Читаем без скачивания Том 26. Вояж на Гавайи. Смертельная мечта. Сексуальная клиника. Ранняя пташка - Картер Браун

Карл с сомнением смотрел на Луизу. Дойдя до треугольника, он протянул руку и положил ее на плечо пленницы, заставив ее немного покачнуться.

Он стоял от нее так близко, что ее яркая и возбуждающая нагота должна была произвести на него известное впечатление. Так и случилось.

Ее большие глаза были широко раскрыты. Но в них уже отсутствовала боль, в них было осуждение. Язык ее был так сильно сжат зубами, что кровь текла из уголков ее губ, и капля за каплей падала на ее левую грудь.

— Она мертва! — воскликнул я. — Вы ее убили!

— Она без сознания, — возразила мисс Эплби. — Вот и все!

Карл приложил ухо к левой груди Луизы, пытаясь обнаружить биение сердца. В течение нескольких секунд он, видимо, не помнил обо мне.

Я вырвал хлыст из рук мисс Эплби и поднял его высоко над своей головой. Через долю секунды все семь кожаных концов ударили по руке Карла и крепко ее охватили.

Я с силой рванул хлыст, и Карл, потеряв равновесие, сделал несколько поспешных шагов, чтобы удержаться на ногах.

Пистолет выскользнул у него из рук. Я снова рванул хлыст, который оторвался от его руки, и второй раз хлестнул его по шее и по щеке. Когда концы хлыста коснулись его щеки, он истошно закричал и побежал, держась руками за щеку.

Я дал ему дорогу и понял, что он мною больше не интересуется. У него было одно желание: удрать отсюда. Он бросился к открытой двери и помчался по лестнице, не переставая вопить.

Я подошел, подобрал хлыст, потом пощупал запястье Луизы и убедился в том, что пульса нет.

Мисс Эплби не сдвинулась с места ни на сантиметр.

Посредине ее лба пульсировала жилка, фиолетовые глаза странно блестели.

— Она мертва, — сказал я ей.

— Я понимаю, я причинила ей боль, но этого недостаточно, чтобы ее убить.

— Зато, может быть, достаточно, чтобы вызвать сердечный приступ.

— Откуда я могла знать, что у нее больное сердце? Она должна была меня предупредить, черт ее побери!

— Может быть, она сама об этом не знала и не могла вам сказать? — Я направил на нее пистолет. — Теперь идите.

— Куда?

— Ваш патрон должен быть в курсе дела. Вы должны все ему рассказать.

— Мистеру Пемброку это не понравится. — Она закусила нижнюю губу. — Он рассердится на меня. Вы думаете, он привяжет меня к треугольнику? — Ее глаза неожиданно наполнились слезами. — Но я не боюсь, так и знайте. Если мистер Пемброк будет меня хлестать, значит, я это заслужила, не так ли?

— Двигайтесь! — прошипел я.

Мы поднялись в комнату, заполненную книгами.

Пока мы шли, я слышал, как Карл продолжает стонать от боли. Потом различил голос Пемброка, искаженный от страшной ярости.

Я остановил мисс Эплби около двери и встал позади нее.

— Пемброк! — закричал я.

— Что?

— Все кончено. Луиза мертва. Я войду и вызову полицию. Не пытайтесь мне помешать, я вооружен.

— Войди, и я тебе разнесу череп, потом заткну дырку и пущу по миру без мозгов! — орал он. — Хрен с ней, мертва так мертва. Я придумаю другой вариант, и вы мне не помешаете.

— Это ваша оплошность, — совсем тихо прошептал я мисс Эплби.

Она медленно кивнула.

— По-моему, лучшее, что вы можете сейчас сделать, — это войти к нему и сказать, что это был несчастный случай, что у нее был сердечный приступ.

— Вы думаете, он мне поверит? — прошептала она.

— Может быть, не сразу, но надо сделать так, чтоб он вам поверил, потому что это правда.

— Вы совершенно правы. Если я предложу ему немного похлестать меня в треугольнике, то он, может быть, не будет так сердиться.

— Возможно. Стоит попробовать.

Она шагнула вперед, а я по-прежнему шел за ней, но не слишком близко.

— Я иду, Пемброк! — закричал я секундой раньше, чем она ступила на порог.

Последовали два быстрых выстрела, потом Пемброк стал изрыгать проклятия и ругательства, как портовый грузчик, в то время как тело мисс Эплби повалилось на ковер.

Я всадил ему две пули прямо в грудь, и он перестал орать.

Он опрокинулся назад на свой письменный стол и, прокатившись по всей его длине, упал по другую его сторону.

Внезапно наступила мертвая тишина. Даже Карл перестал стонать и посмотрел на меня испуганными глазами.

Элоиза, напрягшись, лежала в кресле. Я проверил, жива ли мисс Эплби. Это не отняло у меня много времени: обе пули Пемброка попали ей в лоб, едва ли в сантиметре одна от другой. Так что в том, что мисс Эплби мертва, сомневаться не приходилось.

Я пошел было к телефону, чтобы позвонить капитану Шеллу, как вдруг на меня обрушился удар, и я повалился на пол. Я подумал, что это Карл, но это была Элоиза. Она свалила меня на пол и, осыпая беспорядочными ударами, придавила к ковру. Я пытался освободиться, но ничего у меня не получалось. Ее тяжелая грудь навалилась на меня, мешала дышать, зажимая рот и нос. Она даже пыталась выкрутить мне руку, пока это все мне не надоело и я не ударил ее, сам не знаю точно в какое место. Она наконец обмякла, и мы оказались в объятиях друг друга, как два любовника.

Я спихнул ее с себя, потом встал и пошел к телефону.

Я понимал, что будет трудно, очень трудно объяснить все эти убийства, но так уж получилось, у меня не было выбора.

Рыжая дала мне водки со льдом, потом снова села на диван, сжимая свой стакан двумя руками.

— Луиза и Пемброк мертвы, — пробормотала она. — Не говоря уж о мисс Эплби. Значит, это она убила мужа Луизы?

— Ее на это толкнула Элоиза.

— Тебе было, вероятно, трудно все это объяснить полиции?

— Ты говоришь о капитане Шелле?

Воспоминание об этой беседе заставило меня содрогнуться.

— Мы болтали всю ночь, до восьми утра. Когда я вернулся в отель, то повалился на кровать и потом проснулся только в пять часов дня.

— А что будет с Элоизой?

— Я не слишком-то много знаю. Когда я уходил, они ее еще допрашивали. Шелл великодушно дал мне сорок восемь часов для того, чтобы я убрался из Санта-Байи, и предупредил, чтобы я держался поблизости на случай, если понадобится еще раз поговорить со мной как со свидетелем.

Если Элоиза будет молчать, — то, по-моему, Шелл ничего не сможет с ней сделать. Но можно не сомневаться, что он прогонит ее из города. И с борделем будет покончено.

— Все говорит о том, что Элоизе придется дешево продать дом, если завещание Луизы войдет в силу, — прошептала Кэрол Даркс. — Наше дело еще может вы гореть, Дэнни.

— У вас и у Брэда?

— Правда, теперь, когда нет Пемброка, нам может не хватить денег.

— Ну что ж, привлеките к делу Стоунли.

При упоминании этого имени ее лицо оживилось.

— А ведь это мысль!

Я глотнул водки.

— Ты предлагаешь мне обед до?

— Что значит «до»?

— Ты говорила, что мы сможем сыграть в какую-то демоническую игру. Я жил надеждой на это.

Она громко расхохоталась. Потом в ее глазах появилось выражение сильного беспокойства.

— Да, Дэнни, а что будет, если в разгар нашего веселья появится Брэд? На него мне наплевать, но мне бы не хотелось, чтобы из-за этого вверх тормашками полетело дело с местным клубом.

— О Мейсоне можешь не беспокоиться, — заговорщицким тоном заявил я. — Не более часа назад я говорил с ним по телефону.

— И что ты ему сказал?

— Рассказал о том, что произошло, и о том, что сыщики собираются задержать Элоизу по крайней мере на двадцать четыре часа. Тем самым я дал ему возможность воспользоваться борделем, пока нет хозяйки. В его распоряжении будут две девицы, которые еще не знают, что произошло. И все это бесплатно. Он так обрадовался, что забыл положить трубку.

Она опять расхохоталась:

— Ты просто гений, Бойд!

— Итак, что с обедом?

Она осторожно поставила свой стакан, потом встала. Ее свитер и юбка мгновенно исчезли, и она предстала передо мной в костюме Евы.

— К чертовой матери обед! Ты сможешь потребовать у меня небольшой завтрак, но это… потом!

Примечания

1

Леи — венок или гирлянда из цветов, листьев и т. п. (Здесь и далее примеч. перев.)

2

Гибискус — род растений семейства мальвовых.

3

Дайамонд-Хед — мыс на юго-востоке острова Оаху.

4

Хула — национальный гавайский танец с элементами пантомимы.

5

Вайкики — пляж на юго-востоке острова Оаху, часть Гонолулу.

6

Као — на спортивном жаргоне означает «нокаут».

7

Саронг — основная индонезийская национальная одежда мужчин и женщин наподобие платья или юбки; плотно обматывается вокруг тела.