Читаем без скачивания Браслет пророка - Гонсало Гинер

И чем это все закончится? А его любовь к Лючии – настоящая ли она, или навеяна ощущениями, которые они пережили в эти дни?

14

Третья комната

Церковь Подлинного Креста. Год 2002

– Передай мне медальон, Фернандо, и закончим с этим!

Фернандо вынул медальон из черной бархатной сумки и с крайней осторожностью передал Лючии. Перед этим он проделал то же самое с серьгами Девы Марии и с браслетом Моисея.

Лючия Херрера и Фернандо Луэнго лежали ничком в верхней комнате центральной часовни церкви Подлинного Креста. Они наконец, впервые за всю историю человечества, объединили символы трех священных союзов. Лючия положила их внутрь старинного сундучка, а сундучок, в свою очередь, поместила в самую тайную и самую значимую комнату в церкви, выполняя таким образом обещание, которое она дала Ракели, – исполнить все, что требовало пророчество Иеремии.

Лючия сделала то, что было предписано, и задвинула камень. Она притихла, глядя в пространство перед собой, потом глубоко вздохнула и стала размышлять о возможных последствиях того, что совершила. Почти не осознавая того, она снова почувствовала в себе огромную силу, которая на сей раз прижимала ее к полу и удерживала здесь, в этой комнатке.

– Лючия, как ты считаешь: то, что мы делаем, имеет какой-то смысл?

Они лежали на полу, и Фернандо тоже начал чувствовать странное давление на свое тело. Он не мог двинуть ни одним мускулом. Что-то словно прижимало его к Лючии, удерживая их вместе. И хотя им нужно было спуститься во вторую комнату, чтобы закончить церемонию, они решили, что сделают это позже.

– Фернандо, я думаю, мы только что дали толчок чему-то важному. Я интуитивно чувствую, что мы запустили некий механизм, и это будет иметь серьезные последствия. Это может показаться глупостью, но я начинаю чувствовать, будто попала в ловушку, и я не хочу из нее выбираться. Я не могу тебе сказать, что удерживает меня здесь, но мне кажется, что мы должны немедленно уйти отсюда. Я с беспокойством вспоминаю те ощущения, которые испытала, когда была в этой комнате в прошлый раз, и я не хочу, чтобы это повторилось. Разве ты не чувствуешь то же самое?

– Я думаю, что мы пробудили огромную силу, которая до этого спала. Если мы сделаем то, что велела Ракель, это положит начало четвертому союзу, и силы добра выступят против зла. – Он схватил ее за руку. – В пророчестве говорилось, что, когда соединятся три символа, появятся три знака, говорящие о том, что война началась.

– Три знака, – повторила Лючия. – Это солнце, которое должно перестать светить, и земля, которая задрожит на второй день. А на третий день появится человек без органов чувств. – Она попыталась приподняться, но безуспешно, у нее не было для этого сил. – Мы должны спуститься в нижнюю комнату и завершить ритуал, Фернандо! Мы должны прочитать молитву! Бумага, которую мне дала Ракель, внизу, в моей сумке. Не знаю, как ты, но я почти не могу двинуться. Я не знаю, что со мной происходит!

У Фернандо были те же ощущения. Что-то удерживало их в этой комнате, делало их неподвижными. Им казалось, что они могут навечно остаться в этих стенах.

– Лючия, мы должны немедленно уйти отсюда. Здесь что-то происходит, это оказывает слишком огромное влияние на нашу волю.

Они с трудом поднялись и спустились во вторую комнату. Лючия поискала у себя в сумке записку, которую ей дала Ракель, и прочла ее вслух:

– «О Яхве, ты, который являешься всем, ты пожелал заключить с человеком три великих союза: с Авраамом, с Моисеем и с Марией! Снизойди же сейчас, когда в святая святых объединились символы этих трех союзов, и озари начало нового союза, при котором наконец воцарится твой свет навсегда над этим миром теней и мрака. Пусть будут уничтожены все темные силы, идущие против твоей воли, и пусть восторжествуют на земле сыновья света навсегда и навечно!»

Лючия взволнованно обняла Фернандо. Она поняла, что только что исполнила свой долг избранной. Единственное, чего она опасалась, когда они были на горе Небо, и о чем она не рассказала Фернандо, чтобы не беспокоить его, был страх будущего. Именно этот страх она ощутила там. Она тогда не знала, что произойдет, но его руки защищали ее, обнимая, и это было то, чего она желала больше всего в жизни. Даже если бы она умерла в его объятиях в тот момент, она ушла бы, уверенная, что в этом мире не было ничего, что она желала бы больше.

По возвращении Фернандо из поездки Моника больше не захотела общаться с ним. Ей было больно видеть, что Фернандо и Лючию что-то крепко связывает. Моника в тот же день подала заявление об увольнении, чтобы уйти не только из ювелирного магазина, но и от него и попытаться как-то устроить свою жизнь.

Паула, похоже, смирилась с этим, хотя ей было жаль Монику, которую она считала хорошей парой для своего брата. Она так и не узнала о том, что они делали или видели в Святой земле, хотя Фернандо пообещал, что по возвращении расскажет ей об этом. Лючия позвонила дону Лоренцо, чтобы кое-что рассказать ему о последних событиях, хотя он по-прежнему не смог понять, что же на самом деле произошло, и это привело его в отчаяние.

Через два дня после событий в церкви Подлинного Креста Фернандо сидел, развалившись в удобном кресле в своей квартире и смотрел по телевизору вечерние новости. Как раз в этот момент рассказывали о последствиях сильнейшего землетрясения, которое произошло этим утром на юге Индии, после чего последовали толчки меньшей мощности почти на всей территории Азии.

«Вчера было полное затмение солнца, – думал он про себя, – которое было видно на Ближнем Востоке и в Центральной Азии. А сегодня это землетрясение. Это совпадает с признаками, описанными в пророчестве».

Он продолжал слушать диктора.

Лючия у себя дома в Сеговии тоже слушала новости, потрясенная последствиями землетрясения. Хотя она допоздна работала в архиве, у нее из головы не выходило сообщение о вчерашнем затмении. Когда она выключила телевизор и легла в постель, ей очень хотелось, чтобы Фернандо оказался рядом. Ей стало бы легче, если бы она могла поделиться с ним своими страхами. Она уверяла себя, что эти два события не имели ничего общего с пророчеством, ей не удалось себя убедить, и она начала опасаться, что это процесс с непредсказуемыми последствиями.

Через три дня после того как они были в церкви Подлинного Креста, Лючия, очень расстроенная, позвонила Фернандо.

– Ты смотришь телевизор? Только что сообщили новость, которая, мне кажется, совпадает с третьим знаком пророчества! Сообщили, что в Корунье утром десятого ноября в результате искусственного осеменения родился ребенок, слепой, глухой и, предположительно, немой. Его родители обвиняют врачей, следивших за родами, во врачебной халатности. А я думаю, что это сбывается пророчество, Фернандо. Я очень напугана. Вчера было землетрясение, а позавчера затмение солнца.

– Я сегодня же вечером приеду к тебе! Нам нужно быть вместе. Впрочем, возможно, это лишь печальное совпадение. Очевидно, мы видим то, что хотим увидеть. Мы должны сохранять спокойствие. Если мы действительно что-то запустили, мы уже не сможем это остановить.

В ту ночь они снова наслаждались любовью, их чела соединились в едином порыве страсти. Кроме желания их толкало друг к другу понимание того, что они были единым целым. Их интимный союз лишь укреплял чувство, которое они испытали на горе Небо. Там они ясно поняли, что уже не могут жить друг без друга.

На следующий день красивая женщина, одна из заключенных тюрьмы Алкаладе Хенлрес, испытывая, как и остальные, сжимающий сердце ужас, смотрела кадры разрушительного пожара, который опустошил большую часть Иорданской долины. Специальный корреспондент сообщал, что днем со спутников был замечен большой столб дыма над Израилем, а ночью сильные вспышки пламени освещали небо и были видны по всей стране.

Не обращая внимания на реакцию остальных заключенных, женщина вскинула руки вверх и крикнула, сначала на иврите, потом на испанском языке:

– Пророчество исполнилось! Установлен новый союз! – Она скрестила руки на груди и стала на колени, изумляя своим поведением присутствующих. – Вот и началась война сыновей света против сыновей мрака! Покайтесь, потому что настал час суда!

В последующие недели газеты и телевизионные капаны всего мира с нарастающим беспокойством передавали сообщения о существенных климатических изменениях, которые происходили практически по всей планете. Температура в конце октября невероятно поднялась, например в Москве и в Торонто средняя дневная температура равнялась сорока пяти градусам по Цельсию и более. Ученые были обеспокоены сильным увеличением озоновой дыры над Антарктидой и над Северным Полюсом, которое таинственным образом произошло за несколько дней. Льды обоих полюсов земли таяли с неслыханной скоростью, и это приводило к повышению уровня моря во многих прибрежных зонах, вызывая сильные наводнения на побережьях южного полушария.