — дроу поднял меч, медленно делая шаг в мою сторону. — Я решил, что раз ты не хочешь быть рабом, то я помогу тебе. Я не могу проиграть, так как дал слово, но и отдавать тебя Лоскеру тоже не хочу. Так что я исполню твое желание — ты умрешь!
Рывок дроу был настолько быстр, что я успел только подставить обрубок меча под опускающийся сверху клинок и попытался отпрыгнуть. Удар темного немного отклонился, меч разрубив огрызок катаны, скользнул по моей груди, оставляя длинную царапину. Следующего удара я не дождался, так как дроу стоял на месте и смотрел на меня, закинув меч на плечо.
— Прощай, Недомерок. Жаль, я не знаю твоего настоящего имени.
Еще не понимая, что случилось, я провел рукой по ране снизу вверх и добрался до ошейника на шее, который оказался наполовину разрублен. Не успел я осознать, что это значит, как ошейник моментально нагрелся и ударил силой.
ГЛАВА 11
Я не верил, что я мертв.Я слышал брань и плач.Видел, как над теломТам, внизу, шаманил старый врач.Я плыл в черной пустоте,Я обретал покой.Свет в конце тоннеляКак магнит тянул к себе дух мой…Не хочешь — не верь мне!
Ложа градоначальника Борейта
Дверь ложи распахнулась от удара и хлопнула по стене. Вихрь, влетевший в проем двери, остановился рядом с креслом ланисты и тот взлетел в воздух, вздернутый за горло двумя женскими ручками.
— Ты что сделал, скотина?! Думаешь, тебе это с рук сойдет, падла жадная?! — маэстро, несмотря на свое хрупкое телосложение, крепко держала на весу грузное тело ланисты и трясла его, как куклу, в то время как лицо Лоскера быстро багровело от недостатка воздуха.
— Эльсира, отпустите этого подонка, не марайте свои нежные ручки. Лучше посмотрите на арену, а то пропустите самое важное. А с этим мешком дерьма мы потом сами разберемся.
— Данелий! Как вы могли позволить такому случиться?! — Ульрика, все еще не отпуская ланисту, зло посмотрела на маннаса.
— Ульрика, я сам до последнего момента не знал о планах этого пройдохи. Вон, даже наш друг Борейт до сих пор не может прийти в себя — ведь это его телохранителя использовал наш великий ланиста, — голос маннаса так и сочился обещанием долгой и мучительной смерти для болтающегося в руках эльсиры тела.
— Так это ваш телохранитель?! — Ульрика бросила хрипящее тело на пол и подступилась к креслу градоначальника. — Быстро отзовите его!
— Извините, эльсира, но я не знал, что этот засранец так использует моего телохранителя! — в голосе Борейта отчетливо слышалась паника, так как он прекрасно знал, на что способна одна из самых сильнейших одаренных академии. Благо летописи войны и слухи о подвигах Ульрики после войны не были секретом ни для кого. — И я не могу его остановить! Бой уже объявлен, так что остановить его в силах только сам император!
— Ульрика, — Данелий встал и попытался обнять девушку за плечи, но та резким движением сбросила его руку, — присядьте в кресло. Все равно мы уже ничего не можем сделать. Только смотреть.
Девушка злобно взглянула на маннаса, потом оглянулась на пытающегося отдышаться Лоскера и охранника, стоящего в проеме двери. — Если этот кусок дерьма выйдет отсюда без моего разрешения, то я тебе яйца отрежу! Понятно?!
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
