– Нет.
– Почему ты не разозлился на меня?
– Я понял, что ты заботишься обо мне.
– Как мило с твоей стороны.
Колин рассмеялся. Алесандра улыбнулась. Фланнеган бегом влетел в кабинет и протянул Кейну стакан воды. Дворецкий тоже не отрывал глаз от Алесандры. Увидев его перепуганное лицо, она тихонько прошептала:
– Он не сердится.
Понимая, что он здесь липший, Кейн объявил о своем уходе. Колин не отвел взгляда от жены, прощаясь с братом.
– Алесандра, не уходи. Фланнеган, проводи Кейна, – отрывисто произнес Колин.
– Как пожелаешь, муж мой.
– Боже, как мне нравится видеть тебя такой смиренной!
– Почему?
– Это чертовски редко случается.
Алесандра опустила глаза. Колин снова рассмеялся.
– А нет ли еще чего-то, что ты хотела бы мне сказать? – спросил он, когда они остались наедине.
Плечи у нее опустились. До чего же хитер этот мужчина!
– Ну да ладно, – пробормотала она. – Я обращалась к сэру Уинтерсу за советом относительно твоей ноги. Естественно, мы беседовали наедине. Колин приподнял бровь:
– За каким еще советом?
– Как облегчить боль. Я внимательно его выслушала и аккуратно записала все его советы. Хочешь, чтобы я нашла для тебя этот список?
– Не сейчас, – ответил он. – А теперь ты больше ничего не хочешь мне рассказать?
Удивительно, сколько нового узнал Колин, задавая всего лишь один вопрос. Молодой супруг отметил для себя, что следует приберечь его на будущее, если ему понадобится узнать о ее планах.
Алесандра медлила с ответом.
– Нельзя ли задать вопрос поточнее? – поинтересовалась она.
Ее вопрос навел Колина на мысль, что она еще не исчерпала все свои секреты.
– Нельзя, – ответил он. – Я знаю, о чем спрашиваю. Выкладывай.
Алесандра пропустила пальцы сквозь свои волосы и подошла к его столу..
– Это Дрейсон сказал тебе, верно?
Колин покачал головой.
– Тогда откуда же ты узнал?
– Я тебе объясню после того, как ты мне все расскажешь, – пообещал он.
– Тебе ведь и так все известно, – возразила Алесандра. – Вероятно, ты хочешь, чтобы я почувствовала свою вину? Ничего не выйдет! Я на самом деле не отменила заказ на паровое судно, а теперь слишком поздно вмешиваться. Кроме того, ты сказал мне, что со своим наследством я могу делать все, что хочу, вот я и заказала пароход для себя. Да, я это сделала! Мне всегда хотелось иметь свой корабль. Однако если вы с Натаном захотите пользоваться время от времени моим судном, буду рада одолжить его вам.
– Я же велел Дрейсону отменить заказ, – напомнил ей Колин.
– Я сказала ему, что дядюшка Альберт решил не отказываться от корабля в последний момент.
– Что еще, черт побери, ты от меня скрываешь?
– А ты не знаешь?
– Алесандра…
– Не испытывай мое терпение, Колин. Ты так до сих пор и не понял, что делаешь мне больно? – заявила она. – Можешь себе представить, что я чувствовала, услышав о вашем с Натаном намерении использовать наследство Сары в интересах компании? А от моего наследства ты отказался!
Колин посадил ее к себе на колени. Алесандра обняла его за шею и улыбнулась.
Колин сумрачно смотрел на жену.
– По высочайшему повелению были выделены средства для Натана и Сары.
– По велению моего отца были выделены средства для меня и моего супруга.
«Тут-то ты попала в цель», – подумал Колин. Алесандра в этом не сомневалась.
– Твой отец удивляется, почему ему до сих пор приходится заботиться о моем наследстве, Колин. Ты должен взять эту задачу на себя. Я тебе помогу.
Его улыбка была полна нежности.
– А может быть, лучше я помогу тебе справиться с этой задачей?
– Вот и чудесно. Алесандра прильнула к мужу.
– Я люблю тебя, Колин.
– Я тоже люблю тебя. Сердце мое, а больше ничего ты не хочешь мне рассказать?
Алесандра ему не ответила. Колин сунул руку в карман и вытащил оттуда список.
Она не отодвигалась от него.
Колин развернул листок бумаги.
– Я хочу, чтобы у тебя была возможность рассказывать мне все, – объяснил он. – Начиная с этого момента и дальше.
Алесандра попыталась отстраниться, но Колин обнял ее крепче.
– Я не противился разговорам о моей ноге, не так ли?
– Да..
– Прости меня, сердце мое. А теперь сиди тихо, пока я буду отвечать на твои вопросы, ладно?
– Но я ни о чем не спрашивала?
– Ш-ш-ш-ш, любовь моя, – остановил он жену. Колин прижал ее теснее одной рукой, держа в другой злополучный листок.
Пробежав глазами первый пункт, он произнес:
– Я ведь выслушал твое мнение насчет Виктории, не так ли?
– Да, но почему…
Колин снова не дал ей договорить.
– Потерпи, – скомандовал он. Он прочел следующий пункт.
– Я обещаю тебе изменить свое отношение к твоему наследству. – В скобках Алесандра написала слово «упрямый». Колин вздохнул:
– И я не буду упрямым как осел.
Третий пункт заставил его улыбнуться. Алесандра предлагала ему не ждать пять лет, а полюбить ее немедленно.
Поскольку Колин уже выполнил, этот пункт, то перешел к следующему. Ему надлежало испытать счастье от того, что он собирается стать отцом; далее ему не полагалось сердиться на жену за вмешательство в его планы. И наконец: «Могут ли беременные жены стать монахинями?» Колин решил ответить сначала на последний вопрос.
– Алесандра?
– Да, дорогой!
Колин поцеловал ее в макушку.
– Нет, – прошептал он.
Короткий смешок смутил ее. И его отрицательный ответ тоже.
– Что «нет», муженек?
– Беременные жены не могут постригаться в монахини.
Алесандра спрыгнула бы с его колен, если бы, конечно, могла. Колин крепко прижимал ее к себе, пока она наконец не успокоилась.
Алесандра, запинаясь, бессвязно заговорила:
– Ты знал… все это время… О Господи, этот список! Он у тебя в руках. Так вот почему ты сказал, что меня любишь!
Колин приподнял ее подбородок и крепко поцеловал.
– Я понял, что люблю тебя, и без твоего списка, – сказал он жене. – Тебе нужно доверять мне, Алесандра. И открыть все, что у тебя на сердце.
– Но…
Колин закрыл ее рот поцелуем. Когда он чуть отодвинулся, то увидел слезы у нее на глазах.
– Итак, я задаю тебе один-единственный вопрос, – сказал он. – Ты ничего больше не хочешь мне сказать?
Алесандра медленно кивнула. Ее муж выглядел до самоуверенности довольным. Боже правый, как она его любит! И в глазах Колина она увидела то же самое чувство.
Да, конечно, он был счастлив узнать о ребенке. Она нисколько не волновалась на этот счет. Его рука опустилась ей па живот и ласково его поглаживала. Она понимала, что он делает это машинально. Но уже по одному этому жесту Алесандра могла судить об отношении Колина к будущему младенцу.
