Эваристо. Ах, милая Кандида! Вы, мое сокровище, видите перед собой самого несчастного, самого жалкого человека на свете!
Кандида. Очевидно, вы не нашли веер?
Джаннина (в сторону). Сразу угадала.
Эваристо (Кандиде). Все против меня! Да, увы, это так: веер исчез, и найти его невозможно.
Кандида. О, мне хорошо известно, где он,
Эваристо. Где? Где? Если вы знаете, где искать его…
Джаннина (к Эваристо). А может быть, его уже кто-нибудь нашел? Почем знать?
Эваристо (Кандиде). Что она говорит?
Кандида. Веер должен быть в руках той, кому вы его подарили, и она права, не желая вам вернуть его.
Джаннина. (Кандиде). Это не так.
Кандида. Вы уж лучше молчите!
Эваристо. Клянусь вам честью…
Кандида. Довольно. Я приняла решение. Приходится только удивляться, что вы меня ставите на одну доску с этой деревенщиной! (Уходит.)
Джаннила (угрожающе). Как вы смеете называть меня деревенщиной?
Эваристо (к Джаннине). Видит небо, только вы одна — причина моего отчаяния, моей смерти.
Джаннина. Ну, ну! Не сходите с ума!
Эваристо. Она решилась на что-то. Теперь я должен решиться. Я дождусь своего соперника со шпагой в руке: либо умрет недостойный, либо я расстанусь с жизнью… (Джаннине.) Из-за вас, из-за вас одной все мои мучения!
Джаннина. Лучше мне, пожалуй, уйти отсюда. Боюсь, он совсем рехнется. (Потихоньку идет, к своему дому.)
Эваристо. Что со мной? Страсть сжигает мое сердце! Я задыхаюсь. Я еле стою на ногах! У меня в глазах потемнело. О, я несчастный! Умираю, помогите! (Опускается на стул около кафе и теряет сознание.)
Джаннина (оборачивается и видит, как он падает.) Что с ним? Бедняга умирает. Сюда, на помощь! Эй, Мораккьо! Эй, кто там в кафе!
Явление восьмое
Те же; Лимончино выходит из кафе с двумя чашками кофе. Мораккьо бежит на помощь Эваристо; Креспино (с улицы), Тимотео, потом граф.
Креспино (с улицы). Ах, да это синьор Эваристо. Что случилось?
Джаннина (к Лимончино). Воды, воды!
Креспино (бежит в кафе). Вина, вина!
Лимончино. Дайте ему вина, а я отнесу кофе обратно. (Уходит.)
Мораккьо. Бодритесь, синьор Эваристо, мы еще не раз пойдем на охоту.
Джаннина. Какая уж тут охота! Он влюблен. Вот и вся его болезнь.
Тимотео (выходя из аптеки). Что случилось?
Мораккьо. Сюда, сюда, синьор Тимотео!
Джаннина. Подите, помогите этому бедному молодому человеку.
Тимотео. А что с ним?
Джаннина. Удар.
Тимотео. Значит, надо пустить кровь.
Мораккьо. А вы, ваша милость, умеете?
Тимотео. Если надо, так сумеешь. (Уходит.)
Джаннина (в сторону). Бедный синьор Эваристо! Он его совсем доконает.
Креспино (выходя из кафе с бутылкой вина). Вот что сразу приведет его в чувство! Вино старое, ему пять лет.
Джаннина. Кажется, он приходит в себя.
Креспино. Еще бы! Такое вино и мертвого воскресит.
Мораккьо. Смелей, смелей! Придите в себя наконец.
Тимотео (выходит из аптеки с тазом, бинтом и бритвой). Вот и я; скорей раздевайте его.
Мораккьо. А бритва зачем?
Тимотео. В экстренных случаях она лучше всякого ланцета.
Креспино. Бритва?
Джаннина. Бритва?
Эваристо (встает в ужасе). Кто хочет зарезать меня бритвой?
Джаннина. Синьор Тимотео.
Тимотео. Я человек приличный и резать никого не собираюсь, а делаю то, что умею и что могу; и, насколько мне известно, никто меня не может ни в чем упрекнуть. (В сторону.) Пусть попробуют позвать меня еще раз — так я и пойду, как бы не так! (Уходит в аптеку.)
Мораккьо. Не желаете ли пройти ко мне, синьор Эваристо? Отдохнете на моей постели.
Эваристо. Ведите меня куда хотите.
Мораккьо. Дайте мне вашу руку, обопритесь получше.
Эваристо. Как было бы хорошо покончить счеты с этой несчастной жизнью! (Идет, поддерживаемый Мораккьо.)
Джаннина. Ну, если ему так хочется умереть, пусть обратится к аптекарю.
Мораккьо. Вот и дверь. Войдемте,
Эваристо. Напрасная забота о том, кто жаждет смерти. (Входит в дом Мораккьо.)
Джаннина хочет тоже войти.
Креспино (зовет ее). Джаннина!
Джаннина. Что?
Креспино. Уж очень вы сострадательны к этому синьору!
Джаннина. Исполняю свой долг, потому что мы с вами виновники его страданий.
Креспино. Насчет вас ничего не знаю! Ну, а я тут при чем?
Джаннина. А все это из-за проклятого веера! (Уходит.)
Креспино. Проклятый веер! В сотый раз о нем слышу. Очень рад, что попадет этому нахалу Коронато. Он мой враг и останется им, пока я не женюсь на Джаннине. Я мог бы, конечно, зарыть веер в землю, да страшно. Вдруг кто-нибудь на него наступит и раздавит. Надо что-то придумать. Я не хочу, чтобы меня впутали в эту историю. Говорят, иногда можно за это поплатиться собственной шкурой. Ну, а моя хоть и плохонькая, все ж я хочу сохранить ее в целости. (Идет к себе в лавку и берет веер.)
Лимончино. А вот и я… (Выходит из кафе.)
Граф (выходя из гостиницы). Постой! Поди сюда! (Берет у него кусочек сахару и кладет его в рот.) От простуды.
Лимончино. Горло прочищает.
Граф. Что?
Лимончино. Говорю, хорошо прочищает горло… (Уходит в кафе.)
Граф расхаживает с довольным видом человека, плотно закусившего.
Креспино. А что, если… Пожалуй, это будет лучше всего. (Подходит с веером.)
Граф. Добрый день, Креспино!
Креспино. Покорный слуга вашего сиятельства.
Граф (тихо). Башмаки починили?
Креспино (показывает ему веер, завернутый в бумагу). Завтра будут готовы,
Граф. Что это у вас завернуто в бумагу?
Креспино. Да вот нашел на земле неподалеку от почты.
Граф. Покажите-ка.
Креспино. Пожалуйте. (Подает ему веер.)
Граф. Ах, веер! Наверное, какой-нибудь прохожий потерял. Что вы думаете с ним делать?
Креспино. Да я и сам не знаю.
Граф. Вы хотите его продать?
Креспино. Продать? Я не знаю, сколько он стоит. А как вы думаете, он дорогой?
Граф. Не знаю… Я в этом ничего не смыслю. Тут изображены какие-то фигуры… Впрочем, я думаю, что веер, найденный в таком захолустье, не может стоить дорого.
Креспино. Мне бы очень хотелось, чтобы он был дорогой.
Граф. Хотите хорошо заработать?
Креспино. Уверяю, ваше сиятельство, что нет. Просто для того, чтобы иметь удовольствие преподнести его вашему сиятельству.
Граф (довольный). Мне? Вы хотите подарить его мне?
Креспино. Боюсь, что это для вас малоподходящий подарок…
Граф. Нет, нет, отчего же, веер совсем недурен, он мне нравится. Благодарю вас, голубчик. Можете рассчитывать на мое покровительство. (В сторону.) Подарю его кому-нибудь и заслужу благодарность.
Креспино. Умоляю вас об одном одолжении.
Граф (в сторону). Так и знал. Эти люди ничего не делают даром. (Громко.) Ну, в чем дело? Говорите.
Креспино. Пожалуйста, никому не говорите, что его подарил вам я.
Граф. Только и всего?
Креспино. Больше ничего.
Граф (в сторону). Смотрите, какая скромность! (Громко.) Ну если вы больше ничего не желаете… А почему вы не хотите, чтобы знали, что я получил его от вас? Уж вы ненароком не стащили его?
Креспино. Простите, ваше сиятельство, за кого вы меня принимаете?
