— Mein Gott! Я тоже!
— Значит, она согласилась?
— Да. А ваша? Но мне не нужно спрашивать. Это та золотоволосая девочка?
— Я ведь сказал вам когда-то, граф, что эта девочка будет моей женой. И теперь имею счастье подтвердить это.
— Mere de Diru![172] Замечательно! Отныне я верю в предчувствия. У меня тоже было предчувствие, когда я впервые увидел ее.
— Ее? Вы имеете в виду будущую графиню Рузвельдт? Вы мне так и не сказали, кого удостоили этой чести.
— Скажу сейчас, cher capitaine,[173] потому что другой такой милой, красивой и достойной девушки вы не видели. Вы все равно удивитесь, когда увидите ее. Но только, когда мы будем стоять перед алтарем. Я как раз пришел просить вас об этом.
— Странно! Я о том же хотел просить вас.
— Вы хотите, чтобы я был вашим шафером?
— Конечно. Вы как-то согласились быть моим секундантом. Вы ведь не откажете мне сейчас?
— С моей стороны это было бы неблагодарностью, ведь я прошу от вас такой же услуги. Вы согласитесь, чтобы это было взаимно?
— Конечно. Можете рассчитывать на меня.
— А вы на меня. Но когда вас «окрутят», как выражаются британцы?
— В следующий четверг, в одиннадцать часов.
— В четверг в одиннадцать часов! — удивленно повторил граф. — Но ведь в этот день и час я тоже стану супругом! Sacre Dieu! Мы будем заняты одним и тем же делом в одно и то же время! И не сможем помочь друг другу!
— Странное совпадение! — заметил Мейнард. — И не очень удачное!
— Еще бы! Какая жалость, что мы не могли это разыграть по жребию!
— Что же делать, cher capitaine? — спросил австриец. — Я здесь чужой и не знаю ни души. А вы, вы хорошо говорите по-английски, но мне кажется, друзей у вас тоже немного. Что мы будем делать?
Мейнарду затруднение графа показалось забавным. Хоть он здесь тоже чужой, за себя он не опасался. В огромном Лондоне он знал многих, кто окажет ему такую услугу, особенно если узнает, что невеста — дочь баронета!
— Постойте! — воскликнул Рузвельдт. — Нашел! Здесь граф Ладислас Телеки. Он мне не откажет. И еще… еще его двоюродный брат граф Франс! Почему бы ему не стать вашим шафером? Я знаю, вы с ним друзья. Я видел вас вместе.
— Совершенно верно, — согласился Мейнард. — Хотя я о нем сразу не подумал, граф Франс — самый подходящий человек. Я знаю, что он согласится оказать мне услугу. Не прошло и десяти дней, как я помог ему стать гражданином этой гордой Британской империи, чтобы он мог сделать то же самое, что собираюсь сделать я, — жениться на леди, одной из самых знатных среди нашей аристократии. Спасибо, мой дорогой граф, за то, что напомнили о нем. Он подходит во всех отношениях, и я обращусь к нему с такой просьбой.
Они расстались, — один в поисках графа Ладисласа Телеки, другой — Франса. Оба предвидели приятную церемонию, самую важную в жизни каждого.
В Лондоне сотни церквей, и им и в голову не пришло, что венчание может быть назначено в одной и той же.
Глава LXXXIV
ВСТРЕЧА В ЦЕРКВИ
Для Мейнарда наступило счастливое утро.
В этот день Бланш Вернон должна стать его женой.
Предчувствие его накануне осуществления, девочка, в которую он влюбился с первого взгляда, становится его женой!
Не путем похищения, не в тайном браке, но открыто перед всем миром и с согласия отца!
Сэр Джордж не только согласился, но все организовал, вплоть до подробностей брачной церемонии.
Свадьба должна была состояться быстро — немедленно.
Перед смертью сэр Джордж хотел увидеть свою дочь замужем и под защитой надежного человека.
И хоть не он сам выбрал этого человека, он больше не сопротивлялся выбору дочери.
Теперь он дал свое согласие, и его будущий зять больше не был в «Семи Дубах» незваным гостем.
Свадьбу будут праздновать не здесь. Сэр Джордж не стыдился такого празднования, но считал его несвоевременным.
Он знал, что скоро здесь будут развеваться траурные ленты, а на стену повесят черное объявление. И не хотел, чтобы похороны бросили иссушающую тень на флердоранж[174] невесты.
Всего это можно легко избежать. Сестра сэра Джорджа живет в Кенсингтон Гор, и Бланш отправится на венчание из ее дома.
К тому же перед алтарем старой церкви в Кенсингтоне двадцать лет назад стоял он сам, а рядом ним была мать Бланш.
Такое венчание будет вдвойне благоприятным.
Все было решено, и капитан Мейнард должен был в определенный день и час явиться в церковь святой Марии в Кенсингтоне.
Он приехал в сопровождении графа Франса Телеки, и здесь встретился с невестой, которую окружали подружки.
Их было немного, потому что Бланш выразила желание избежать шумихи. Она хочет только выйти замуж за человека, который завоевал ее сердце!
Но хоть подружек у нее было мало, это были самые знатные девушки, каждая с титулом.
И все очень красивые: каждая заслужила титул красавицы.
Но жених даже не обратил на них внимания. Поздоровавшись с каждой простым поклоном, он взглядом отыскал невесту. И на ней его взгляд и остановился.
Ее платье великолепно гармонировало с солнечным светом и розами. Никому подвенечный наряд не подходил больше.
Щечки Бланш Вернон пылали, как утренняя заря.
Но когда она встретилась взглядом с женихом, и его голос, как сигнал к штурму осажденной крепости, сказал ей, что дни девичества кончаются, она испытала странную, но приятную дрожь в сердце, а румянец на ее щеках углубился.
Она была счастлива сдать свою крепость.
Никогда на взгляд Мейнарда не выглядела она такой прекрасной. Он стоял, словно зачарованный, глядя на ее красоту, и думал лишь о том, что хочет ее обнять.
Тот, кто молился только в современных церквях, не представляет себе, как выглядит внутри церковь святой Марии в Кенсингтоне. Ее массивные скамьи и тяжелые нависающие галереи, ее сумрачные проходы, окаймленные колоннами и пилястрами, придают ей вид торжественной древности; именно такое впечатление эта церковь произвела на Мейнарда.
Он думал о тысячах и тысячах верующих, которые молились в этих стенах, о рыцарях и благородных дамах, склонявшихся перед этим алтарем, чьи гербы изображены на цветных стеклах окон и на каменных плитах пола. Сколько благородных мыслей возникло здесь в прошлом и оказало мистическое влияние на настоящее!
Мейнард испытывал это влияние.
Глава LXXXV
КУЛЬМИНАЦИЯ ПРЕСТУПНОГО ПЛАНА
Несмотря на историческую привлекательность церкви святой Марии, жених начал терять терпение. Неудивительно, что с такой невестой ему не терпелось побыстрее оказаться перед алтарем!
