Читаем без скачивания Статьи разных лет - Виктор Острецов

Но чем дальше копал Петро, тем все глубже уходило золото в глубину земных недр. Тогда-то Басаврюк и сказал то, что обычно скрывается современными демократами от поклонников золотого тельца: «Нет, не видать тебе золота, покамест не достанешь крови человеческой!»

Мы много читали о человеческих жертвоприношениях, о ритуальных убийствах невинных жертв, но, вероятно, видим эти жертвоприношения либо в далеком прошлом, либо в виде каких-то отдельных исторических случаев. Но не будем, однако, забегать вперед.

Как только Басаврюк сказал свои страшные слова, ведьма подвела к горящему желанием получить богатство любой ценой Петру дитя лет шести, показывая жестом, что он должен отсечь невинному ребенку голову. Понятно, что Петр остолбенел: отрезать ребенку голову! Сдернул простыню Петро и увидел, что перед ним шестилетний брат его любимой — Ивась. И ручки сложило бедное дитя и головку повесило. Петро готов был уже и саму ведьму прикончить, но тут топнула она ногой, взметнулось синее пламя, и увидел Петро под землей сундуки с золотыми червонцами и дорогими камнями. Это богатство ослепило молодого казака, вместе с пламенем вспыхнуло в нем и желание во что бы то не стало стать богатым человеком. Выхватил он нож, и безвинная кровь брызнула ему в очи… Сподручница Басаврюка, ведьма, впилась в обезглавленное тело ребенка и стала пить из него кровь. Сегодня тысячи таких же ведьм точно также впиваются в тело народное. И, к сожалению, всегда находятся такие, как Петро, глядящие в рот нашим Басаврюкам. Богатство, полученное на крови, как и цена его, не принесло счастья Петру. Он лишился памяти, также примерно, как лишаемся этой памяти и мы сегодня, стараясь не думать о том преступлении, что совершается властью, угробившей многие тысячи наших детей, хотя бы в той же Чечне. Вера в золотого тельца лишила памяти, таким образом, не только казака Петро, но и целое поколение наших современников. Но что удивительно… если мы отрешимся от словесного блуда нынешнего политического словаря, то увидим смысл современных событий в истории с Басаврюком слово в слово, до последней точки. Языческий гуманизм, называемый еще демократией, в реальности нуждается в массовых жертвоприношениях невинных людей. Нуждается не гипотетически, но реально. России делают кровопускание по всем научным методикам политических и экономических наук. Золото, богатства приобретаются и сегодня в нашей стране исключительно на крови. Это очевидный факт. И если нам кажется, что это потому, что «у нас еще не установившиеся рыночные отношения», то это просто значит, что у нас в голове еще не все установилось таким образом, чтобы мы умели понимать суть вещей. Не случайно, что любой человек сегодня, самый что ни на есть расчестный из всех честных, не может миновать преступного клана, если хочет добывать злато-серебро. Режим мажет кровью всякого, кто хочет всплыть на поверхность общественной и экономической жизни. Он связывает кровью поклонников золотого тельца. Поэтому весь режим демократии стоит на крови, на страданиях миллионов людей. И это — его основа, а не побочный продукт. Дьячок Фома Григорьевич устами Гоголя прямо назвал Басаврюка сатаной, принявшим человеческий облик. И это отнюдь не литературная гипербола. Не нужно забывать, что масонство — основа демократии — в своих ритуалах разыгрывает сцены человеческих жертвоприношений уже много столетий, готовя своих адептов к массовым кровопролитиям. Здесь не место говорить о мистике крови. По своему, значению отдельная символика, так называемый «вечный огонь», пламя, вырывающееся из центра пятиконечной звезды, есть точный символ геенны огненной, а миллионы погибших за Родину, таким образом, олицетворяют на символическом языке масонства жертву на алтаре антихриста. Среди политических причин, которые заставили власть имущих пойти на умышленное уничтожение в Чечне Русских юношей в солдатской форме, есть, несомненно, та же мысль о кровавом жертвоприношении на том же алтаре. Если у Петро была своя причина пойти на страшное преступление — любовь к девушке, то обладание властью над Миром тем более неминуемо влечет за собой эти гекатомбы.

Еще в начале девяностых мне приходилось писать о том, что за фасадом компартии СССР скрывается масонство, что символ срезанных колосьев на государственном гербе, как и серп, таит в себе страшный смысл: «сноп совершенный», «скошенный серпом революции», «кровавую жатву».

Сытые западные демократии, как голодная разбойничья демократия в России, опираются не на «либерализм» и «гуманизм» вообще, но в основе своей имеют несомненный сатанизм. Одно обыденное наблюдение. Любопытное свойство нашего политического паноптикума, внешне трудно объяснимое, но, тем не менее, для человека с улицы бросающееся в глаза… «Отчего, — спрашивает этот человек с улицы, — у демократов, как на подбор, такие же отвратительные физиономии, как у гоголевского Басаврюка? И удивительно мертвые глаза? Приспущенные веки, мутный взгляд как бы невидящего существа, ожидающего темноты, чтобы преобразиться в какого-нибудь вурдалака или кикимору. Какие-то присюсюкивания, причмокивания, пришептывания, какие-то лукавые и темные по смыслу слова». Этот феномен кажется необъяснимым, ведь, в конце концов, какая разница, каких ты убеждений? И среди демократов, кажется, должны были бы быть люди вполне симпатичные, хотя бы внешне, с живыми глазами и внятной речью. А тем не менее, как увидишь человека с опущенными веками, блуждающим и мутным взглядом, что-то бормочущего, так уже по внешнему виду сразу определишь — демократ. Я имею в виду, разумеется, патентованных демократов, из «избранных», а не нашу Русскую толпу одурманенных людей. Воистину, Бог шельму метит!

Конечно, в наше время общество управляется с помощью отработанных технологий, но внутренний смысл творящегося в нашей стране, хотя и аллегорическим образом, но ясно обрисован Гоголем, и решительно нового в этих демократиях ничего нет. Нам, сформированным в СССР, чьи зрение и слух с детства был поставлен на масонско-каббалистическую графику и обрядность, трудно увидеть истинное лицо режима. Наш взгляд за много лет привык к самой графике, образному строю демократии, как «всенародной» времен СССР, так и новой, которую символизирует жвачка, проститутка и бандит на телеэкране. И от того, что мы уже выросли в этой символике, нам смысл демократии до конца не ясен. Чтобы понять хоть что-то, нам надо читать множество всяческих разоблачений, но и читая, подлинного смысла мы не улавливаем. Мы уже выросли в новых кварталах наших городов, застроенных гнусными коробками с секциями внутри, горделиво именуемыми квартирами. Сам вид этих безликих кварталов, протянувшихся на километры, не возбуждает в нас мысль о том, что перед нами классическое воплощение масонской мечты о равенстве и безликости, воплощение идеи о том, что нации (кроме иудейства), должны исчезнуть, как и все исторические особенности народов. Долго и неуверенно рассуждая о том, существует ли масонство, мы ловим какие-то обрывочные сведения на эту тему, даже не подозревая о том, что сам вид наших улиц и городов есть открытая книга масонства, и мы сами составляем в этой книге буквы и слова.

А ведь было время, когда суть происходящего была видна наглядно. В одном воспоминании о гражданской войне автор пишет: «Ночью в город вошли красные, и когда я вышел утром из дому, то увидел, что вся улица покрыта каббалистическими знаками». Что это были за знаки, что автор воспоминаний увидел после взятия города красными? Да ничего особенного: красные полотнища с характерной революционной символикой и не менее характерной графикой написания слов на транспарантах. Эта манера написания букв в аббревиатурах была скопирована с еврейского алфавита, и внешне казалось, что на красных полотнищах буквы написаны по-еврейски.

…Гоголь пишет, что жители села, быстро опомнились от разврата и догадались, что в образе Басаврюка им явился сам нечистый, враг рода человеческого, и постепенно перебрались на другое место. Нам же на такое опознание нечистого в образе человеческом, в виде то ли политика, то ли идеолога, то ли мэра с министром, понадобилось бы прочитать тонны умных книг, прослушать сотни умных лекций, а, в конце концов кончилось бы это нашим окончательным духовным ослеплением. А неграмотные и неученые жители хутора близь Диканьки решили бы нашу задачу много быстрее. Конечно, обитатели этого хутора жили во времена царизма и вместо библиотек и диссертаций занимались хлебопашеством и регулярно ходили в церковь, исповедуясь и причащаясь Святых Тайн. Классиков литературы тоже, кстати, не читали и, наверное, даже не знали о таковых. И именно поэтому их мозги не были заморочены «культурностью» и умствованиями о том, что «с одной стороны это, конечно, так, а вот с другой — кто его знает, а если по здравом рассуждении, то всякое может случиться».