Тогда же Алла Пугачева и ансамбль «Веселые ребята» находятся с гастролями в Горьком. Ажиотаж от их приезда таков, что все билеты на концерты, которые проходят во Дворце культуры имени Ленина, были распроданы задолго до приезда артистов (всего на концертах побывает 20 тысяч зрителей). Концерты начинались необычно — с «Марша веселых ребят» Исаака Дунаевского. Затем на сцену выбегала Пугачева и заводила публику песней «Хорошо» (А. Муромцев — И. Резник). Затем следовали «Отчего» Юрия Антонова, «У той горы» Давида Тухманова, «Посреди зимы» Павла Слободкина и др. Но бурей восторга встречался, конечно же, «Арлекино» Эмила Димитрова. «Веселые ребята» исполняли песни: «Фигуристка» (солист А. Алешин), «Желтая ленточка» (солист — Р. Мушкамбарян) и даже песню Пола Маккартни «Миссис Вандербилт». Правда, последняя по темпераменту значительно уступала оригиналу.
А в столичных театральных кругах только и разговоров, что о склоках в Малом театре, — там не могут найти общий язык директор театра Михаил Царев и главреж Борис Равенских. Некоторое время назад (весной) жена режиссера, актриса этого же театра Г. Кирюшина, даже написала письмо главному идеологу Михаилу Суслову, в котором попыталась защитить своего мужа от нападок администрации. Приведу лишь отрывок из этого послания:
«М. И. Царев (директор Малого. — Ф. Р.) сделал все для создания атмосферы, в которой невозможна нормальная творческая работа коллектива и главного режиссера. Вместо того чтобы активно организовывать коллектив на выполнение творческих планов театра, выработанных главным режиссером, он всячески старался сорвать их осуществление. Приглашение в труппу новых актеров вызывает особые трения. Например, приглашенный в труппу И. М. Смоктуновский на роль царя Федора в спектакль «Царь Федор Иоаннович» был принят со стороны директора и его последовательных проводников столь сдержанно или просто сказать, не принят, что, естественно, насторожило этого актера и вызвало нежелание работать в театре. Практически все усилия М. И. Царева направлены на срыв творческой деятельности главного режиссера. В этом используются самые вероломные средства для нанесения ударов по здоровью и творческой мобилизации Бориса Ивановича в период работы над спектаклем. Используется все: оскорбление его человеческого, творческого достоинства, грубость, игнорирование в решении важных производственных вопросов, слежка и подкарауливание его недостатков под лозунгом партконтроля — все это на возможный срыв Бориса Ивановича. Такое многолетнее нервное напряжение, которое создается вокруг работы Бориса Ивановича, меня как жену, как мать его детей очень тревожит…
Здоровье и силы Бориса Ивановича находятся на пределе. Я очень боюсь, в такой обстановке настанет день, и он физически не сможет прийти на репетицию и выпустить спектакль. Вот почему я обращаюсь к Вам, уважаемый Михаил Андреевич, с этим письмом и очень прошу вас помочь».
Суслов не стал лично разбираться в этих склоках, а поручил дело кому-то из своих подчиненных. Однако вмешательство последних не привело к положительному результату — Царев и Равенских продолжали жить как кошка с собакой. В результате в конце декабря их обоих вызвал к себе министр культуры Петр Демичев, который симпатизировал Цареву. 24 декабря в дневнике актера Малого театра Михаила Жарова появилась следующая запись, посвященная этой встрече:
«Разговор, как потом мне сказал Царев, занял три часа. Демичев высказал все претензии к Равенских, к его поведению на собраниях, на склоки и запугивание при выступлениях выдуманными встречами его, Равенских, с правительством. В конце сказал: «Имейте в виду, что может так случиться, что в театре вообще не будет главного режиссера и тем более группировок, которые он создает».
А теперь из Москвы перенесемся в Ригу. Тамошняя милиция 24 декабря была буквально поставлена на уши — от композитора Раймонда Паулса поступил сигнал, что неизвестный рэкетир вымогает у него 10 тысяч рублей. По словам композитора, неизвестный потребовал у него деньги, в противном случае пообещав убить не только его, но и членов его семьи — жену Светлану и 13-летнюю дочь Анету. По меркам того времени это было беспрецедентное событие не только для такой небольшой республики, как Латвия, но и вообще для Советского Союза. Вот почему об этом звонке уже спустя несколько минут доложили министру внутренних дел Латвии. Тот дал команду сделать все возможное, чтобы задержать наглого рэкетира. Практически за несколько часов была разработана операция по разоблачению преступника. Поскольку тот потребовал от Паулса положить деньги в кейс и оставить его в условленном месте, сыщики так и сделали. Однако вместо денег положили в «дипломат» специальное пиротехническое устройство, которое при открытии чемодана должно было взорваться и на какое-то время нейтрализовать рэкетира.
Утром в четверг, 25 декабря, Паулс на собственной машине приехал в указанное место и оставил чемодан в названном преступником месте. За его перемещением наблюдали оперативники. Причем настолько грамотно, что преступник так и не заметил слежки. Едва он открыл «дипломат», как сработал взрывпакет и рэкетир вырубился. Дальнейшее было делом техники. Но это был не конец истории. Удивлению и радости сыщиков не было предела, когда они установили личность вымогателя: это был 37-летний уроженец Москвы, конструктор спецконструкторского бюро магнитной динамики Юрий Спицын, который в течение года совершил те самые три убийства, поставившие на ноги всю рижскую милицию: в январе он застрелил Меккерса-Тентериса, а в сентябре таким же способом убил сотрудника КГБ и еще одного рижанина, подрабатывавшего на своих «Жигулях» частным извозом. Так, во многом благодаря Раймонду Паулсу рижской милиции удалось обезвредить опаснейшего преступника.
25 декабря в Москве в Государственном центральном институте физкультуры прошло Всесоюзное совещание-семинар руководителей спортивной отрасли. Не стал бы выделять это событие, если бы не любопытные факты, которые прозвучали в докладе председателя Спорткомитета СССР Сергея Павлова. К примеру, он подверг резкой критике отечественный футбол, посетовав на то, что вот уже много лет наши кудесники кожаного мяча, за исключением киевского «Динамо», взявшего Суперкубок, не могут добиться на международной арене большого успеха (минувшей осенью из еврокубков вылетели столичные команды «Спартак», «Торпедо»). Одна из причин, по мнению Павлова, крылась… в лености футболистов. Павлов привел пример: за год футболисты высшей лиги тренируются всего лишь 500 часов, в то время как фигуристка-подросток Лена Водорезова проводит на льду аж 1500–2000 часов. Были примеры и другого рода: например, в Кубке РСФСР по футболу в 1974 году был установлен мировой рекорд — в нем принимало участие 35 тысяч команд, однако на мировой арене не выступает ни один (!) из полумиллиона игроков. Со времени этого доклада прошло вот уже более 25 лет, а наш футбольный воз и ныне там.
В тот же день Владимир Высоцкий и Марина Влади собрали у себя на квартире по адресу: Малая Грузинская улица, дом 28, два десятка гостей, чтобы отпраздновать новоселье. Собственно, в эту квартиру новоселы въехали более двух месяцев назад, однако долгое время никак не могли это событие отпраздновать: то Высоцкий был на гастролях, то его сваливала с ног болезнь, то еще что-нибудь мешало. В итоге собраться удалось только на католическое Рождество. Поздравить новоселов пришли их наиболее близкие друзья и родственники: мать, отец, Всеволод Абдулов с женой, Станислав Говорухин, Василий Аксенов и др. Вечер получился на удивление теплым. Новоселы выглядели по-настоящему счастливыми людьми, что вполне закономерно: за семь лет совместной жизни они умудрились сменить с десяток различных съемных квартир, пока наконец не обрели удобное трехкомнатное жилье в кооперативном доме. Было произнесено множество тостов, но суть каждого из них в общем-то сводилась к одному: чтобы дом этот всегда был полной чашей, чтобы новоселы прожили в нем сто лет. Как покажет время, первая часть этих пожеланий подтвердится полностью, а вот вторая нет: судьба отпустит одному из новоселов — Высоцкому — всего лишь четыре с половиной года жизни в этих стенах.
26 декабря, в семь двадцать Вечера, по Центральному телевидению состоялась премьера нового телефильма — «Здравствуйте, я ваша тетя!». Не думаю, что ошибусь, если скажу, что многомиллионная армия телезрителей, собравшаяся в тот час перед голубыми экранами, смеялась, что называется, до упаду. Я сам хохотал над приключениями нищего бродяги, волею обстоятельств вынужденного выдавать себя за тетушку из Бразилии, где в лесах много-много диких обезьян, так сильно, что буквально мешал своим домашним следить за ходом событий на экране. А уже на следующий день все мальчишки и девчонки нашего двора щеголяли друг перед другом крылатыми выражениями из этого фильма: «Я тебя поцелую… Потом… Если ты захочешь», «они как прыгнут», «мало ли в Бразилии донов педров» и др. Кстати, в этом мы были не одиноки. Вспоминает режиссер фильма В. Титов:
