У меня не было времени на то, чтобы возиться у входа. Впереди меня ждала более сложная работа. Но выхода не оставалось. Из левого рукава я вынул пару отмычек и осторожно воткнул одну из них в отверстие замка.
Франсуаз развернулась с разбега и вынесла дверь ногой. Обе половинки слетели с петель, с грохотом покатившись по начищенному полу. Я потерял один из своих ключей, зато выиграл время.
– Внутрь! – воскликнул я.
Рычание за моей спиной становилось все громче. Теперь это не было гласом, пришедшим из иного мира. Адские псы бежали по городским улицам, и им оставалась только пара минут, чтобы настигнуть нас.
Я пробежал по мертвым коридорам мэрии. Черт побери – я никогда здесь не был и даже не знал, есть ли здесь то, что я хотел найти.
Поворот.
Большая решетчатая дверь, а за ней каменные ступени, ведущие в глубокий подвал. Отмычки по-прежнему лежали в моей руке, но на этот раз я сперва посмотрел на демонессу. Франсуаз вышибла замок с одного удара. Железные прутья погнулись, створка с оглушительным грохотом ударилась в каменную стену.
Я скатывался вниз, не ощущая ступеней. Мне оставалось только гадать, откуда в девушке столько веры в меня, почему она согласилась молча следовать за мной неизвестно куда.
Маленькая площадка.
Я остановился и несколько раз выдохнул.
Передо мной была новая дверь – полностью отлитая из металла. Франсуаз подбежала ко мне, но я остановил девушку.
– Не надо, – произнес я. – Ее ты не сможешь выломать.
– Почему?
Лай собак смолк. Они замерли возле ледяной дорожки, настороженно обнюхивая ее. Создания преисподней, псы не доверяли магии, и это давало мне еще несколько секунд.
А еще уверенность, что я все успею.
Я опустился на одно колено и аккуратно вставил отмычку в отверстие замка. Несколько долгих секунд я ждал первого щелчка. Когда он хрустнул, этот звук показался мне приятнее, чем пение императорского соловья. Провернуть ключ еше трижды было лишь делом техники.
– Это городская казна, – сказал я.
Мой голос сбивался, но отмычка по-прежнему плавно отпирала одну секцию замка за другой.
– Недаром я был лучшим вором на Равнине Драконов. Маленькие городки все одинаковы. Прошу. Добро пожаловать в личное убежище.
Дверь медленно раскрывалась. Франсуаз проскользнула внутрь, я последовал за ней.
– Свободные поселения полностью зависят от своей казны. Один грабеж полностью разорит всю округу.
Я ухватился за ручку и попытался захлопнуть за нами створку. Она не поддавалась, упорно стремясь распахнуться настежь.
– Проклятый механизм, – пробормотал я. – Дверь должна сначала раскрыться полностью, и только потом ее можно будет запереть вновь.
Франсуаз рванула створку, и та с оглушительным лязгом вошла обратно в пазы. Автоматический замок щелкнул, а затем стал проворачиваться на четыре оборота.
– Мы заперлись в казне? – спросила девушка.
– Верно. По сути, Френки, это огромный сейф, где стены, потолок и пол сделаны из заговоренного металла.
Его нельзя прошибить. Ни магия, ни грубая сила, ни даже небесные молнии не смогут его пробить.
– Но ты же смог открыть дверь.
– Я лучший. И потом, не думаю, чтобы у адских псов были отмычки.
Я опустился на пол, прислонившись спиной к стене.
– Мы не сможем оставаться здесь вечно, – заметил я, – но теперь у нас есть время подумать, как отделаться от непрошеной компании.
ГЛАВА 12
– Как их уничтожить?
Я пытался прислушаться к тому, что происходит на верхних этажах. Адские псы уже должны были достичь мэрии. Теперь оставалось выяснить, сколько времени им потребуется, чтобы найти нас.
Я надеялся, заговоренные стены казны смогут хоть ненадолго их задержать.
– Гончих нельзя убить. Их можно сбить со следа. Они мало знают о Верхнем мире. Поэтому иногда срабатывают самые простые уловки. Но это ненадолго. Псы очень быстро учатся.
– Ладно.
Я соединил кончики пальцев.
– Можно ли их обмануть насовсем?
Мне было не слышно, как гончие ходят по опустевшим коридорам ратуши. До подвала не доносилось ни одного звука. Но я не сомневался, что рано или поздно они найдут дорогу сюда.
– Псы знают только одно: надо найти цель и вернуть ее обратно в ад. Если они и отвлекаются по дороге, то лишь по одной причине – чтобы лучше изучить жертву и быстрее ее догнать.
Франсуаз сидела на каменном полу, поджав под себя ноги и раздвинув обнаженные колени. Руки ее лежали на бедрах ладонями вверх, глаза были закрыты.
Девушка научилась медитации в заливе Каракатиц. Сейчас это помогало ей собраться с мыслями.
– Значит, наши собачки слишком тупы, чтобы их провести, – пробормотал я. – Забавный парадокс, не так ли…
– Им вынимают мозг сразу после рождения. Иначе они живут не больше трех-четырех дней. Вместо него в череп заливают раскаленную лаву. Сама этим занималась, когда училась в колледже.
Теперь я уже не мог ошибиться. Когтистые лапы стучали по ступеням, ведущим в подвал. Интересно, сколько их? Надо было спросить у Френки, но мне отчего-то не хотелось узнавать ответ.
– Не знал, что ты подрабатывала во время учебы, – заметил я. – У эльфов это не принято.
Я должен был найти решение – и не какой-то сложной, отвлеченной проблемы, а самой простой. Как остаться в живых. Но отчего-то мне чудилось, будто в мой мозг тоже налили жидкий огонь, и мысли отказывались даже приближаться к нему.
Следовало успокоиться.
– И много тебе платили?
– Да нет. Просто хотелось чем-то заняться.
– Понимаю.
Я пружинисто встал.
Адские псы были уже возле самой двери. Я слышал шорох, с которым острые когти царапали каменный пол. Мне чудилось, будто я даже могу различить их тяжелое дыхание, увидеть, как пена стекает из полураскрытой пасти.
– Кому они подчиняются? – спросил я. – С ними можно договориться? Подкупить, обмануть, убить?
Франсуаз не открывала глаза, лишь немного откинула назад голову.
– Считается, что их хозяин – Нитхард, владыка преисподней. На самом деле это не так. Наш бог не вмешивается в дела геенны, ее обитателей и пленников. – Девушка усмехнулась. – Он не смог бы, даже если бы очень захотел. Царь ада – самый беспомощный из всех божеств. Его мир ему не подвластен. Там царят законы Добра и Зла, Греха и Воздаяния.
– Это хорошо.
Я начал ходить по комнате.
– Любой закон можно обойти или перевернуть. Расскажи об этом подробнее.
Первая собака ударила об дверь мордой.
По комнате паровым катком прокатился гул. Я вдруг почувствовал, что нахожусь внутри огромного колокола, и звонарь начал отбивать заутреню. Полки резного дерева, поднимавшиеся к самому потолку, вдруг закачались. Несколько мешков с золотом упали на пол, и я даже не расслышал звона монет.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
