это крайне лестное определение, я безусловный поклонник обоих художников»[138].
Елена Яковлева (актриса, народная артистка Российской Федерации, «Интердевочка»): «Может быть, разочарую вас, но мой любимый писатель – это Стивен Кинг. У него всегда все так неожиданно! Это книги, которые читаешь и так живо все представляешь! Как в кино! Творчество Кинга – очень хорошая разрядка»[139].
Борис Соколов (актер, народный артист РСФСР): «"Мизери" – это история Пигмалиона наоборот. Стивен Кинг – мощная психологическая база, и именно это в сочетании с жизненной правдой и привлекает зрителя»[140].
Инга Оболдина (актриса, заслуженная артистка Российской Федерации): «Да, работу в театре можно сравнить с послушничеством. Каждодневные репетиции, невозможность куда-нибудь уехать, съемки только в свободное время. Но меня это не пугает. Недавно я прочла "Долорес Клейборн" Стивена Кинга и подумала: "Вот бы ее сыграть!" Жаль, что она гораздо старше меня, в театре всегда заметно, если актрису искусственно состарили. Но если удастся найти такой же интересный материал, я откажусь от съемок и на какое-то время привяжу себя к театру»[141].
Тимофей Кочнев (актер): «Мечтал бы сняться в детективе или хорроре. Если выбирать роль мечты, в своем возрасте хотел бы сыграть юного Шерлока Холмса или молодого Пеннивайза из «Оно» Стивена Кинга. Хочется показать эту сущность в образе ребенка, выяснить причины его появления»[142].
Борис Стругацкий (писатель-фантаст): «По-моему, это дьявольски талантливый и умелый писатель. Некоторые вещи у него просто превосходны – «Кэрри», например. Если бы он еще поменьше писал, – цены бы ему не было. Но ему, видимо, просто не интересно разрабатывать обнаруженную "жилу смысла" вглубь – он снимает сливки (вершки) и тут же берется за новую жилу. Именно поэтому он так знаменит, так богат, и до такой степени презираем Высоким Литературоведением»[143].
Полина Дашкова (писательница): «У Стивена Кинга люблю два романа. Его «Мизери», считаю, войдет в историю литературы. Он тяжелый, страшный, но мощный»[144].
Андрей Иванов (писатель, один из «российских Стивенов Кингов»): «Лучшая книга о вампирах? "Судьба Иерусалима" Стивена Кинга. Она выходила под названиями "Салимов удел" и "Жребий Салема". Этот роман – канон жанра. Предельно ясная композиция, воплотившая в себе весь потенциал вариаций»[145].
Евгений Константинов (писатель): «Стивен наш Кинг – отдельная песня. Не скажу, что все у него нравится, но «Оно», "Лангольеры", "Девочка, которая любила Тома Гордона", «Труп» – это нечто. Фантазия у человека – неимоверная. Я многому вдохновился от Кинга, и даже мои вещички в институте в шутку называли «кингятинами». Думаю, в первую очередь благодаря Стивену Кингу я стал писателем. Подвиг он меня на это дело»[146].
Шамиль Идиатуллин (писатель, «татарский Стивен Кинг»): «Лет пятнадцать я был упоротым фанатом, не упускавшим ни единой строки, написанной Кингом и про Кинга. Кое-что, конечно, нравилось меньше или не нравилось совсем, но следующая книжка выправляла ситуацию. После известного ДТП периоды спадов стали затяжными, и на одном из них я оставил практику чтения каждой новой книжки Кинга, решив, что все равно она будет с огромной долей вероятности представлять собой микст из ранних сюжетов и образов автора, пусть и отлично написанный. Это умозаключение справедливо не всегда – в чем я с радостью и удовольствием убеждаюсь, когда читаю что-то из пропущенного. Особенно рассказы хороши, конечно. А мемуарную On Writing я перечитывал раза три, в том числе в оригинале»[147].
Андрей Подшибякин (писатель, «ростовский Стивен Кинг»): «У Стивена Кинга, сравнением с которым меня замучили – но я пока еще недостаточно сильно сошел с ума, чтобы себя с ним сравнивать – так вот, у Стивена Кинга есть такое вымышленное место, город Касл-Рок в штате Мэн, где разворачиваются действия многих его романов. А мне даже выдумывать ничего не надо – у меня есть Ростов. Я знаю, что вокруг него действительно много таинственных мест. Все это надо бы изучить, но следующая история, которую, вероятно, я напишу, будет про Зеленый остров. Это удивительное место с особенной энергетикой, и там можно найти все, что угодно есть: и культовые вещи, и старинные могилы. Этим островом, говорят, в Великую Отечественную войну интересовался сам Гитлер и хотел строить там какие-то базы в случае победы»[148].
Екатерина Соболь (писательница): «У меня есть несколько знакомых мальчиков 12 лет, которые просто обожают читать Стивена Кинга. Сначала они посмотрели фильм «Оно», потом добрались до книг, а теперь стали настоящими книгочеями»[149].
Александр Гаррос (писатель): «Ну и еще одна штука, за которую Кинг особенно дорог русскому интеллигенту в любом его изводе: то, что книги его – это гимн интеллигенту американскому, не такому уж, оказывается, и другому. Очкастый ботаник Джонни Смит из "Мертвой зоны", умницы-"неудачники" из «Оно», все эти писатели, преподаватели, архитекторы и рок-музыканты – конечно же, нам хочется узнавать в них себя. И верить, что когда наступит час «Ч» дня «Д» и мы встанем перед настоящей опасностью, то мы сумеем совершить нужный выбор и взять на себя ответственность так, как умеют это они – очкарики, ботаники, хлюпики, лузеры, мечтательные и ранимые вечные мальчики из романов любимого нашего американского писателя. Настоящего. Большого»[150].
Василий Сигарев (драматург, режиссер, сценарист): «Вообще корни моих произведений растут из Стивена Кинга. Меня ничто в жизни так не впечатляло, как, например, роман «Сияние». Он для меня не то, чтобы страшный (меня вообще трудно чем-то испугать), но я понимаю главного героя, Джека Торренса»[151].
Мария Панкевич (писательница): «Я мечтала о детской с саванной и тиграми, но у меня был только секретер, чтобы делать уроки, и книжный шкаф. Там я и отыскала мистера Стивена Кинга с его "Клабищем домашних животных" и «Кэрри». Как я мечтала стать такой, как Кэрри, чтобы уничтожить мажорных дебилов-одноклассничков, что каждый день высмеивали меня по причине социального неравенства. Сжечь Петербург, минировать дамбу, накрыть этот город балтийской волной…»[152].
Олег Богаев (писатель): «Любимые писатели? Это очень своеобразный набор. Это может быть и Кафка, и Леонид Андреев. Одно время мне нравился Стивен Кинг. И ничего «странного» в этом нет. Это великий американский сказочник»[153].
Александр Лысак (журналист, телеведущий): «"Мертвая зона" – шикарная книга. Вообще произведения Стивена Кинга отличаются тем, что создается ощущение, будто сам автор выходит из книги и затягивает тебя внутрь, а ты сидишь и читаешь до последнего. Это как очень хороший фильм. Притом, ты даже не заметишь, как к концу книги по твоему лицу начинают течь слезы»[154].
Инна Шульженко (журналист): «Мой
