в кинохранилище, содержавшемся в его голове, и, конечно же, не нашёл фильма A-Pix «Сестра моя сестра», но эта картина вышла ещё в 1994 году. Если он захочет посмотреть, то сможет это сделать.
А в будущем у A-Pix не будет никаких фильмов, поэтому Ван Ян не мог получить никакой информации об этой компании. Тем не менее, судя по всему, если он не совершит покупку, кинокомпания долго не протянет. А раз её президент впал в уныние и в будущем не выйдет никаких фильмов, значит, до её закрытия осталось совсем недолго.
Ван Ян предварительно остановил свой выбор на A-Pix Entertainment и приготовился позвонить, чтобы навести справки. Но если в создании кино он много что понимал, то в покупке целой компании он мало что смыслил, поэтому он почувствовал, что ему требуется агент, который в данный момент послужит ему инвестиционным консультантом и впоследствии от его лица проведёт переговоры с A-Pix.
На самом деле с ним уже давным-давно связалось много агентов. Непонятно, как они нашли его номер, но они предлагали ему свои агентские услуги. Однако Ван Ян так никого и не выбрал, а сейчас настал решающий момент. Он достал мобильник и, отыскав в «контактах» номер Марка Стрэнга, набрал его.
Марк Стрэнг как представитель актёрского профсоюза во время кастинга на «Паранормальное явление» сотрудничал с Ван Яном. Когда Ван Ян в одночасье стал звёздным режиссёром Америки, Марк первым связался с ним и порекомендовал себя. Ван Ян видел его досье и удостоверение. Тот являлся выпускником Школы бизнеса Южно-Калифорнийского университета. Они некогда обучались в одном университете, вдобавок Марк работал агентом в креативном агентстве артистов. Школа бизнеса Южно-Калифорнийского университета тоже считается престижным заведением. Как же Марк докатился до такого, что зарабатывал на жизнь, собирая комиссионные с мелких актёров?
Когда Ван Ян задал ему этот вопрос, Марк ответил, что едва он окончил университет, как его пригласили в одну кинокомпанию на должность директора дистрибьюторского отдела. Он считал, что ему крупно повезло. Кто бы мог подумать, что спустя всего несколько месяцев эта кинокомпания из-за долгов обанкротится и закроется, а он не успеет выпустить даже одного фильма и станет «банкротным директором»! Но это ещё было не всё. Будучи университетским отличником, он всё-таки нашёл вторую работу, должность директора в посреднической компании, которая, как можно догадаться, вскоре тоже обанкротилась. Потерявший работу Марк помнил, что лицензированные агенты в этой посреднической компании неплохо зарабатывали, поэтому он сдал экзамен на получение лицензии агента и с тех пор оказывал посреднические услуги.
Когда взяли трубку, Ван Ян бодро произнёс:
— Привет, Марк! Не желаешь стать моим временным агентом?
— Юный режиссёр, ты серьёзно? Эй, конечно, желаю, — с радостным смехом откликнулся Марк. — Пригласить меня в качестве своего агента — мудрое решение!
Не дожидаясь ответа Ван Яна, он самозабвенно заговорил:
— Скажи мне, ты хочешь стать показушным режиссёром, который постоянно находится на виду у публики, красуется собой и о котором ходят всякие сплетни, или хочешь стать режиссёром-работягой, без конца принимающим разные предложения. Ужасы, комедии…
— Остановись! — раздражённо крикнул Ван Ян. — Марк, если продолжишь в том же духе, боюсь, мне придётся подыскать другого агента.
Марк немедленно воскликнул:
— Нет! Ладно, какую конкретно работу ты мне предлагаешь?
Ван Ян, улыбнувшись, объяснил:
— Так, мне не нужен агент по шоу-бизнесу, мне не нужен никакой пиар, понятно? Я собираюсь купить одну кинокомпанию, и мне требуется инвестиционный консультант, профессионал, который разбирается в финансах. Этому же обучает в Южно-Калифорнийской Школе бизнеса? Ну так что, заинтересован?
Выслушав Ван Яна, Марк моментально воодушевился:
— Да, я заинтересован, я как раз профессионал в этой сфере.
Ван Ян всерьёз сказал:
— Если ты проведёшь эту сделку успешно и я останусь доволен, тогда официально найму тебя к себе.
Марк немного помолчал и со смехом вымолвил:
— То есть ты мне даёшь шанс? Спасибо, мне нужен был этот шанс.
После найма Марка Стрэнга закупочная команда Ван Яна пополнилась ещё несколькими людьми: Джеффри Карлом, отвечающим за юридическую сторону, профессиональным финансовым бухгалтером и оценщиком капитала.
Прежде всего, Марк связался с компанией A-Pix, президент которой подтвердил, что намерен продать своё предприятие. Учредителю кинокомпании, Кристоферу Линчу, уже шёл шестой десяток лет. Он сперва занимался розничной продажей, а накопив определённую сумму, несколько лет назад с энтузиазмом основал A-Pix и начал отдавать себя кинематографу. Но его ждали сплошные неудачи, и после недавнего кассового проката «Гнусного предложения» бюджетом около миллиона он устал и захотел уйти на покой.
Поэтому если предложат подходящую цену, он продаст 85 % акций компании, которыми владел. Остальными 15 % владели кое-какие мелкие партнёры. Если Ван Ян захочет скупить все акции, Кристофер Линч поможет ему уговорить партнёров.
В итоге закупочная команда Ван Яна получила финансовый отчёт A-Pix, где были чётко расписаны доходы и расходы компании, все обязательственные права, долги и имущество. Бухгалтер Ван Яна проверил этот отчёт и не обнаружил никаких проблем. Далее оценщик капитала приступил к определению стоимости компании A-Pix.
Требовалось оценить мебель и технику в головном офисе компании. Там отсутствовали профессиональные кинокамеры. Во время производства фильмов сотрудники арендовали эту дорогостоящую аппаратуру, поэтому на материальном складе хранились лишь дешёвые вещи наподобие направляющих рельс для камеры. Конечно, были и более важные нематериальные ценности, например, авторские права на «Сестра моя сестра» и другие фильмы.
По итоговым подсчётам оценщика, A-Pix стоила примерно 2,5 миллиона. Данная компания считалась стабильным предприятием. И хотя ежегодно удавалось только сохранять баланс между доходами и расходами, а чистая прибыль составляла всего 100 с лишним тысяч, они, по крайней мере, не влезли в долги. Разумеется, в этом году «Гнусное предложение» привело к потере почти миллиона долларов. Заработанные деньги не могли покрыть расходов. Если не будет нового притока средств, компания либо разорится, либо окажется в долгах.
После того как закупочная команда Ван Яна просмотрела доклад об оценке и провела совещание, она официально сперва предложила A-Pix 1 миллион за покупку всех акций. Не сказать, что цена маленькая, но и большой её нельзя назвать. Из 2,5 миллиона вычли убыток в 700 тысяч за нынешний год. Рыночная цена компании должна была составлять 1,5–1,8 миллиона. Но в A-Pix запросили 3 миллиона. Это нормально, при заключении сделки стороны должны поторговаться. И сейчас наступил момент, когда необходимо было всем сесть за один стол и всё тщательно обсудить.
— Мистер Линч, вы принимаете нас за деревенщин, едва приехавших в город? 3 миллиона?! Да бросьте! — говорил рассерженный Марк Стрэнг, жестикулируя руками и глядя на Кристофера Линча, сидевшего за столом совещаний напротив. —
