Остальные женщины этого человека оказались мимолетными увлечениями. Ни одна из них не могла вытеснить из сердца прекраснейшую дочь Нефертити.
— И тогда я решился на убийство, — сознался Менпехтира, — да простят меня боги. Это я уничтожил Сменхкара. Ради нее. Ради любви. Мне тогда было семнадцать лет. И я думал, что, уничтожив препятствие, я стану к ней ближе.
— И что же помешало?
— Я тогда не подумал о законном наследнике. Меритатон лишилась титула, и владыкой Обеих Земель стал ее младший брат. Она могла вернуться на трон только после смерти Тутанхамона. И тогда уже на убийство решилась она… Если бы ее не схватили…
— Убить всех, чтобы захватить корону, жестоко, не находите? — поинтересовалась Маша.
Она видела, что теперь-то начальник стражи раскаивался в содеянном, ссылался на горячий юный темперамент и называл все необдуманными ошибками.
— Если бы не я, она б не погибла, понимаете?
— Да, поэтому я и пришла к вам. Боги решили дать вам второй шанс, господин, — улыбнулась Маша.
Узнав, что кто-то из богов воскресил его ненаглядную Меритатон, начальник стражи чуть не подпрыгнул на месте. Он даже пропустил мимо ушей, что у женщины сейчас другая душа, и она изменилась характером. Для полного счастья необходимо малое. Прийти в храм богини Таурет сегодня ночью.
— И что? — не понял Менпехтира.
— Меритатон будет проводить там ритуал установления справедливости. Для этого ей нужна моя кровь, — заговорщически шептала Маша, не сводя глаз с каменного лица собеседника, — не волнуйтесь, она не станет меня убивать. Но когда она закончит, вам нужно подойти и поцеловать ее в губы. И тогда…
А что тогда? Московская студентка задумалась. Если в теле царицы живет Ира, то после поцелуя влюбленного в нее человека, душа должна привязаться к телу.
— Тогда Меритатон вернется в мир живых, — завершила девушка.
Закрыв глаза, она представила один из возможных исходов, когда Менпехтира после поцелуя перенесется в московскую больницу, он будет стоять на коленях перед девушкой, словно две капли воды похожей на свою любимую. Оставалось надеяться, что Ира не испугается и не прогонит спасителя. А то ведь не выживет он там в двадцать первом веке в одиночку. Хотя… если в учебнике истории Менпехтира значился как фараон, то должно быть все произошло наоборот: Ира перешла в этот мир.
— Неужели в ваших пророчествах нет ни слова лжи? — поразился мужчина, ошарашено глядя на гостью, а Маша в это время кокетливо улыбалась.
— Приходите после заката в храм богини Таурет…
— Это женский храм, если мужчина войдет туда, боги навеки проклянут его.
— Что вы, — отмахнулась московская студентка, — боги обещали, что пропустят вас этой ночью, потому что вам предстоит сегодня найти любимую, мать ваших детей, которые принесут Кемету славу и процветание!
Маша старалась говорить как можно более убедительно. Но с каждой репликой она все более отчетливо понимала: Менпехтира, как и Анхесенпаамон, верил только богам. Легко, все же, обманывать древних.
— Значит, сегодня ночью? — сверля глазами странницу, шепнул начальник охраны.
— Именно!
Завернувшись с головой в плащ, девушка сорвалась с места и убежала прочь.
— Меритатон, — глядя в небо, сказал сам себе Менпехтира, — боги, это же вторая жизнь!
Часть 5. Игра поневоле
Принцесса спит сто лет, сто лет,
А храбреца все нет и нет!
И если рыцарь не найдется,
Принцесса так и не проснется.
Г.Гладков
В потолке открылся люк, ты не бойся, это глюк!
Народная мудрость
Москва, 2007 год
Юля откинулась на спинку кресла, прикусив зажженную сигарету. На столе перед ней стоял включенный ноутбук, на экране которого — документ с учебным пособием ОСЯ о фрактальных аномалиях и подпространственных дырах. Девушка выделила жирным шрифтом определение точки входа и уже несколько раз повторила вслух.
Точка входа — это трехмерное сечение S фрактального подпространства или четырехмерной реальности F, через которое существа из трехмерного мира R способны проникнуть в F и существовать там.
— Никогда не думал, что ты увлекаешься научной фантастикой, — ухмыльнулся Кирилл, прочитав текст на экране.
Девушка вздрогнула и тут же свернула окно просмотрщика. Не положено одногруппнику знать ее рабочие тайны. Как говаривали в отделе — если сотрудник проболтается — его тут же ликвидируют. Кирилл и так уже знал слишком много. По уставу положено стереть его воспоминания, пока они не укоренились в памяти.
Пускай Юля — колдунья, но это не делает ее бессмертной, ей отведено на этом свете не больше, нежели любому другому человеку. Только жизнь свою она может прожить несколько иначе, зная некоторые не ведомые другим тайны.
— А вот и увлекаюсь, — отмахнулась девушка, — а ты думал я фанатка бэстселлеров Оксаны Робски?
Кирилл оценил шутку одногруппницы. Нет, он никогда и не предполагал, что специалистка по компьютерной безопасности увлекалась гламурной прозой, несмотря на ее любовь к стильной одежде. Но Юля и научная фантастика…
Одногруппник, видя, как девушке плохо, сам проводил ее до дому: не мог парень позволить ей на таких нервах сесть за руль. По дороге до дома Юле пришлось рассказать и о флешке, на которую, по ее предположению, кто-то записал программу для входа в параллельное подпространство. Иначе Ваня бы не провалился неизвестно куда.
Девушка схватилась за голову и заплакала. Хуже некуда: Кирилл почти догадался о ее тайне, стоит ей отойти из кабинета, он тут же прочитает и устав, и справочник, и прочие файлы на ее ноутбуке. Этот поклонник аниме и киберпанка все поймет и увлечется деятельностью ОСЯ. Юля помнила, что на первом курсе именно Кирилл фанател по 'Секретным материалам' и скупал все книги о Малдере и Скалли. Ясно, что этот человек, узнав о секретной российской службе, захочет поиграть в агента и напишет заявление о приеме на работу. Он тем самым выроет могилу и себе, и Юле, и Ване.
— Слушай, сто раз прошу, скажи правду!
Он заботился о ней. Юля это прекрасно понимала, но боялась принять помощь. Обыкновенный человек, пусть даже поклонник знаменитого сериала об американской спецслужбе, не имел права знать ни одного факта об ОСЯ. Он не видел в собеседнике магию, он не находил скрытых от простого смертного сайтов отдела, как сумел это проделать Ваня. Если отец узнает о болтливости дочери… лучше об этом не думать.
— Если ты будешь отмалчиваться, — встряхнул ее за плечи Кирилл, — я позвоню твоему отцу, и будем искать Ваню втроем…
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
