Читаем без скачивания Хоббит, или Туда и обратно - Джон Толкиен

Эльфы у Толкина символизируют, как пишет он сам в некоторых письмах, творческую сторону человеческой души (подробнее см. прим. к ВК, гл. 5 ч. 6 кн. 3, …Арагорн, Король Элессар, обручился с Арвен Ундомиэль…).

В начале работы над «Хоббитом» концепция эльфов в целом была уже достаточно детально разработана, так как основной цикл эльфийских легенд «Сильмариллион», опубликованный только в 1977 г., Толкин начал писать еще до конца Первой мировой войны. Однако настоящую четкость эта концепция обрела позже. Сначала Толкин просто заимствует слово elf из английских сказок (мн. ч. обыкновенно elfs). Затем возникла необходимость хоть как-то обозначить различие между созданными Толкином эльфами и эльфами традиционными — ведь по многим признакам это были совсем другие существа. В письме к X. Брогану от 18 сентября 1954 г. (П, с. 185) Толкин пишет: «Я весьма сожалею, что использовал слово «эльфы», хотя по древности это словов принципе могло бы и сгодиться, и первоначальное ею значение меня тоже устраивает. Однако слово это претерпело в истории чудовищные превращения и было развенчано (в чем непростительную роль сыграл Шекспир). Это перегрузило его достойными всяческих сожалений оттенками смысла, от которых его теперь уже не избавить». Чтобы отмежеваться от «шекспировской» традиции, Толкин избирает для своих эльфов более архаическое множественное число и вместо elfs начинает писать elves («эльвы»), что впоследствии привело к многочисленным столкновениям с редакторами и опечаткам в книгах. Однако с течением времени Толкин начинает ясно осознавать, что, по сути, его эльфы — образ принципиально новый, развивающийся по законам «малоготворения», и, по всей видимости, их следовало бы назвать каким-нибудь особенным именем, не вызывающим у читателя непосредственных ассоциаций. В крайнем случае, пишет Толкин, следовало бы остановиться на староверхненемецком alp, древнескандинавском alf или готском alb (в древнеанглийской поэме «Беовульф» использовано слово ylf). Однако к тому времени менять что-либо было уже поздно: основные книги о Средьземелье были уже напечатаны и завоевали широкую популярность. Толкин пытался повлиять хотя бы на переводы, советуя переводить слово «эльфы» как «альфы» или «альвы». В Рук. (с. 176) Толкин пишет: «Как я полагаю, слово «эльф» <в языке перевода> скорее всего, окажется заимствованием из английского и может нести с собой некоторые ассоциации, связанные… со «Сном в летнюю ночь» (именно в переводе этой пьесы слово «эльф», сколько мне известно, впервые было представлено в немецком языке)». Но большинство переводов появилось достаточно рано, и традиция была уже сформирована.

Кстати, по ходу развития сюжета в «Хоббите» Толкин постепенно отказывается от английских синонимов слова «эльф» — таких, как faery («фея») и gnome, стилистически принадлежащих к словесному ряду волшебных сказок, и больше уже никогда к ним не возвращается.

В числе основных источников, откуда Толкин мог черпать сведения об эльфах, Шиппи называет, кроме уже перечисленных, древнеанглийские поэмы «Сэр Гавейн и Зеленый Рыцарь» (см. прим. к ВК, гл. 4 ч. 6 кн. 3, …и вскоре были за пределами тьмы и огня) и «Сэр Орфео», переведенные Толкином на современный английский и опубликованные в 1975 г., уже после смерти автора. В первой рассказывается о таинственном Зеленом Рыцаре, который является бросить вызов Круглому Столу и Королю Артуру. Сначала кажется, что цель Зеленого Рыцаря — погубить одного из рыцарей Круглого Стола или опорочить всех. Однако принявший вызов рыцарь не гибнет, а только проходит через испытание, которое в итоге делает из него подлинного рыцаря-христианина. О «Сэре Орфео» см. прим. к гл. 8 «Хоббита».

37

См. прим. к ВК, гл. 2 ч. 2 кн. 1, Белерианд, а также Хронологию ПЭ в прим. к Приложению Б ВК и др.

38

См. прим. к ВК, гл. 3 ч. 1 кн. 1.

39

Гондолин — синд. «спрятанный в скалах» — эльфийский город ПЭ, построенный между 52 и 104 гг. ПЭ, находившийся в потаенной долине Тумладен и давший имя одноименному королевству. Тайна Гондолина оставалась нераскрытой много столетий благодаря особому покровительству Вала(ра) Улмо (о Валар(ах) см. прим. к ВК, гл. 3 ч. 1 кн. 1, Гилтониэль! О Элберет!) и бдительности орлов, несших стражу на вершинах Опоясывающих Гор (см. прим, к ВК, гл. 4 ч. 6 кн. 3). Однако из-за двух предательств — непреднамеренного и преднамеренного — в 511 г. ПЭ Гондолин пал под натиском вражеских полчищ.

40

В это слово входит корень орк-, что на синд. означает «орк, гоблин». Слово «орк» происходит от двух древнеанглийских слов — оrcneas (это слово встречается в «Беовульфе» и означает «трупы, тела демонов») и orcЮyrs — «орки-гиганты» (мифологическое племя демонов-великанов) (Шиппи, с. 50). В письме к Н. Митчисон от 25 апреля 1954 г. Толкин пишет, что выбрал это слово из-за его звучания, показавшегося ему подходящим. О происхождении орков, продолжает он, нигде специально не говорится, однако на самой проблеме существования «злых» рас в Средьземелье Толкин в своих письмах останавливается достаточно подробно. Так, в письме к П. Хастингсу (сентябрь 1954 г., П, с. 195) Толкин проводит различие между злыми расами на основе их происхождения. В Божий мир зло входит только благодаря злой воле Темной Силы, но различными путями. Дьявол (у Толкина Моргот — см. прим. к ВК, гл. 5 ч. 2 кн. 1, Темное пламя Удуна) может в определенном смысле создать «злую расу» или просто повлиять каким-то образом на Божье творение, исказив его и испортив.

«<Известно> что некоторым из сотворенных Им существ, — пишет Толкин, — Бог дал специальную способность к творчеству, к созданию «малого творения» (sub-creation), то есть дал им гарантию того, что плоды их мысли и творческих усилий обретут жизнь и реальность, войдут в Большое Творение. С некоторыми ограничениями, конечно, и в рамках некоторых запретов. Если эти существа «падут», как пал Диавол-Моргот, и начнут творить ради самих себя, желая повелевать созданным, — творения их все равно обретут реальность; не лишился этого дара даже Моргот, нарушивший Высший Запрет творить новыхразумных существ, подобных эльфам и людям. Эти существа будут реальными — по крайней мере, на физическом плане — и при этом злыми по своей сути…» При этом, пишет Толкин, Темная Сила все равно зависит от «Большого Творения»: мятеж отрезает ее от источников истинного творчества, которые сокрыты в Тайном Огне — Духе Святом, и все создания Темной Силы обречены поэтому оставаться не более чем искаженными подобиями творений Бога. «Создание таких разумных существ было бы величайшим грехом Моргота, — продолжает Толкин в цитируемом письме, — и поруганием высшей из данных ему привилегий; эти создания, зачатые во грехе, были бы злыми от природы (я чуть было не сказал — не имели бы возможности исправиться, но это было бы слишком. Принимая или терпя создания Моргота — а без этого «приятия» вновь созданные существа не могли бы жить, — Единый даже орков делает частью Своего Мира, Божьего Мира, который по сути своей добр)». Но созданные Морготом существа не могут иметь ни «души», ни «духа»; на плане «духовном» их попросту нет. Привилегия творить живые души остается за Богом. Поэтому созданные Морготом твари не были бы одушевлены. «Они… напоминали бы марионеток, послушно исполняющих волю их создателя, или муравьев, управляемых муравьиной маткой из одного центра», — говорит Толкин. К таким созданиям относятся тролли, по крайней мере те, что с рассветом обращаются в камень. Орки по многим признакам к таким существам не относятся, хотя с уверенностью этого сказать нельзя, так как «единой концепции» орков Толкин до конца жизни так и не выработал. По всей видимости, судя по рассыпанным в тексте намекам, орки были когда-то обычными Божьими тварями, способными как ко злу, так и к добру. Однако Черному Властелину удалось «испортить» их. На вопрос, как же Бог стерпел это, Толкин отвечает, что нашему времени не в новинку слышать о «хорошо рассчитанной дегуманизации людей, которую практикуют тираны всех мастей и которая продолжается по сей день». Традиционная теология объясняет такие случаи долготерпением Божиим, и Толкин присоединяется к этому объяснению. Но если орки — это бывшие эльфы, гномы или люди, совращенные Темной Силой, то почему их так много и почему их число постоянно пополняется? Как они размножаются? В одном письме Толкин замечает, что орки размножаются тем же путем, что и все дети Илуватара, но где же в таком случае орки-женщины, спрашивают исследователи? Есть свидетельства, что Толкин думал о чем-то вроде осиных гнезд или пчелиных сот, но, как бы то ни было, до конца он этой проблемы так и не продумал. А главное — почему оркам заказано раскаяние и возвращение к прежнему облику? Шиппи считает, что присутствие подобной неопределенности в этом вопросе к лучшему — ведь любое объяснение post factum неизбежно несло бы в себе натяжку, поскольку орки введены автором в Средьземелье по вполне прозрачной причине: Армия Зла нуждалась в солдатах. Орки, по собственному выражению Толкина (правда, сказанное относится к другому случаю), всего лишь «пехота вечной войны» Добра и Зла (ЧиК, с. 264).