— Удачи тебе.
* * *
Страхи Раэля по поводу осмотра гоблинами артефакта оправдались. В тот момент, когда вооруженный взвод коротышек ввел охотника в шатер вождя, гоблинский шаман уже вовсю пританцовывал вокруг высоких, колышущихся в огромной чаше, языков пламени, с нацепленным на руку браслетом. Курзык же, стоя поодаль, внимательно наблюдал за ритуалом.
— А-а-а, чужак! Твой приходить вовремя! — воскликнул вождь, — мы колдовать, чтобы понимать, что за штука твоя приносить нам! Но твой мочь помочь нам, и делать ритуал быстро!
— Я не знаю, что это за артефакт. Но знаю точно, что вы делаете это напрасно. Последний, кто надевал на себя этот предмет, превратился в кровожадного монстра, — сказал Раэль, бросив суровый взгляд в сторону пляшущего шамана.
— Твой пугать. Мы все равно узнавать сами, что за штука эта, — сказал Курзык, — это все, что ты говорить?
— Нет, не все, — с нажимом промолвил охотник, — твое племя содержит пленных, как животных в клетках — на голой земле, без крыши над головой. Только, если ты позабыл, мы не животные. И, если ты заметил, в нашем отряде есть дети, и они не перенесут холодной ночи…
Курзык выставил руку ладонью вперед, остановив повествование Раэля.
— Твой требовать от мой, но сам не желать выполнять мой просьба с колдовская штука!
— Я повторяю тебе, что я не знаю, как работает этот предмет! — раздраженно промолвил Раэль.
— В таком случай мой не знать, как помочь твой в твой проблем!
— Идиот! — прошипел охотник.
Курзык злобно выпучил глаза на чужака, только что дерзнувшего прилюдно, а скорее, «пригоблински» его оскорбить, но в тот же миг, припомнив, кто он есть (а был он, ни много ни мало, вождем племени гоблинов, в данный момент представшим пред своими соплеменниками), придал своей физиономии изначальное выражение и, хитро ухмыльнувшись, процедил.
— На том и порешим! — после чего вальяжно рассек своей зеленой лапой воздух, отдав приказ страже увести пленного.
Гоблины пытались сдвинуть с места приросшего к земле Раэля, который в этот момент, подобно кастрюле с водой, подвешенной над огнем, подбирался к наивысшей точки кипения, готовый вот-вот звучно забулькать от злости. Впрочем, такая реакция была вполне уместна, ведь охотник, желавший напоследок поддеть зеленокожего мерзавца, был до крайности возмущен спокойствием, проявленным вождем, что еще пуще разогрело Раэля.
Однако досмотреть пьесу с предполагаемым трагичным окончанием для охотника, под названием «кульминация человеческого гнева», вождю так и не довелось. Судьба, чьи хитросплетения неподвластны разумению живых существ, вновь внесла свои коррективы в предсказуемое течение жизни, учинив в шатре тотальный переполох.
Первыми почуяли неладное гоблины, стоящие у выхода из шатра, заслышав снаружи нехарактерную для обыденного «гоблинского денька» шумиху. Два прозорливых зеленокожих стража были обречены в любом случае, вне зависимости от того, выглянули бы они на улицу или нет. По долгу службы гоблины предпочли разузнать, в чем же все-таки дело, что лишь немного ускорило их кончину. Два орчьих топора синхронно проломили две высунувшиеся из шатра головы, после чего диверсанты показались на пороге обители вождя. И все бы ничего, если бы орки попытались пробиться внутрь, воспользовавшись только центральным входом. Однако в этот раз зеленокожие варвары продумали операцию по всем канонам диверсионной деятельности. И вот, одна из стен шатра, прямо позади Курзыка, запылала огнем. Через мгновение в новый проход вломились еще трое орков, один из которых был, по всей видимости, шаманом.
Хитрая ухмылка после данного Раэлю отпора мгновенно сползла с физиономии вождя, а цвет его зеленоватой морды приобрел серый оттенок, более подходящий для ситуации, граничившей со смертельной опасностью.
Раэль, оставив обдумывание своих действий на потом, выхватил у ближайшего из гоблинов копье и помчался прямиком к вождю. Бедняге Курзыку и вовсе поплохело. Всего лишь минуту назад все было так спокойно и прекрасно, а теперь с одной стороны на него мчался отряд орков, посланный с целью жестоко покарать его за столь плохо проведенные «переговоры», а с другой стороны — разъяренный человек, чья злоба нашла теперь лазейку и вырвалась наружу, чтобы наказать своенравного зеленокожего коротышку.
«Не такого конца я ожидал!» — пронеслось у Курзыка в голове.
Какие-то доли секунды, и Раэль, отразив удар орчьего топора, заслонил собой обескураженного вождя и принял бой с налетчиками. Позади охотника доносились звуки битвы, а скорее истребления. Гоблины из отряда конвоя, словно юные несозревшие колосья, падали под ударами орочьих топоров, словно от взмахов косы собирателя урожая. Тем временем шаман гоблинов, продолжающий выплясывать вокруг огня, был довольно-таки неестественным образом выведен из своего транса орчьим заклинанием. Сгусток пламени объял зеленокожего коротышку, и тот, внезапно пробудившись, дико завопил и рухнул на пол, завертевшись, словно юла.
Крайне раздосадованные затянувшейся расправой над вождем гоблинов, орки с завидным упорством напирали с двух сторон в попытке пробиться к Курзыку. Раэль оказался в неловком положении, ведь, проявив свою неуемную смелость, он вызвал гнев зеленокожих варваров на себя. Кроме того, малая ловкость его положения заключалась еще и в том, что в руках охотника находилось гоблинское копье, владение которым у Раэля навряд ли можно было считать сносным. Словом, охотник, походя в эту минуту на одинокого мальчугана, застигнутого изголодавшимися волками врасплох в темном лесу, отмахивался от нападков разъяренного зверья куском деревяшки. Чем-то этот поединок напомнил охотнику судьбоносную схватку с Фьёльниром в зимнем лесу Фросвинда. С разницей лишь в том, что в этот раз Раэлю противостояло двое орков, а вместо привычных охотнику кинжала и топора, в руке его очутилось неудобное гоблинское копье. Впрочем, настало самое время привыкнуть к новому оружию! Только вот орки не считали нужным предоставить хоть толику времени дерзкому человеку. Удары топоров почти достигали цели, и Раэль, чья жизнь вновь висела на тонком волоске, подточенном за столь короткое время множеством событий, все еще держался за него, пытаясь избежать падения в гибельную бездну. Охотник, совершая короткие перескоки из стороны в сторону, наотмашь отражал рубящие атаки. Но капкан сжимался, скользя своими острыми зубцами по шее Раэля. Шум боя позади охотника постепенно стихал, сменяясь орчьим рыком. А шаман зеленокожих, стоя рядом со свернувшимся на полу притихшим гоблином, превратившимся в обугленный кусок мяса, прикрыл глаза и, делая глубокие вдохи, восстанавливал свои силы после использования магии.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
