Вспоминая подобные приколы, понятные только жителю моего мира, я оделась и уже почти досушила волосы, как в дверь стали лупить, как будто приехала бригада ОМОНа.
- Марта, ты что, уснула там, что ли? - Михель ворвался, словно за ним гнался пресловутый ОМОН. - А я думал, что ты еще в бадье сидишь, - разочарованно протянул он, оглядев меня. - Клотильда! - заорал он в открытую дверь. - Где эти бездельники? Пусть грязную воду выльют и чистую принесут!
- Сию минуту пришлю их, герр Рихтер! - голос поварихи удалился и действительно через минуту причались два здоровых мужика, перевернули лохань набок и под ноги потекло все ее содержимое, журча и крутясь мелкими волнами. Постепенно вода утекала в угол, оставляя мокрым каменный пол. Я слезла с лавки, где сидела, поджав ноги, а Михель и вовсе по-турецки.
- Вода чистая совсем, чего ее выливать-то, - проворчал один, плюхая в лохань ведро кипятка.
- Молчать! - рявкнул Рихтер, - делай, что тебе велено, а то самого тут мыться заставлю!
Попутно он уже начал раздеваться и пока я шла к дверям, он уже прыгнул в лохань, застонав от наслаждения.
- Ты к себе? Тогда свечу возьми в трапезной, а то в коридорах темно, - напутствовал он из воды. - Розовое я принесу сам. Может, останешься, спинку потрешь?
- Что...потереть? - я задержалась в дверях, думая, что ослышалась.
- Да ладно, иди, - раздался всплеск сзади.
Навстречу мне попалась девица Амалия, которая недавно дюже интересовалась подробностями поиска кольца. С крайне озабоченным видом она протопала в сторону кухни, подбирая юбки на ходу. Завернув за угол, я опять расслышала быстрые шаги в коридоре, но возвращаться и подсматривать, кто куда так спешит, сочла ниже своего достоинства.
Михель пришел с бутылкой розового подмышкой, успев переодеться во все чистое. Дезодорантов тут отродясь не водилось, но само по себе отсутствие дорожных запахов уже было шагом вперед. Сел, тряхнул головой и поставил на стол фугас запыленного толстого стекла с выковырянной пробкой.
- Давай выпьем за успех, - он поднял мутный стакан на уровень глаз и довольно прищурился. - Это действительно удача, Марта, что мы его нашли.
- Я рада за нас всех, а за тебя в особенности, - халявное вино пилось с двойным удовольствием. - Герцог не предъявит тебе счет за него?
- За вино? - усмешка была почти незаметной, - вряд ли. Я его уже отработал и не раз.
- Повезешь кольцо ему сам?
- Конечно, это целиком моя заслуга. Вольф и его уголовнички мутили воду и делали вид, что ни про какое кольцо и не слышали, а прямых доказательств у меня не было. Даже если трое не в курсе, то один точно знает, что украл его.
- Хочешь выяснить, кто это сделал?
- Мне на это наплевать. Пусть сам Теодор принимает решение, что с ними делать. Пытать их я не хочу, потому что виноват только один, а остальные брали только деньги. Что толку, что они будут орать на дыбе или на решетке, когда ничего не знают? Да и противно мне это. Бить связанного - что может быть подлее? Но я решил эту задачу вместе с Конрадом, почитав их показания и поговорив с фон Дитцем. Тот, кстати, тоже не был уверен, что кольцо украли именно они, но упорно пер за ними следом. Мне он сказал лишь то, что оно лежало рядом с золотом и пропало. По логике вещей его мог взять кто угодно, да хоть он сам, если зашел в комнату полковника сразу после их ухода. Другое дело, что девать это кольцо ему было совершенно некуда, его описание известно каждому меняле и под страхом смерти запрещено брать его даже в руки. Вот оно и нашлось...
- Не боялся держать его? - съехидничала я, - под страхом смерти все-таки...
- Мне еще везти его в Эрсен, - откликнулся Михель.
- Один поедешь?
- Нет, головой рисковать не хочу. Возьму пяток солдат с собой, этого хватит. До Эрсена два дня пути, завтра утром выедем, послезавтра к вечеру уже у Теодора. Утром обратно, если только он не захочет, чтобы я сопровождал его в Айзенштадт. Тогда визит затянется на пару недель. Дорога, плюс тамошние приемы-разборки, то и выйдет. У вашего герцога я не был, говорят, двор у него приличный, есть на что посмотреть.
- На что? И почему приличный? У других что, бордель сплошной, что ли?
- Приличный потому что большой, народу много у него трется самого разного. Можно пошататься, послушать о чем болтают на приемах и ужинах, заодно кое с кем повидаться. -Михель повернулся, пододвинув к себе подсвечник, и при этом распахнулся ворот его рубашки. - Марта, свечи есть запасные? От этой уже только огарок остался.
- Сейчас дам, я их на каминную полку бросила, как у Зайделя выудила. - В прыгающем свете комната стала напоминать пещеру, не хватало только Людоеда или другого аналогичного персонажа. - На, меняй, до электричества тут еще и палкой не докинуть!
Мужчина запалил фитиль и в ярком свете я увидела на его шее красный след. М-да, не зря с таким деловым видом спешила девица в ту сторону, где была мыльная... Поймав мой взгляд, Рихтер криво усмехнулся, но воротник запахнул и разлил еще вина по стаканам.
- Прозит!
- Прозит.
Я медленно цедила вино, делая вид, что меня нисколько не шокировал этот след и вообще мне все безразлично.
- О чем ты собираешься докладывать герцогу? - равнодушный тон вопроса успокоил его.
- Тебе это интересно?
- Да, мне бы хотелось знать, что сулит эта находка лично тебе, Штальзее и герцогству в целом.
- Для Штальзее это не сулит ничего, - Михель внимательно посмотрел, но я сидела с самой деревянной на свете мордой и отражала эмоций не больше, чем табуретка. - Мне, возможно, он предложит присутствовать на переговорах в Айзенштадте и самом Эрсене, или сдвинет кого-нибудь из старых маразматиков, чтобы освободить место для меня. Эрсен столица, а Штальзее только пограничная крепость.
- И будет прав, - вино закончилось слишком быстро и я налила себе еще. - С твоими талантами тебе пора перебираться в столицу. Расскажи об основных направлениях политики его светлости. Прозит!
Рано утром Рихтер уехал в Эрсен, а я вышла на задний двор, поставила поудобней щит и принялась отрабатывать мишени. Раз-два-три, завернули ручку до упора, четыре-пять, вложили болт в паз, шесть - прицелились, семь - дернули за рычаг. На все уходит секунд пятнадцать, главное - заняться делом и не думать о том, что было вчера. Как не думать о том, что было позавчера, а также три, четыре, пять дней назад. Все было, как всегда - я слушала, он говорил, только перед глазами маячил красный след у основания шеи и дробный перестук каблучков девицы Амалии с пухлой рожицей и глупыми глазками-пуговками. Я со злости саданула изо всей силы по деревянному щиту и даже не поняла, почему это разлохмаченная древесина вдруг стала красной. Боль пришла позже, когда костяшки засаднило, а из-под кольца с фианитом стал расползаться темный синяк и закапала кровь. Было безумно больно и обидно, но об этом тоже нельзя было говорить никому. Достаточно того, что во время поездки к башне Кронберга он вообще не обращал на меня никакого внимания и если бы не Конрад, я бы вообще спала на голой земле. "Принц плюнул в меня два раза! - Так и запишем, два знака внимания..." На левой руке блестело обручальное кольцо Фрица - я вновь стала их носить, когда поселилась в Штальзее. Здесь я не служанка, мне можно. Что еще мне здесь можно? Несмотря на выпитое вчера, я почти не захмелела и прекрасно помнила весь разговор. Политика Эрсена, устремления самого герцога Теодора, налаживание торговых связей и поблажек со стороны Айзенштадта, продажа серебра по льготным ценам прямо с Зильдерберга - много интересов, на которых можно хорошо сыграть, получив свою долю почестей и денег. И еше намечающийся перевод в столицу герцогства, где быстрее пойдет карьера. Я здесь не у дел, просто какая-то Марта Хайгель, которую разыскивали в Айзенштадте, она же Марита Круглова, пытающаяся выжить в этом мире, и которая никому здесь не нужна. Гунтер не в счет, у него пройдет и он еще не раз усмехнется юношеским воспоминаниям. Где мои болты, черт подери?
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
