Автор почему-то именует его Мецоби, по неизвестной причине полагая это именем летописца. Прим. авт.
47
Письмо может произвести странное впечатление на читателя, привыкшего к европейскому этикету. Но на Востоке обращение к самому могущественному правителю звучало как «ты, о солнцеликий хан», в то же время сам о себе он говорил «мы, солнцеликий хан». К сожалению, в моем распоряжении был только английский текст, поэтому неизвестно, как звучало в оригинале обращение «ваше величество». Ясно лишь одно — оно было каким-то иным. Прим. пер.
48
Желающие могут поискать великолепную книгу Ильяса Есенберлина «Золотая Орда», Алма-Ата, 1989 год. Прим. пер.
49
В середине XIV века под влиянием внутренних процессов начался распад Золотой Орды. Провинцию Хорезм объединила династия Суфи. На юго-востоке Урус-хан, потомок старшего сына Чингиса Джучи, правил Белой Ордой — обширной территорией, граничащей с Монголией. Прим. авт.
50
Гурии — это ослепительные черноглазые девственницы, которые ожидают каждого мужчину-мусульманина в загробной жизни в раю. Их молодость и красота вечны, а девственность восстанавливается после каждого акта любви. Они упоминаются в коране в нескольких сурах — 44, 51–54. Прим. авт.
51
Можно сделать вывод, что битва закончилась чуть ли не вничью. На самом же деле «Туктамыш с полком из своего войска вцепился рукою слабости в подол бегства и, будучи страшно взволнован ужасом расправы блестящего меча его величества, начал быстро мерить ковер земли». Прим. пер.
52
В сентябре 2000 года я встречался в Ташкенте с профессором Омонулло Борыевым, специалистом по Тимуру. Он сказал мне, что в 1968 году Ибрагим Муминов, президент Узбекской Академии наук, опубликовал книгу о Тимуре. Хотя публикация совпала с празднованием культуры Тимуридов в Самарканде, организованном ЮНЕСКО, это совпадение привело к катастрофе. «Разумеется, книга была немедленно сожжена. ЦК Компартии Узбекистана издал постановление, требуя уничтожить все копии книги. Все, что писалось о Тимуре и его роли в истории Центральной Азии, подвергалось жестокой цензуре. Советские власти мобилизовали всех историков, чтобы уничтожить его карьеру, и это было сделано. Нм один узбекский историк или писатель не имел права хвалить Тимура. Вместо этого во всех книгах и статьях Тимур изображался грубым варваром, Тимуром-разрушителем, Тимуром-тираном и так далее. Работа Муминова была попыткой ревизии этих ярлыков и ставила вопрос о прекращении третирования Тимура. Она возымела эффект взорвавшейся бомбы, взбаламутив затхлый мирок узбекской академии. Взгляды профессора Борыева, однако, были типичными для ортодоксов новой волны, столь же твердолобых и нетерпимых, как старые. «Тимур не имеет себе равных в истории. Теперь, когда мы стали независимыми, в Узбекистане появился серьезный интерес к Тимуру. Люди очень уважают его. В его честь называют улицы, школы и деревни. По всей стране ставят новые и новые статуи. Ученики в школах и студенты в университете получили возможность узнать правду о герое на конференциях, которые организует Фонд Тимура». Я спросил его, что он думает о попытках президента Каримова сравнивать себя с повелителем татар. Он почувствовал себя неуютно. «Если президент сравнивает себя с наилучшим и стремится сравняться с ним, разве это плохо?» А что соседи Узбекистана? Реабилитация Тимура в качестве национального героя может вызвать неудовольствие тех стран — Туркмении, Казахстана, Кыргызстана, Таджикистана и Афганистана, по землям которых он прошелся огнем и мечом. «Это вопрос для политиков», — ответил профессор. Прим. aвm.
53
Случай с узбекским поэтом и прозаиком лауреатом премий, Мамадали Махмудовым показывает, что на практике означает лозунг «Сила в справедливости» для страны под управлением Каримова. Как и Тимур узбекский президент не терпит оппозиции на любом уровне. Махмудов был арестован 19 февраля 1999 года, через три дня после серии взрывов бомб в Ташкенте, которые были нацелены на Каримова. Его обвинили в угрозах президенту и приговорили к 14 годам тюрьмы. Судя по всему, его главное преступление состояло в связях с оппозиционной партией Эрк, объявленной правительством вне закона в 1993 году. Здесь приведены выдержки из его показаний, тайно вынесенные из суда в 2000 году: «Меня повели на допрос люди в камуфляже. Они надели на меня маску и держали в наручниках. После допроса они волоком потащили меня обратно в камеру… Они били меня ду^ бинками и избивали до тех пор, пока мое тело не покрылось кровью. На мне не осталось буквально ни одного живого места. Мое тело посинело и почернело. Мои руки и ноги были обожжены. Мои ногти почернели и выпали. Меня часами держали подвешенным за руки, связанные за спиной. Мне делали какие-то уколы и заставляли пить какие-то микстуры. В зимние холода были моменты, когда я терял сознание, — тогда они поливали меня холодной водой. В нос мне совали что-то вонючее. В мокрой одежде в моей ледяной тюремной камере я проводил дни и ночи один в непереносимых мучениях… Они сказали мне, что арестовали мою жену и дочерей и угрожали изнасиловать их у меня на глазах». Прим. авт.
54
Хотя имя Тимура ассоциируется с ужасами войны, он был образцом государственного деятеля, гарантом закона и порядка. Один из членов Узбекской Академии наук писал: «То, что амир Тимур ценил более всего — благосостояние, процветание, и прежде всего мир и гармонию — стало главным принципом политики нашей независимой республики, чтобы служить гарантией против беспорядка и возмущений». Прим. авт.
55
Желающие могут перечитать блестящий роман Киплинга «Ким», который совсем не Коммунистический интернационал молодежи. Прим. пер.
56
Текст, приведенный автором, заменен на текст письма из книги «Русь и Орда», М., 1993 год. Прим. пер.
57
Скорее всего, речь идет о подобии палицы героя персидских сказаний Рустама с навершием в виде головы священной коровы Бармои. Он получил палицу от своего отца Фаридуна, вскормленного ею. Прим. пер.
58
Бита разыгралась восточнее Волги, между Самарой и Чистополем, на территории современной республики Татарстан. Прим. авт.
59
По некоторым источникам в битве на Коплурче Тимур имел 150000 воинов против 200000 у Тохтамыша. Прим. пер.
60
Пытаясь заключить союз с Баркуком, Тохтамыш следовал давней традиции ханов Золотой Орды, которые были союзниками Египта в обшей борьбе против правителей Персии. Прим. авт.
61
Не совсем так. В 1396 году Тохтамыш захватил Крым и лишь в 1398 году был разбит другим претендентом на трон Золотой Орды Едигеем, после чего бежал в Литву к князю Витовту. Позднее он бежал в Дешт-и-Кипчак, а в 1406 году, уже после смерти Тимура, на реке Тара, вблизи ее впадения в Иртыш, он снова сразился с Едигеем, потерпел поражение и был убит в поединке с победителем. Прим. пер.
62
Согласно Ермолинской хронике московиты были спасены от нашествия Тимура прибытием в их город чудотворной иконы Святой Девы. Хотя великий князь Василий 1 Московский готовился защищать город, нет почти никаких сомнений в том, что, если бы Тимур пожелал захватить Москву, он встретил бы только слабое сопротивление маленькой русской армии. Прим. авт.
Увы, автор высказывает совершенно резонное мнение, пусть даже в достаточно оскорбительной форме. Тимур разграбил Дамаск, Багдад, Алеппо, Герат, и что после этого он забыл в ничтожной грязной деревушке, именуемой Москва? Впрочем, не стоит обижаться. Те же самые соображения несколько лет спустя спасли Европу. После сокровищ Дели зачем нужны были Тимуру захолустные нищие Вена и Рим? Прим. пер.
63
Сегодня Дон впадает в Азовское море. Может, во времена Тимура география была несколько иной? Прим. пер.
64
Омар-Шейх, правитель Фарса, был убит стрелой при осаде крепости в Курдистане в 1993 или в начале 1394 года. Хотя это был второй сын, умерший раньше Тимура, татарский правитель не выказал никаких эмоций, получив печальное сообщение. Сын Омар-Шейха Пир-Мухаммед, внук Тимура, был назначен правителем Фарса. Прим. авт.
65
Мы должны благодарить капризную черноморскую погоду ноября 1403 года, ведь благодаря ей Клавихо нарисовал портрет Самарканда в момент его наивысшего расцвета. Посольство Клавихо, в которое входил фриар Альфонсо Паэс и офицер королевской гвардии по имени Гомес де Салазар, сначала намеревалось встретиться с Тимуром на равнинах Карабаха, где император и его армия зимовали после похода в Грузию. Однако события развивались совсем не так, как намечалось. После кораблекрушения у Босфора испанцы были вынуждены прождать четыре месяца в Константинополе, пока погода не улучшится. Затем они двинулись в Трабзон на северном побережье современной Турции. Но к этому времени Тимур уже отбыл в Самарканд, w послам пришлось играть в догонялки. Они последовали за ним через всю Персию в сердце Марвераннахра. Там они пробыли три месяца. Это было одно из самых удачных кораблекрушений в истории. Прим. авт.
