- Иногда, говорят... - начал отец Лао
- Молчи! - мать Лао прервала мужа. - Это ведь не точно!
- Нет, пусть знает. Говорят, они иногда устраивают "игры кандидаток". Драки такие. Та, что останется жива - становится единственной кандидаткой в матери наследника. К этому ты тоже должна быть готова. Вдруг... они захотят и тебя кинуть в такое испытание.
- Я не боюсь драки, - ответила Ео. - Правда, драться я не люблю. Но я несколько лет занималась в секции Боевой Самообороны.
- Это - вообще прекрасно.
"Кажется, я видела эти "игры", - подумала Ео. - Там, в вестибюле элиты. На экране. Неужели это и вправду они, а не какое-то зверское развлечение? Но ведь это ужасно... и противно. Нет, наверно, это не они. Понятно, что от побеждённой после "игры" ничего не останется. А что же останется от победительницы? Немногим больше... Или им... этим петухам и попугаям, нужны именно те, от которых почти ничего не осталось..."
- Можно спросить? - Ео не могла кое-чего не выяснить.
- Да, конечно.
- Откуда вы знаете обо всех этих... вещах?
- Мы видим разных людей, - вздохнула мать Ео. - Тех, кто спешит наверх, и тех, кто падает сверху. Кроме того, подробности мы знаем от доктора, разжалованного из элиты к нам, в седьмую категорию. Он работал у нас.
- Работал, - кивнул отец Лао. - Полетел уже дальше вниз... Не смог удержаться и у нас. Глушил себя.
- Соком дерева Го?
- Да. Здесь многие... не выдерживают. Нашёл "черного", затоварился... и улетел в другие миры.
- В миры блаженства? - грустно улыбнулась Ео.
- В миры лживого блаженства, - серьёзно ответил отец Лао. - Знать бы об этом раньше!
- Да, нас не миновала чаша сия, - взяла его за руку мать Лао. - Нам пора уходить. А то контроль завтра не впустит нас на работу. Я иду первой, муж - за мной. А ты, девочка, медленно считаешь до ста, и только тогда выходишь. Чтобы мы уже успели уйти. Если за тобой прибегут снизу, скажешь, что у тебя что-то с животом. Регистраторша внизу брезгливая, проверять не станет. Выгонит тебя, и всё. Смотри...
Мать Лао вдруг близко подошла к Ео. Коротко и порывисто обняла её. Потом смахнула слезинку и выбежала из туалетной комнаты.
Отец Лао не стал обниматься. Он прошептал:
- Если вдруг... когда-нибудь... тебе удастся подняться в верхний мир... Если вдруг, тебе удастся снова увидеть Лао... Ну, вдруг... Передай ей, что родители помнят её... Да... передай, что родители сожалеют... и что... и что... любят...
Последнее слово тяжело далось отцу Лао. Он прошептал его еле слышно. Неслышно... Ео догадалась о том, что он произнёс, только по движению его губ.
- Прощай, девочка.
Дверь туалета хлопнула. Ео осталась одна.
Что упало, то пропало.
Что упало, то пропало.
Что упало...
ГЛАВА 23
Девушка-регистратор за волосы выволокла Ео из туалета "Дома больных ?7-8". У девушки-регистратора не было слов, чтоб выразить своё возмущение! Она вопила:
- Нет, вы посмотрите на неё, на эту грязную тварь! Она сидит в туалете для чистых людей! Да как... да как ты посмела!
Грубые ругательства так и сыпались на голову Ео. Она прикрывала голову от пинков, уворачивалась от ударов, но внутри оставалось такой спокойной, что даже ей самой это стало удивительным.
Вот как... Вот как бывает...
Наконец, двери "Дома больных ?7-8" захлопнулись за ней.
Потихоньку передвигаясь в свой квартал, Ео продолжала чувствовать то самое, удивительное, особенное спокойствие, которое овладевает человеком, когда он, после долгих мучений и сомнений, наконец, примет единственно правильное решение. Такое решение, от которого не колеблется совесть.
Между делом ей пришло в голову, что она совершенно уверена - все анализы, которые она сдала, будут без отклонений. Все обследования покажут положительный результат.
И вообще. Если ей уготовано родить ребёнка, этот ребёнок обязательно будет здоровым и полноценным, без каких-то изъянов.
Кроме того, Ео чувствовала, что, действительно, не боится никаких испытаний и драк, приготовленных ей на подступах к элите.
Не боится даже этой страшной, унизительной драки с рвущейся в элиту противницей. Не боится того, что на эту драку будут глазеть праздные зеваки. Не боится и грязных и громких выкриков.
Элитные бездельники, разодетые, как попугаи и петухи.
Как когда-то говорил тренер секции Боевой Самообороны: "Полученный в юности навык не покидает человека до старости".
Так, именно так. Побороться можно! И нужно!
А старость - ещё далеко.
Ео чувствовала, что могла бы это всё преодолеть. Если бы это - было ей нужно. Вот в чём дело.
Да, Ео обрела уверенность и не боялась. И от этого, с каждым шагом, чувствовала себя всё увереннее и увереннее. Ведь она уже приняла решение.
ГЛАВА 24
Дня через три, после окончания рабочего дня, когда Ео выходила из конторы, она увидела Даана. На противоположном конце улицы.
Даан сдержал своё слово. Нашёл её до того, как она отправилась в элиту. Он же оказался заинтересованным лицом!
- Привет! - подскочил он к Ео, когда та немного отошла от конторы и выпала из поля зрения камер контроля. - Ну, как? Ты все свои обследования прошла? Результаты есть?
"Надо же, какие вопросы! Про обследования спрашивает!" - подумала Ео.
- Ещё несколько дней, я думаю. Но если бы нашли что-то плохое - сразу бы сообщили. Так у них положено.
- Может, заглянем ко мне? - спросил Даан. - Я нашёл себе жильё. Неплохое. Там и поговорили бы...
- Ты думаешь, нам есть о чём говорить?
Даан забежал чуть вперёд Ео. Видимо, чтоб посмотреть ей в глаза.
- А ты думаешь, не о чем? Думаешь, если у тебя всё на мазИ, можно забыть старых друзей?
- Даан, ты пойми. Я не забываю друзей. Не забываю никого, и ничего, пойми...
- Тогда в чём же дело? Почему ты всё время пытаешься ускользнуть?
- Даан, я не имею ничего против тебя и не могу осуждать тебя. Но я не хочу воровать. Понимаешь, я - не хо-чу... Не бу-ду...
- Значит, чистенькой хочешь остаться?
- Почему - "хочешь остаться"? Разве я когда-то говорила, что хочу в грязь?
- А кто со мной на дело ходил? Смотри...
Что-то такое проскочило в словах Даана. Какие-то такие нотки, которых раньше не звучало.
- Ты мне угрожаешь, Даан?
- Ха! Я предупреждаю. Вот, например, ты не хочешь со мной работать. Так?
- Да.
- А в элиту - хочешь! Так?
- Предположим.
- А тут я, иду в контроль, и рассказываю, что очень, очень раскаиваюсь. Что такую-то квартирку я взял такого-то числа. А со мной ещё подельница была, такая-то и такая-то. Понятно? Кому хуже - мне, или подельнице?
Ео посмотрела на Даана. На его чубчик, на его раскосые глаза.
Ах, как жаль... Как жаль...
Был у неё, у Ео, знакомый в нижнем мире. Звали его - Даан. А теперь - нет у Ео такого знакомого.
Исчез. Испарился. Пропал. Сгинул.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
