Калашников с опаской покосился на Макарова и ожесточенно поскреб в затылке.
— Вот, значит, как вы с Лапиным нашу безопасность защищаете, — сказал он. — Ты сам-то хоть понимаешь, зачем кагэбэшникам понадобилось весь этот огород городить?
— Кое-что понимаю, — ответил Макаров.
— Ну так объясни, — попросил Калашников. — А то я уже начинаю подозревать, что все еще ловлю кайф от бадарамхазской пиявки. Уж больно все это, — он показал на экран, — на бред похоже.
— Так и задумано, — кивнул Макаров. — Наша главная задача — чтобы никто не догадался, что у нас на самом деле происходит. А если кто начинает догадываться, то как можно быстрее выяснить, откуда информация утекла, и дырочку-то заткнуть.
— Золотые слова, — одобрил Калашников. — И каким же образом безумный клон, вырвавшийся на просторы Галактики, решает две эти в высшей степени актуальные задачи?
— Во-первых, — веско заметил Макаров, — тактико-технические характеристики наших боевых звездолетов теперь приписаны особым способностям безумного клона-мутанта. Во-вторых, вся цивилизованная Галактика смеется нынче над нашими горе-генетиками, а заодно и над всеми остальными «неквалифицированными» русичами. В-третьих, Когаленская Империя уже обратилась к Звездной России с предложениями о проведении совместной охоты на беглый звездолет «Рифей» — а ведь еще недавно ее военные лелеяли планы второй кампании против России! А в-четвертых, и это, пожалуй, самое главное — я теперь не просто агент когаленской разведки, а знаменитый пират Мак-Ар, находящийся в личном подчинении Дон Спира, директора Имперской Безопасности Когалена!
— Прямо голова кругом, — усмехнулся Калашников. — Как же это ты так выслужился?
— Лапин поспособствовал, — мигом посерьезнел Макаров. — Дело в том, что у нас и впрямь появилась утечка. Когаленцы каким-то образом узнали, что в Звездной России создаются вооруженные силы.
— Ага, — сказал Калашников. — Кажется, я начинаю понимать. Значит, твоя задача — выяснить, откуда у них такая информация? И для этого хоть шпионом, хоть адмиралом Мак Аром, хоть самим чертом притворяться?
— Так точно, — кивнул Макаров.
Калашников фыркнул и завертел головой.
— Позор на всю Звездную Россию, — пробормотал он. — Кроме клонов-мутантов, уже и послать некого… Ну какой из тебя шпион?!
— Да примерно такой же, — веско ответил Макаров, — как из тебя — Звездный Пророк.
4.
Калашников цокнул языком и задумался.
— Черт его знает, — сказал он через минуту, — может быть, в нас и в самом деле сидят какие-то скрытые таланты. Разыскал же я этих пустотных шейхов…
— Кстати, о пустотных шейхах, — вспомнил Макаров. — Может быть, пора кого-нибудь из них допросить?
— Допросить? — вздрогнул Калашников.
— Ну да, — со злодейской ухмылкой кивнул Макаров. — Чего нам голову ломать, кто из них спонк, а кто нет? Привяжем к креслу, и пускай как хотят, так и выкручиваются!
— Ну ты точно пират, — пробормотал Калашников. — Только бы заложников нахватать, да пытать в свое удовольствие…
— Работа у меня такая, — сказал Макаров и погладил себя по животу.
— Нет, Паша, — возразил Калашников. — Твоя работа — когаленского шпиона изображать, и как можно убедительнее. Начнешь своевольничать, сразу из доверия выйдешь, и какой с тебя тогда толк? Так что свяжись-ка ты со своим командованием, и доложи обстановку. Так мол и так, вместе со Звездным Пророком захвачены: робот спонков — один, робот УРТ-девятнадцать-шестьдесят-пять — один…
— Ты что, с ума сошел?! – возмутился Макаров. — Чтобы я такое — начальству?! Да меня тут же под трибунал отдадут, за превышение полномочий!
— Ага, испугался, — усмехнулся Калашников. — Значит, не будешь докладывать?
— Буду, — ответил Макаров, — но только то, что сам сочту нужным. А для этого мне в ситуации разобраться надо. Так что без допроса нам все равно не обойтись.
Калашников закинул ногу на ногу и скрестил руки на груди.
— А скажи-ка мне, кровожадный пират, — спросил он, поглядев на потолок, — ты как своих пленных содержишь? В отдельных камерах, или по-простому, в стасисе?
— Разумеется, в стасисе, — фыркнул Макаров. — Камер на них не напасешься!
— В стасисе, — удовлетворенно кивнул Калашников. — Поскольку в момент захвата пленники находились в бессознательном состоянии, то они до сих пор не знают, что же с ними произошло.
— Ничего, — усмехнулся Макаров, — скоро узнают!
— Узнают, — согласился Калашников. — А вот что именно они узнают? Точнее, что нам с тобой выгодно, чтобы они узнали?
— Официальную версию, — без запинки ответил Макаров. — Что я мутант, кровожадный пират, и все такое прочее.
— А ты точно кровожадный пират? — поинтересовался Калашников. — С начальством это согласовано?
Макаров почесал в затылке:
— Пока что нет…
— Ну вот, — заключил Калашников. — Перед тем, как пленных допрашивать, хорошо бы самих себя спросить: чего нам от них надо? Вообще, ты зачем их на корабль потащил?!
Макаров пожал плечами:
— Так интересно же было, чего они от тебя хотели…
— И ты решил их допросить? — усмехнулся Калашников. — А то, что они могли элементарно проверять, не ловушка ли вся эта встреча со Звездным Пророком, тебе в голову не пришло?
— Я же не знал, — развел руками Макаров. — Я думал, ты там просто пьянствуешь.
— Думал… — вздохнул Калашников. — Ну ладно, давай дальше думать. Меня-то ты зачем захватывал?
— Для поддержания легенды, — ответил Макаров. — В качестве пирата я должен заложников захватывать и требовать за них выкуп. Сначала я похитил когаленского генерала, который на самом деле теперь у меня напарник, а уж потом он мне и предложил тебя захватить. Поскольку известен ты всей Галактике, а без охраны ходишь!
— Истинная правда, — заметил Калашников. — Сообразительный какой у тебя генерал! Это случайно не тот спрут, что здесь в обнимку с бутылкой валялся?
— Он самый, — кивнул Макаров. — Генерал Ями Хилл.
— Ну так вот тебе самое простое решение, — улыбнулся Калашников. — Разбуди его, расскажи, что произошло, и спроси, что дальше делать. Держу пари, он куда быстрее в ситуации разберется.
— Кстати, для этого он ко мне и прикомандирован, — согласился Макаров. — Давай так и сделаем. Только тебя я, пожалуй, пока что спрячу.
Кресло, в котором сидел Калашников, отрастило колесики и покатилось к стене. Калашников завертелся волчком, пытаясь сгруппироваться, но кресло уже со всего размаху въехало в стену и пробило ее, словно мыльный пузырь. Калашников оказался в маленькой круглой комнате, отделенной от рубки едва заметной прозрачной перегородкой. С моей стороны едва заметной, поправил себя Калашников; со стороны Макарова перегородка ничем не отличалась от остальных стен.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
