Читаем без скачивания Том 1. Стихотворения 1813-1849 - Федор Тютчев

Ламартин Альфонс родился в 1790 (или 1792) г. в Савойе, умер в 1869 г. В 1821–1822 гг. Тютчев перевел его стих. «L’isolement» («Уединение»), этому же поэту посвящено четверостишие на фр. «Lamartine», написанное приблизительно в то же время, что и «Как он любил родные ели...». См. о влиянии этого поэта на Тютчева статью Н. Суриной «Тютчев и Ламартин» (В кн.: Поэтика. Л., 1927. С. 148–167). Г.И. Чулков объясняет симпатии Тютчева к Ламартину в конце 1840-х гг. тем, что политические предложения Ламартина были по душе Тютчеву (передать Константинополь России, Египет — Англии, Сирию — Франции, так разрешив турецкий вопрос) (Чулков II. С. 293–294).

LAMARTINE

Автограф — РГАЛИ. Ф. 195. Оп. 1. Ед. хр. 5083. Л. 178 об.

Впервые опубликовано в изд. Чулков II. С. 283.

Печатается по автографу.

Записан чернилами, без поправок, слова «Dieux», «Eole», «Parole» — с прописной буквы. На том же листе — стих. «Наполеон». Отсюда и датируется — 1849 г. В этом же году Тютчев написал и на русском языке небольшое стих. «Как он любил родные ели...» (см. коммент. С. 501), в начале 1820-х гг. перевел стихотворение этого поэта «L’isolement», назвав его «Одиночество» («Как часто, бросив взор с утесистой вершины...»). Об отношении Тютчева к Ламартину см. статью Н. Суриной «Тютчев и Ламартин» (Поэтика. Л., 1927. С. 148–167), см. также мнение Г.И. Чулкова (Чулков II. С. 293).

В Лирике II (с. 415) помещен подстрочный перевод К.В. Пигарева.

ПОЧТЕННЕЙШЕМУ ИМЕНИННИКУ ФИЛИППУ ФИЛИППОВИЧУ ВИГЕЛЮ

Автограф неизвестен.

Список — РГАЛИ. Ф. 195. Оп. 1. Ед. хр. 2899. Л. 23 (письмо Эрн.Ф. Тютчевой к П.А. Вяземскому от 24–29 ноября 1849 г.).

Первая публикация — Изд. 1957. C. 263.

Печатается по списку.

Адресовано и послано Филиппу Филипповичу Вигелю (1786–1856), писателю-мемуаристу, коллекционеру гравированных портретов. К стихотворению был приложен портрет П.Я. Чаадаева. Обстоятельства, вызвавшие написание стихотворения, раскрываются в письме Э.Ф. Тютчевой П.А. Вяземскому. Она сообщала ему, что им (ей и мужу) поручили распространить десять экземпляров литографии Чаадаева: «Кому их предложить? К счастью, я не знаю, кто из нас двоих вспомнил, что завтра день Св. Филиппа. Знакомый нам Филипп жаждал поздравления. Тотчас же мы свернули одну из 10 литографий, сделали из нее красивый пакет и на внешней стороне я под диктовку мужа написала: «Почтеннейшему имениннику Филиппу Филипповичу Вигелю...». Далее шли поздравительные стихи. Из письма видно, что стихотворение было написано не в день именин, а накануне, 13 ноября. По-видимому, Тютчевы мало что знали о прошлых «накаленных» отношениях Вигеля с Чаадаевым, на которого первый совершил донос после опубликования «Философического письма». Вигель, получив стихотворное послание вместе с портретом Чаадаева, ответил письмом: «Милостивый государь Петр Яковлевич. Часу в девятом утра 14 ноября, когда еще был я в постеле, прислали мне, неизвестно от кого, свиток бумаги: это был первый подарок старому, многими уже забытому имениннику. Развернув свиток, как в изображении, так и в деликатности поступка узнал я истинного христианина, кроткого сердцем, незлобивого, и человека, высокою своею светскою образованностью, ныне уже столь редкою, украшающего московское общество. Стихи, которые нашел я на обертке, весьма правильны и милы: но чьи они, вероятно, того же человека, которому стоило хорошенько заняться русским языком, чтобы и на нем показать совершенство слога...». Возмущенный Чаадаев, ничего не знавший о шутке Тютчевых, послал ответ Вигелю через В.Ф. Одоевского: «М. г. Филипп Филиппович. Портрета своего я вам не посылал и стихов не пишу, но благодарен своему неизвестному приятелю, доставившему мне случай получить ваше милое письмо. Этот неизвестный приятель, сколько могу судить по словам вашим, выражает собственные мои чувства. Я всегда умел ценить прекрасные свойства души вашей, приятный ум ваш, многолюбивое ваше сердце. Теплую любовь к нашему славному отечеству я чтил всегда и во всех, но особенно в тех лицах, которых, как вас, общий голос называет достойными его сынами. Одним словом, я всегда думал, что вы составляете прекрасное исключение из числа тех самозванцев русского имени, которых притязание нас оскорбляет или смешит. Из этого можете заключить, что долг христианина в отношении к вам мне бы нетрудно было исполнить. Сочинитель стихов, вероятно, это знал и передал вам мои мысли, не знаю, впрочем, с какою целью; но все-таки не могу присвоить себе, что вы пишете, тем более, что о содержании стихов могу только догадываться из слов ваших...

В заключение не могу не выразить надежды, что русский склад этих строк, написанных родовым русским, вас не удивит и что вы пожелаете еще более сродниться с благородным русским племенем, чтобы и себе усвоить этот склад...» (Чаадаев П.Я. Полн. собр. соч. и избр. письма. В 2 т. М., 1991. Т 2. С. 232). Неприязнь между двумя литераторами так и не прошла. Сочинитель же имевшего столь драматические последствия экспромта-поздравления посчитал благоразумным остаться неизвестным (Г.Ч.).

«СВЯТАЯ НОЧЬ НА НЕБОСКЛОН ВЗОШЛА...»

Автографы (2) — Альбом Тютч.-Бирилевой (с. 12); Мураново. Ф. 2. Оп. 1. Ед. хр. 2. Л. 1; второй автограф воспроизведен в альманахе Северные цветы на 1903 г. (с. 185) и во всех изданиях А.Ф. Маркса.

Первая публикация — Москв. 1850. № 8. Кн. 2. С. 290, под общим заголовком «Осемь стихотворений...», вместо подписи — «***». Затем — Совр. 1854. Т. XLIV. С. 49; Изд. 1854. С. 100; Изд. 1868. С. 133; Изд. СПб., 1886. С. 183; Изд. 1900. С. 167.

Печатается по автографу Мураново. См. «Другие редакции и варианты». С. 259.

Автограф в Альбоме Тютч.-Бирилевой представляет собой неполный текст, отсутствуют строки 9–12-я; вторая строфа начинается: «И чудится давно минувшим сном». Кроме того, иной вариант имели строки 3–4-я («Как золотой ковер она свила / Ковер, накинутый над бездной»), 8-я («Лицом к лицу пред этой бездной темной...»), 14-я («Теперь ему все светлое, живое»). Особенности синтаксиса: повтор тире в конце 1, 2, 4, 6, 14-й строк, обильные многоточия (по семь, шесть, пять точек) в конце 5-й, 8-й и в последней строках. 2-я и 4-я строки отодвинуты вправо, первая строфа отчеркнута. Название, дата отсутствуют.

Автограф Мураново подвергся значительной авторской правке: в 3-й и 4-й строках слово «ковер» (более живописно-бытовое) заменено на более архаически-возвышенное и философски обобщенное — «покров», поэт как бы подтвердил свою ассоциацию, возникшую уже в стихотворении «День и ночь» («Покров наброшен златотканный», «День — сей блистательный покров», «Ткань благодатную покрова / Сорвав, отбрасывает прочь»). Поэт устранил повтор слова «бездна» в первой строфе (тем более это было важно, что оно появилось во второй), заменив его в 8-й строке словом «пропастию», он написал его поверх зачеркнутого. Появились четыре первых строки 2-й строфы, очень важные в смысловом отношении, характеризующие самосознание человека, его душевное состояние; таким образом, мысль о человеческом сиротстве получила развитие. В 14-й строке снова, как нередко у поэта, выдвинут на первое место тот, кто действует или, как в данном случае, чувствует («Ему теперь», а не «Теперь ему»). Первоначально имело название «Самосознание», поэт зачеркнул его, так как в стихотворении представлено не только и даже не столько самосознание, сколько картина мира.

Издания 1850-х гг., а также следующие воспроизвели вариант первого автографа, хотя в первой публикации — полный состав стихотворения, напечатано и четырехстишие «На самого себя покинут он...». Первая редакция была создана в конце 1840-х гг.; вторая послана М.П. Погодину не позднее марта 1850 г. Тютчев сопроводил ее запиской: «В числе сообщенных вам пьес была одна с пропуском четырех стихов. Вот вам она сполна...» (Новый путь. 1903, ноябрь. С. 15). К.В. Пигарев обратил внимание на то, что на обратной стороне второго автографа записано стих. «Поэзия», напечатанное в Москв. № 7, цензурное разрешение которого от 31 марта 1850 г. (см. Лирика I. С. 388).

Датируется концом 1840-х гг. или самым началом 1850-х гг..

Л.Н. Толстой отметил стихотворение буквами «Т.Г.!!» (Тютчев. Глубина) (ТЕ. С. 146).

«ЕЩЕ ШУМЕЛ ВЕСЕЛЫЙ ДЕНЬ...»

Автограф — РГАЛИ. Ф. 505. Оп. 1. Ед. хр. 23. Л. 7 и 8.

Первая публикация — Москв. 1851. № 11. Кн. 1. С. 237, вместе со стих. «Смотри, как на речном просторе...», «Море и утес в 1848 г.», с общей подписью Т-въ. Затем — Совр. 1854. Т. XLIV. С. 16–17; Изд. 1854. С. 31–32; Изд. 1868. С. 36–37; Изд. СПб., 1886. С. 62–63; Изд. 1900. С. 61–62.

Печатается по автографу (третья редакция). См. «Другие редакции и варианты» и коммент. к стих. «Пробуждение». С. 230, 321.