— Мы уже все обсудили, — решительно заявила Айлани, — я не останусь в Эльсириолле и не брошу свою родину и свой народ на произвол судьбы!
— Об этом я более и не прошу, — с сожалением вздохнул Элефендил Эльфийский, — но все мы станем чувствовать себя более спокойно, если вы согласитесь не расставаться с артефактом связи, что укреплен сейчас на вашей шее. Тогда вы сможете подать нам знак в случае великой опасности. Помните, Принцесса, вы — Белый Маг, и потому ваша жизнь принадлежит не только вам, но и всему Парну! Так гласит ваш Закон Предков, насколько я помню.
— Хорошо, я исполню вашу просьбу, — согласилась Айлани, — а теперь, с вашего позволения, Великий Князь, я хотела бы вернуться в Арзанну.
Элефендил Эльфийский выразил глубокое удовлетворение по поводу проявленного ею благоразумия, после чего зажег арку врат и торжественно попрощался.
* * *
Айлани вышла из сияющего холодным белым светом портала, и стоящий на часах в Королевском Кабинете стражник отсалютовал, увидев Принцессу. Неподвижная громада эльфийского Железного Голема, замершая возле арки врат, ожила и, подвывая жужжащими механизмами, скрылась в свечении портала. Спустя пару мгновений врата погасли. В выбитое окно ворвался порыв свежего ветра, и Айлани поежилась. Закутавшись в Мантию Силы, она вышла из помещения. Стоявший на страже воин двинулся следом. Это было единогласное требование всех ее соратников: Принцесса дала обещание не ходить без охраны или хотя бы сопровождения в столь смутное время.
После боя с некромантами Дворец немного почистили, убрали трупы, отмыли кровь и вынесли обломки, но заниматься ремонтом было некогда, да и некому. Всюду по-прежнему лежали баррикады из каменных глыб и перевернутой мебели, зияли разбитыми витражами и выломанными рамами окна, стыдливо прятали глаза расколотые статуи, и чернели пятнами копоти стены. Все этажи королевских покоев были разгромлены, а ее личные покои оказались разграбленными и разрушенными еще в день бегства. И потому самую первую ночь после возвращения они с Лимми провели во фрейлинской. На следующий день по просьбе Первой Фрейлины могучие Орки вскрыли двери в крыло Дворца, бывшее запечатанным в течение тридцати лет, и Айлани вместе со старой фрейлиной разместились в покоях Королевы Ариллы. Если не брать в расчет тридцатилетнюю пыль, там оказалось весьма уютно, даже, несмотря на то, что перед запечатыванием, по приказу Геордина, оттуда много чего вынесли.
— Ваше Высочество! Вы вернулись! — Первая Фрейлина встретила ее в дверях. — Вас не было три дня, мы уже начали волноваться! — Она немедленно засуетилась вокруг Принцессы. — В первую очередь необходимо сменить туалеты! — заявила Лимми. — Я сейчас же велю приготовить ванну для омовения!
Принцесса попыталась возразить, но бурлящая кипучей энергией старушка не желала ничего слышать, заявив, что не позволит ей приступить к делам государственным в неподобающем тому виде. В результате последующие два часа ушли на принятие ванны, облачение, укладку прически, косметические снадобья и скорую трапезу. Только после этого Первая Фрейлина, оглядев Принцессу со всех сторон придирчивым взглядом, заявила, что идет на сделку с собственной совестью и отпускает ее без обновления маникюра. Но это только сегодня и только потому, что ее советники вот уже полтора часа дожидаются появления Айлани в гостевой зале.
— Ваше Высочество! — Виконт Вэйдин склонил голову в приветственном поклоне, и остальные последовали его примеру. — Позвольте мне выразить нашу общую радость по случаю вашего возвращения! Удачно ли состоялся дипломатический вояж?
— Король получил множество ранений в битве, но, к счастью, все обошлось, — сообщила Айлани, — теперь он в добром здравии и полон сил. Народ Орков отразил нашествие к’Зирдов, и Ругодар на какое-то время в безопасности. Его Величество со своими друзьями готовит войско для оказания военной помощи Авлии.
— Это весьма радостная весть! — произнес Лорд Ирлин. — После вашего отбытия по столице поползли различные слухи, и подобные известия как нельзя кстати!
— Более мне порадовать вас нечем, уважаемые милорды, — Принцесса слегка поморщилась, — Эльфы отказались вступить в великую войну, предпочтя оставаться наблюдателями.
— Я так и полагал, — вздохнул лорд Тэрвис, — могущественным Детям Богов никогда не было дела до наших бед. Его Величество прав можем рассчитывать только на себя.
— Наблюдатели на сторожевых башнях видели, как час назад боевые Големы, патрулировавшие границы столичных земель, скрылись во чревах летающих Големов, и все они взмыли в небо, — сообщил Вэйдин. — Рано или поздно отступившие в страхе перед эльфийским гневом к’Зирды прознают об этом и вновь двинутся к столице. Мы более не находимся под покровительством Эльфов.
— Это вызовет новую волну покидающих Арзанну людей, — покачал головой Наставник. — Все эти дни в столичных воротах соседствуют два потока беженцев: одни приходят в город, другие его покидают.
— Пусть бегут навстречу своей участи! — гневно воскликнул Виконт. — Его Величество приказал никого не неволить, и я полностью согласен с ним! Почему те, кто решил сражаться за будущее своей родины, своих детей и свое собственное, должны кормить тунеядцев и проливать кровь ради тех, кого интересует лишь поиск глухой норы поукромнее, где можно было бы отсидеться, пока все не утихнет?! Я тридцать лет сражался с узурпатором и могу убежденно заявить, что именно из-за того, что существует великое множество безразличных и бесхребетных, в человеческом племени возможно все то зло, грязь и подлость, которая чужда народу Орков! Пускай убираются, этим они окажут нам услугу — избавят от лишних ртов! У нас со дня на день начнется голод, так что исход малодушных нам только на пользу! Более меня беспокоит то, что они разнесут слухи о покинувших нас эльфийских защитниках. Это может серьезно приблизить нападение врагов, а меж тем поток прибывающих в Арзанну людей еще не иссяк!
— Вы слишком категоричны, друг мой, — покачал головой лорд Тэрвис, — я не оспариваю, многие из тех, кто бежит сейчас из столицы, пришли сюда, рассчитывая получить чудесное спасение, и изначально не собирались сражаться или оказывать содействие защитникам. Но некоторые просто напуганы и не верят в возможность сокрушить миллионы к’Зирдских воинов.
— И потому торопятся забиться поглубже, подобно песчаным крысам?! — парировал Вэйдин. — И сидеть тихо, не высовываясь? Король прав, подобные люди не стоят наших забот, ибо никогда не принесут пользы родине, но будут высасывать из нее все, что смогут, словно паразиты, которых заботит лишь, как бы набить свой живот, и ничего более!
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
