Читаем без скачивания Новая Переменная - Канира

ужасающим. Сотни марионеток разных направлений и строений, нескончаемый поток армии, которая, как я увидел, пополнялась оперативно. Убивая двух, появлялись ещё пять. И так бесконечно. Что ж. Пора.

Меч. Высшая техника тайдзюцу моего стиля. Два раза использовав эту технику, я истощу свои запасы жизненной силы и свалюсь без сил на час. Смертельно в моём случае сейчас, но мне хватит и одного удара. Энергия моего тела забурлила и пошла по всему телу. В первый раз, когда старик показал эту технику, он не объяснил её принцип, но показал эффект. Удар, словно от огромного клинка, рассёк малую гору, и то он показал самое минимальное, что мог показать. Маленькая гора была сотню метров в высоту и несколько десятков в длину… Впервые увидев, я подумал, что с такой силой старик мог бы единолично захватить власть в клане, но последующие события давали понять, что сила была на стороне Ашины.

Меч был довольно необычной техникой. Если Разрез был смертоносен, но в некоторых случаях его можно было заблокировать, то Меч бил слишком большим радиусом, и принцип построения техники был кардинально другим. От такого не уклониться, хоть закапывайся в землю. И удар был в большей степени построен на трёх столпах: чакре, жизненной и духовной энергии. Не знаю, как до этого додумался дедушка, но он точно сотворил нечто гениальное.

Сперва появился сам Меч. Над моей головой из духовной энергии возник клинок. Как объяснил старик, у каждого Меч уникален: если у него это была длинная катана, то у меня — прямой меч, словно рыцарский. Если каждый меч уникален, откуда он это узнал, задавался я вопросом, но он не рассказал, хоть я и спрашивал.

Был виден лишь клинок без рукояти и гарды. Чем больше использовать эту технику, тем больше проявлялся сам меч. У старика это было полноценное оружие, у меня же — лишь лезвие.

Взяв в руку невидимую рукоять, которая не проявлялась, но чувствовалась, я взмахнул. Удар!

Невидимая волна, словно огромное лезвие, прошлась по всем марионеткам, рассекая их по пояс. Удачно. Я, немного взмокнув от напряжения, был рад, что получилось. Чем удобна эта техника, так это тем, что она бьёт довольно точечно и с большим размахом. Если бы атаковал ниндзюцу, тут было бы слишком много разрушений. Иногда в Мече бывали осечки, и не всегда удар попадал куда надо, но я списывал это на то, что мой меч ещё не проявился до конца. Так, один раз я чуть не ударил по старику, благо тот уклонился. Он рассказал, что эта проблема решится после длительного использования техники. Это было правдой: чем больше я использовал технику, тем лучше она получалась.

Дома и здания в радиусе нескольких десятков градусов были рассечены, а разрушения затопили улицы некогда славного города Роуран. Удар был слишком силён, и вся армия была сражена от моей атаки, на которую я потратил не слишком много сил. Чем лучше техника развита, тем больше она потребляет, регулировать траты сил я не мог. Старик рассказывал, что с мастерством придёт и экономия, но пока я был в начале пути, и силы иногда тратились впустую.

Хлоп-хлоп.

Услышав хлопки ладошек, я подобрался, но успокоился, заметив марионетку, которая выжила. Она не нападала. Та самая красноволосая, что кого-то мне напоминала, но я не мог вспомнить кого.

— Учиха с техниками, которые я никогда не видел, а поверь, я видел многое. Очень многое. Я удивлён, что ж, позволь пригласить тебя в мою обитель. Прошу, будь моим гостем, ты заслужил. Пощада — прерогатива сильных, и я тебя пощажу. Поговорим с таким интересным шиноби, иди ко мне.

Кукла, указав рукой на открывшиеся ворота башни, пригласила меня внутрь. Ловушка? Конечно, но, чтобы меня убить, нужно что-то посерьёзнее марионеток. Посмотрим на вырезавшего целый город.

* * *

Тёмные коридоры, давящие своей монументальностью и чёрным цветом. Эхо от моих шагов раздавалось, словно шёл огромный гигант. Тишина, что была естественной в этом царстве тьмы и одиночества, затягивала меня своей атмосферой. Знойное солнце, что освещало мой путь в этой стране, сюда не проникало, а холод давал понять, что здесь комфорт был на хорошем уровне. Будь здесь кто-то ещё, кроме меня и идущей впереди марионетки.

Она молчала и шла, как робот, слишком идеально, слишком выверенные шаги и без колебаний. Шаринган видел все её движения мышц, и марионетка была довольно сильна телом, если сравнивать с другими шиноби. Красные волосы давали кое-какие догадки, но, прежде чем делать выводы, лучше узнать у хозяина этой куклы, кем она была при жизни.

Настроение было таким же мрачным, как и до этого. Детские мёртвые лица давили своими мёртвыми глазами, а Шаринган не позволит мне никогда их забыть. Осталось понять, за что этот шиноби вырезал целый город, а потом покарать. Мстить мне не за кого, наивность давно пропала, как и чувство геройства, но ради собственного успокоения этот убийца должен умереть…

Целых десять минут мы шли по коридорам, которые не освещались, и спускались всё ниже и ниже. Понимая, к чему всё идёт, я вспоминал все техники запечатывания, которые знал. Драконьи жилы были страшной силой в умелых руках, но, если их запечатать, этот шиноби ничего не успеет сделать. Скорость — моя самая сильная сторона — была на высоте, а короткое усиление природной скорости печатью Скорости было козырной картой, которую противник не ожидал. Сколь бы ни были крепки шиноби, удар по голове или шее всегда работал.

Последние ступени были преодолены, и я очутился в огромном зале, где стены были покрыты печатями, и их уровень был довольно высок, но отдельные части уже сейчас мои глаза выцепили. Блокировка, укрытие и ограничение. Были видны варварские методы затирания печатей в виде того, что одна из стен была в трещинах. Вот так он и использует бесконечные запасы чакры и управляет столькими марионетками. Очевидно, но, увидев своими глазами, я стал больше понимать.

Деревянный стол стоял посреди помещения, а свечи, что стояли на нём, словно мы были на званом ужине, выглядели довольно странно. Балахон укрывал моего оппонента, но Шаринган не обманешь, и пол был ясно виден. Это был мужчина, довольно стар для этого времени — больше тридцати, точно. Значит, силён, раз смог выжить так долго. Лицо не было видно, капюшон скрывал большую часть, лишь подбородок, украшенный шрамами в форме «Х», был заметен.

Атаковать