— Я держу тебя, пробуй свои крылья, — прошептал он, целуя ее. Его движения были непривычно нежными, будто бы вся его пугающая сущность осталась в ритуальном зале. — Тебе не больно?
— Неет, — стоном отозвалась она, обмякая в его руках. Она случайно бросила взгляд вниз и поняла, как высоко они взлетели. Страх только добавил резкого удовольствия. Исида сладко застонала и почувствовала, как оргазм охватывает ее тело. В новом облике все ощущалось по-другому. Она могла понять Наренгу, сходившего с ума от одной мысли об этом. Наслаждение не заканчивалось. Оно длилось и длилось, поражая своей силой и глубиной чувств. Каждое прикосновение вызывало новую волну, каждый толчок члена внутри отзывался невероятным приливом страсти. Сейчас она не думала о крыльях, они трепетали сами по себе. Губы бессвязно шептали имя мужчины, прерываясь только, когда он терзал их поцелуями. Это ощущение не кончилось, пока Наренгу не присоединился к ней в пике своего удовольствия.
Некоторое время они оставались в воздухе, поддерживаемые едва заметными движениями крыльев, затем, мужчина снова коснулся знака, и Исида поняла, что обращается обратно. Дракон перестал делать взмахи, и они начали медленно падать вниз. Исида успела закричать от страха и прижаться к нему. Их несколько раз перевернуло. Время замедлилось, чтобы она могла оценить красоту момента. Золотые крылья Наренгу заставляли камни в стенах пещеры сиять. Свет пронизывал воздух и песчинки танцевали в нем. Вспышка перехода захватила мужчину и женщину за секунду до падения. Вместо холодного каменного пола они упали на кровать.
Исида прижалась к горячему телу дракона и закрыла глаза. Ей было так хорошо, что она не могла ни говорить, ни шевелиться.
Немного тайн
Когда она снова проснулась, Наренгу сидел рядом. Он подал ей поднос с едой, на которую она набросилась с жадностью, даже не успев его поблагодарить.
— А мы едим кого-нибудь живьем? — спросила она, заканчивая с очередным куском мяса.
Наренгу посмотрел на нее, оценивая, насколько серьезно был задан вопрос и рассмеялся.
— Живьем? — уточнил он. — Ты имеешь ввиду, случалось ли мне выловить рыбу из ручья, зажарить ее своим пламенем и съесть? Или в момент жаркого боя подкрепиться противником, не снимая с него экипировки? Ну там штанов, носков и неожиданных сюрпризов от сильного эмоционального потрясения при встрече со мной?
— Ну с рыбой понятно, — серьезно кивнула Исида. — Звучит вкусно. А с противниками?
— Я не ем людей, — сказал Наренгу. — И тебе не советую. Даже надорпулю твоему не понравилось. Жаловался мне, что иштобаки вкуснее.
— Ну если иштобаки вкуснее, — Исиду передернуло от воспоминания, — то я, пожалуй, тоже не буду есть людей.
— Похоже, я только что спас человеческую расу, — улыбнулся дракон. — Я тут подумал, кстати, нам надо, наверное, посетить Михеллу. Я должен узнать, как там мои люди, закончить с графом и его сестрой. Подозреваю, что я не убил ее.
Исида заинтересовалась, впервые вспоминая о внешнем мире.
— А Пинатири жив, как думаешь?
Наренгу пожал плечами.
— Тебе есть до него дело?
Исида вдруг вскочила, опрокидывая поднос с едой. Если бы Наренгу не замедлил время, то завтрак был бы испорчен. Водворив предметы обратно на поднос, он вопросительно посмотрел на жену.
— Пинатири, — прошептала она. — Если он жив, то передал сообщение в Лиз. Мои родители! Что они сейчас думают?! Где они?
Наренгу съел кусок мяса и запил его густым ягодным соком.
— Собирайся, — велел он.
Исида покосилась на ленту, обернутую вокруг своей талии.
— Кстати, об этом, — заметил дракон. — Постарайся не нервничать и не спешить. Собирайся спокойно, чтобы не вызывать скачков. Вчера не было ни одного спонтанного и это хороший результат.
— А как я покину это место? — спросила она.
— Так, — Наренгу взял конец ленты и обернул ее вокруг своей ладони. На мгновение она снова превратилась в цепь, а глаза мужчины вспыхнули темным огнем.
— Нееет, — взвизгнула Исида, выскакивая из постели и убегая в ванную. — Даже не думай, чокнутый, — крикнула она уже оттуда.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-390', c: 4, b: 390})
Наренгу только усмехнулся. И пошел одеваться.
Изабель и Женрин
Дорога из Михеллы до места происшествия заняла несколько часов. Женрин почувствовал запах гари еще издалека. Дым все еще чадил несмотря на то, что прошло более трех суток.
— Что здесь произошло? — спросила мужа Изабель. — Выглядит кошмарно даже на расстоянии.
Женрин пожал плечами.
— Тайны драконов. Хитрые и изворотливые твари со своими страшными секретами, цена каждому из которых жизнь. Я доверял Наренгу. Поддерживал его роман с дочерью, потому что думал, что он такой же как мы. С тех пор, как Исида сбежала, я пытался понять, что произошло. Что она сделала с ним? И тогда я осознал, как тщательно драконы оберегают свои тайны. Только тогда мне стало ясно, что нельзя было разрешать им встречаться. Как я допустил, чтоб юношеская влюбленность переросла в связь с нечеловеком. Мы же уничтожаем нечисть, а разве драконы не из нечисти?
— Женрин, — королева попыталась остановить мужа, но он продолжил.
— Надо было забрать дочь в Лиз, и заставить забыть его. Он ведь готов был отпустить.
— Мне никогда не казалось, что это юношеская влюбленность. Ты сейчас точно про Исиду говоришь? Будто нашу дочь можно было взять за ухо и привести домой, — тяжело вздохнула Изабель. — Она много лет была с ним счастлива.
Женрин замолчал.
— Много лет для влюбленности, но слишком мало для любви, за которую не жалко отдать жизнь. Тем более, что для дракона это вовсе не срок. Мы даже не знаем, сколько лет Наренгу. Я пытался найти о нем хоть что-то — где его дом, кто его родители, когда он впервые упоминается. И знаешь, что раскопал?
— Догадываюсь, — ответила Изабель. — Я тоже пыталась. Он то и дело упоминался в различных событиях последние сто лет, более ранних упоминаний нет. Такое ощущение, что его вымарали из истории. Мы с тобой начали сотрудничать с ним, когда были молоды. С тех пор он не изменился.
— Мы для драконов лишь тени, — сказал Женрин. — Какой бы не была сила, какой бы долгой не становилась наша жизнь под действием магии — они другие. И они не хотят, чтобы мы знали их. Если бы я раньше начал изучать этот вопрос, наша дочь не жила бы с драконом.
— Женрин, ты драматизируешь, — попыталась успокоить мужа Изабель. — Нормально заключать с драконами брак. Это желанно для любой семьи. Маги в таком браке рождаются невероятно сильными.
— Теперь у нас никого не будет, Изабель, — вдруг горько сказал Женрин, теряя голос на имени жены. — Никого, понимаешь? Исида — наша единственная девочка… Она осталась там, — он указал рукой на дымящиеся развалины. — Нам даже нечего похоронить на кладбище королей.
Машина остановилась. Водитель распахнул дверцы для королевской четы. Изабель судорожно дышала, переваривая сказанное мужем.
Осматривая развалины собственными глазами, она с ужасом понимала страшную правду.
Каменная ограда вокруг тюрьмы была разрушена взрывом. Стены раскрылись в стороны от эпицентра. Пристройка к зданию сложилась грудой камней, центральная часть отсутствовала. На ее месте зиял глубокий кратер.
— Где сестра графа? — спросил Женрин, входя в оперативный госпиталь. Пострадавших было много и лечебный зал был развернут на месте военными.
— Король Женрин, — поклонился начальник подразделения магической охраны. — Ее великолепие Бьёкка была доставлена к нам, но затем, невзирая на запрет врачей ее забрал господин Хемлигуэ и мы не смогли ему помешать. У него был приказ графа.
— Долбаные драконы, — просторечиво и с глубоким чувством выругался Женрин, глядя на побледневшую жену. — Интересно, в курсе ли Пинатири, что он выдал Хемлигуэ приказ? Как ваше имя, господин?
— Фасига, начальник подразделения магического контроля.
— Подайте запрос графу, выдавал ли он приказ о перемещении сестры в другое место. Если да, то сообщите нам, в какое именно.
