— Да, наш, к сожалению, пока незаменимый «прибор отладки».
Действительно, пес Аэлиты Бемс стал «незаменимым живым прибором», поскольку индикаторов запаха не осталось.
Город-лаборатория прежде всего был лабораторией, где ставили эксперимент.
Шульц утешал себя, что в лабораторных условиях он имел право на эксперимент с «живым прибором» и академик Анисимов по возвращении не осудит его за регулировку автоматов с помощью «живой биологической системы», именуемой собакой, тем более что продукция завода «вкусных блюд» теперь пойдет…. и в голодающие страны!
Весь день бродил он по Городу Надежды, любуясь необычными фасадами ледяных зданий и зеленью разбитых между ними бульваров. Но нет-нет да улавливал запах спиртного от случайных прохожих.
Из-за отсутствия в Городе-лаборатории полиций (ее создание не санкционировал Совет безопасности из-за боязни «нарушения Прав человека») Шульцу некому было поручить расследование диверсии на заводе и нарушений Устава Города. Он лишь подумал о двух друзьях, которые могли бы помочь ему, о Спартаке и Остапе.
Он вспомнил о них еще раз поздним вечером, когда счел своим долгом пройтись по затемненным бульварам Города. Ночь здесь была условной, отмечаемая гаснущими фонарями на улицах. Перевезенные с других континентов деревья прекрасно прижились в оранжерейных условиях Грота на доисторической почве шестого материка. Свет дежурных фонарей едва проникал сквозь плотную листву, источавшую горьковатый аромат невидимых цветов.
Шульц подумал о «живом анализаторе запаха» и вдруг услышал отчаянный женский крик.
Остановился и прислушался.
Женщина звала на помощь.
Шульц ринулся сквозь заросли, раздвигая гибкие ветки руками. Ему оцарапало щеку, сучья застряли в бороде, а листва едва не сбила очки.
За кустами он увидел безобразную картину: двое мужчин срывали одежду с отбивавшейся девушки, стараясь повалить ее наземь и заткнуть ей рот.
— Остановитесь, смерды! — по-латыни прорычал Шульц.
И тотчас почувствовал, как на него напали еще двое, которых он не сразу заметил. Но свалить с ног бородатого «великана-разбойника» было не так просто. Он схватил одного из нападающих за голову, другого отпихнул ногой.
Девушка продолжала кричать на незнакомом языке.
Шульц так сдавил голову противника, что тот застонал. Упавший от толчка ногой поднялся и снова кинулся на Шульца. К нападающему присоединился тот, кто раздевал девушку. Его сообщник продолжал держать ее, заломив ей руки.
Шульц отпустил стонавшего, и тот кулем свалился ему под ноги. Теперь предстояло справиться лишь с двумя. Шульц не был ни борцом, ни боксером. Но сейчас какой-то первобытный инстинкт проснулся в нем. Он ловко парировал удары противников, и, когда один из них попытался ударить его ногой ниже живота, он захватил ногу и так повернул ступню, что раздался хруст. Нападающий взвыл и выбыл из боя.
Поняв, с кем имеют дело, хулиганы бросились бежать. Драчун, потерявший сознание, пришел наконец в себя и уполз в темные кусты. За ним последовал и его сообщник, прыгая на одной ноге.
От дравшихся несло перегаром, вызывая у Шульца тошноту.
Он подошел к девушке и… не поверил глазам. Он готов был поклясться, что перед ним, полуобнаженная, на коленях, стоит сама Шали Чагаранджи, погибшая в Бермудском треугольнике.
— Я вам так благодарна, достойный господин, — сказала девушка, пытаясь обрывками одежды прикрыть свою наготу. — Я не поверила бы, что такое может произойти здесь! Когда вы появились, такой могучий, я решила, что это сам командор спешит мне на помощь.
— Нет, это я, Вальтер Шульц, его заместитель и ваш слуга. Но кто вы, наследница богини красоты?
— Почему вы смотрите на меня так удивленно, достойный господин? Я просто Чандра. Из Индонезии. — Она встала. — Приехала с подругой на лайнере «Иван Ефремов». Надо найти нашу Рахиль. Ее напичкали наркотиками. Они слишком подействовали на нее, и она уже не представляла интереса для гнусных смердов. Понимаете, достойный господин?
Вальтер Шульц кивнул.
Они нашли израильтянку, бесчувственную, безвольную. Она сидела на траве, прислонившись спиной к дереву, ничего не слыша. Ее глаза были пусты, язык не ворочался, руки висели плетьми…
— А ведь она такая умная, всегда такая веселая, огненная, как и ее волосы. Что сделал с ней этот проклятый героин! — горевала Чандра.
— Вы сказали, что прибыли с последним рейсом «Ивана Ефремова». У вас нет закалки первых ледовых строителей. Надо установить, кто из приехавших вместе с вами привез сюда эту мерзкую отраву!
Чандра старалась привести в чувство подругу.
Шульц любовался ею.
Глава вторая. «ПРАВОЗАСТУПНИК»
«Продолжить мои расспросы попросил сам Вальтер Шульц. Он отбил ночью от пьяных хулиганов красавицу Чандру. Боюсь, что наш влюбчивый „великан-разбойник“, как прозвала его Тамара, снова попал в тяжелое положение. Честное слово! Он, помимо обязанностей Генерального директора Города-лаборатории, теперь нес еще и рыцарскую охрану спасенной им девушки. Каждый вечер появлялся у девичьего общежития и робко следовал за нею, пока она гуляла с подругами по бульварам.
Нам удалось с помощью доктора Танаги найти человека с поврежденной ногой. За медицинской помощью вынужден был обратиться молодчик из Калифорнии по имени Стив Клиффорд. Сбежав от богатых родителей, он примыкал одно время к банде „отрицателей“, творивших всяческие безобразия под флагом непризнания всех условностей, традиций общества, религиозных заповедей и представлений о порядочности. Они называли себя подонками.
Он оказался не из слишком твердых, уверял, что не знал Устава Города, а договор подписал не читая. Однако быстро назвал своих сообщников по нападению на Чандру, хныкая, что это спиртное сделало его „отвратительным животным“, сам же он „совсем другой“. Он пытался оправдаться тем, что не прикоснулся к Чандре и напал на Шульца, думая, что защищает от него девушку, которую захватили „приятели толстяка“. Кайффорд воображал, что так выгородит себя.
Спиртное нашлось в одной из бочек с химикалиями, к которым имел доступ Мигуэлъ Мурильо.
Опять этот тип!
Но дело было не в одной бочке. Обнаружились и наркотики: героин, марихуана и какие-то новые таблетки „рай Магомета“.
Молодчики, хранившие их, нахально уверяли, что это предметы первой необходимости, от чего они не могут отказаться, пусть им даже грозит высылка на континент.
Они отправятся из Города Надежды все четверо с первым же рейсом корабля или попутного танкера.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
