Рейф улыбнулся, представив радость воссоединившихся супругов.
Он не хотел отпускать ее и сжимал так крепко, что Эллен наконец запротестовала:
– Я не могу дышать! Отпусти же, Дункан!
Но в голосе звучало столько счастья, что он и не подумал послушаться.
– Боюсь, что снова потеряю тебя, – признался он. – Я отослал эту сучку Эвину в монастырь Мэгги, чтобы из нее выбили дьявола и научили хорошим манерам. Макара рассказала, каким образом сэр Роджер похитил тебя.
– Почему ты не пришел за мной, Дункан? – спросила Эллен. Лучшая тактика – заставить его оправдываться, тогда он забудет о ревности.
Она тяжело вздохнула.
– Но я повсюду тебя искал! Мы немедленно отправились в Дьявольскую долину, но дом был пуст, и никто понятия не имел, куда девался сэр Роджер.
– Его маленький фамильный замок находится в заливе Солуэй, с английской стороны границы, – пояснила Эллен. – Неужели никто не знал об этом?
– О нем вообще было мало что известно, кроме того, что он приехал на границу по повелению короля Генриха, чтобы объединить англичан против шотландцев и вместе с ними совершать набеги на нашу сторону границы, – пояснил Дункан. – Все, кого мы допрашивали, уверяли, что его дом находится в Дьявольской долине. С ним был отряд в две дюжины человек, под командованием сержанта.
– Рейф, – пояснила Эллен. – Сержанта зовут Рейф. Он неплохой человек, хотя не могу сказать того же самого о Колби.
– Почему он увез тебя? Я так и не дождался требования выкупа, – заметил лэрд.
– Он украл меня, чтобы наказать тебя. Считает, что поскольку именно ты повел шотландцев на англичан, уничтожил их деревни, угнал скот, значит, из-за тебя он потерял благосклонность своего короля. А это все, что есть у сэра Роджера, и лишиться милости Генриха для него хуже всякой пытки. Поэтому он решил, что украдет у тебя то, что ты ценишь всего дороже. Причинит тебе такую же боль, какую причинил ему ты. И он решил, что именно я для тебя дороже всего на свете.
– Он все верно рассчитал, жена, – тихо признался Дункан. – Этот человек что-то сделал тебе?
Она знала, что он имеет в виду, и поэтому, глядя ему в глаза, тихо поклялась:
– Ничего. Он меня пальцем не тронул.
Как ни странно, ложь далась ей легко.
– Меня привезли в замок Колби и бросили в подземную темницу, где я промучилась больше месяца. Никого не видела. Ни с кем не говорила. Меня плохо кормили, а сварливый тюремщик ленился вымолвить лишнее слово. Мне так не хватало звуков человеческого голоса, что я разговаривала с собой, а потом подружилась с крысенком и часто с ним беседовала. Он вежливо слушал, зная, что я поделюсь с ним хлебом, – объяснила она Дункану с лукавой улыбкой.
Рука об руку они направились к дому, где уже ждали Адэр и Конал. Им тоже не терпелось поздороваться с родственником. Немного потолковав о пустяках, они тактично удалились, оставив влюбленную пару наедине. Эллен продолжила свой рассказ:
– Я была уверена, что ты найдешь меня, муженек. Ждала и ждала, но ты так и не пришел. Теперь я знаю, что никому не было известно о втором доме сэра Роджера. Должно быть, он из знатной и влиятельной семьи, потому что замок построен на века и явно имеет стратегическое значение: из его окон открывается вид на Солуэй и море. В тот день, когда меня перевели в башню, я подумала, что это и есть море.
– И сэр Роджер все это время вел себя, как подобает джентльмену? – допытывался Дункан.
– Муженек, лучше выскажи начистоту все, что таишь в сердце! Овладел ли он мной? Делила ли я с ним постель? Не делила, – сухо сообщила Эллен, убеждая себя, что это и есть чистая правда. – Но несколько раз ласкал и целовал, намереваясь взять силой. Он и не скрывал своих намерений, тем более что ненавидит всех женщин, считая их распутницами. Называл меня шлюхой. Считал, что меня легко соблазнить, если оторвать от окружающего мира и лишить общества. Когда же он понял, что я не сдамся, вознамерился затащить в свою постель. Почти неделю назад привел меня в зал и разъяснил, что намеревается со мной сделать.
Именно в тот день я узнала, что Йен Джонстон тоже попал в лапы сэра Роджера. Ему повезло меньше: он гнил в подземельях свыше пяти месяцев. Хозяин замка велел привести его из этого гнусного места. Он зарос щетиной и отрастил длинную бороду. От него несло, как из свиного хлева. Сэр Роджер пообещал ему свободу, если он согласится помочь в одном деле. Конечно, Джонстон был готов на все, как и любой другой, просидевший почти полгода в подземной темнице.
– Какую новую пакость затеял этот английский дьявол?
– К нему ненадолго приезжал гонец от самого короля Генриха и привез Колби послание, вернее, загадку. Король передал сэру Роджеру, что в лапе льва торчит заноза и он желает, чтобы эту занозу вырвали.
– Лев – это Англия, а заноза – Яков Стюарт, – сразу же понял лэрд Даффдура.
– Совершенно верно, – кивнула Эллен. – А вот Колби не сумел разгадать истинный смысл королевского послания, и я совершила ужасную глупость, пояснив, что лев – это и есть Генрих Тюдор. Сэр Роджер догадался об остальном и теперь замыслил убить Якова Стюарта, чтобы вернуть милость своего короля.
– Продолжай, жена, – попросил Дункан. – Расскажи о своем побеге.
– Тем утром в зале, после того как сержант увел Джонстона мыться, сэр Роджер объявил, что ночь я проведу в его постели. Тогда я поняла, что выхода нет. Но и сбежать я не смогу, если буду снова заперта в башне. Тогда оставалось только покорно ожидать своей участи. О, я могла выброситься из окна, но, честно говоря, не хватило храбрости. И тут я поняла, что у меня остается всего один шанс избежать насилия. Поэтому я прибегла к насмешкам.
– Что? – озадаченно переспросил Дункан.
– Я стала издеваться над ним и ранила его гордость. Заявила, что только трус способен взять женщину силой, против ее воли. Он снова повторил, что все женщины – развратницы и шлюхи и что я непременно отдамся ему. Я продолжала высмеивать его. Сказала, что у него не хватит духа отпустить меня на волю. Бросила ему вызов. Предложила дать мне час форы; а потом поохотиться на меня, как на олениху, с оружием и гончими. О нет, он прекрасно понимал, что я подначиваю его, и все же гордость не позволила ему терпеть издевки. Он согласился при условии, что если поймает меня, я стану его послушной любовницей и останусь, пока не надоем. Кроме того, он потребовал, чтобы я бежала босиком ив одной сорочке.
– Свинья! – взорвался лэрд, дрожа от ярости.
Но Эллен только рассмеялась:
– Нет, Дункан, он не подозревал, что оказывает мне услугу. Я не путалась ногами в тяжелых юбках, и, поскольку большую часть жизни разгуливала по горам босиком, мне не составило труда пробежаться по скалам и песчаному берегу.
