проделывали со мной. Давлю его силу, буквально втрамбовываю ее обратно в его тело, не давая ей выйти вовне даже на волос.
Ко мне возвращается зрение, я вижу его перед собой – молодой еще парень, у которого над верхней губой только-только наметился пушок. Тут же закрываю глаза - с новообретенной способностью они будут только мешать. Снова иду в атаку и уже праздную победу, когда сзади ощущаю еще одного Хаула. Успеваю уклониться от удара, а потом ухожу в глухую защиту. Блокирую удары и всплески тьмы сразу с обеих сторон и начинаю ошибаться – с появлением второго противника стало сложно концентрироваться на сдерживании.
Отступаю, уклоняюсь, парирую. Два одержимых это чересчур много для меня одного без оружия, уставшего, избитого и обессиленного. Здесь и сейчас я жду, когда хотя бы один из них ошибется, чтобы перейти в атаку. Но они все никак не ошибаются.
В какой-то момент я понимаю, что моя сфера тьмы начинает стремительно уменьшаться. Вернее, мне сознательно приходиться уменьшать ее, дабы продолжать ощущать окружающий мир внутри нее. Голова начинает раскалываться от количества информации, что поступает в нее. Усилием воли пытаюсь отрешиться от боли сконцентрироваться и увеличить сферу обратно, но получаю от второго удар такой силы, что снова, в который уже раз за день, качусь кубарем по земле. Левая рука взрывается болью и повисает плетью – кажется перелом. Сфера тьмы резко сужается до бесполезного полуметра, в результате чего я просто втягиваю ее остатки и открываю глаза.
Вижу перед собой второго одержимого, вернее – служителя церкви Свободных Королевств. Его выдает характерная метка на лбу. Удивляться уже нет сил, просто добавляю этот вопрос в копилку незаданных. Бросаю взгляд на собратьев и понимаю, что чуть было не опоздал.
Становлюсь в стойку и поднимаю вверх правую руку – левая так и висит, а любая попытка пошевелить ей вызывает адскую боль.
Меня спас Гозард, который видимо потерял сознание в самом начале схватки от удара воплощенного, а сейчас очнулся и мгновенно оценив ситуацию атаковал моих противников со спины.
И даже так, шансов на победу практически не прибавилось. С одной рукой я практически не соперник даже Хаулу Печали. Про служителя я вообще молчу. Он на моих глазах играючи отводит мощные удары клевца Гозарда голыми руками, а потом выдает ему такую ответку, что того просто откидывает на два метра вихрем из лезвий.
– Гозард, не лезь! – Кричу, что есть сил, – нам не победить. Сваливай, пока можешь. Я их задержу.
– Не победить? – Рычит Гозард, обходя противников полукругом и подходя ближе ко мне лезет в поясное отделение и достает темный флакон. Еще миг и он, зубами вытянув пробку что-то вливает в себя.
– Что это? – спрашиваю, едва он оказывается рядом.
– Темный берсерк, – отвечает явно нехотя.
– Ты идиот? – шиплю в ответ, – вам «белоручкам» мозги промывают?
– Лучше так, чем сдохнуть тут вдвоем, – он морщится словно от боли.
– Ты лишишься врат и больше не будешь Хаул’дир! Проклятье, ты же умрешь!
– Лучше так, – упрямо повторил Гозард, на лице и могучих руках которого уже вздувались темные вены. Сам он, будто чуть вырос в объеме, его зубы заострились, а клыки так и вовсе увеличились, теперь выглядывая из-под верхней губы. Последними изменились глаза. Белки Гозарда заволокло тьмой, а потом он и вовсе вспыхнул ей – то пыль из норзалита, что входила в состав эликсира, наконец то добралась до его врат.
– Вот теперь повеселимся, – издал он полурык-полурев и ринулся в атаку замахиваясь кулаком.
Мужик с меткой служителя времени не терял, поэтому уже окутался энергией тьмы по самое не балу. Явно усилив себя до предела, он просто и незатейливо выставил свой кулак навстречу Гозарду.
Бам. Хрясь. Это с громким стуком столкнулись их кулаки, а следом послышался хруст костей.
Служитель королевств отпрянул назад, пытаясь перегруппироваться, а его лицо исказила гримаса боли. Но Гозард не стал давать ему ни пол-шанса. Мгновение и собрат взрывается серией мощных ударов, первые из которых, противник просто пропустил. Пошатнувшись от пропущенного апперкота в челюсть, он отпрыгнул назад. В прыжке исторгнул из себя плотные жгуты тьмы, что обвили его тело и пострадавшую руку, зафиксировав ее на манер эластичного бинта. Кажется, до меня вновь донесся хруст, а лицо служителя исказила очередная гримаса боли.
Приземлившись на ноги, он ринулся вперед и взорвался серией ударов. Гозард же явно решил полностью оправдать название выпитого им эликсира. Не заморачиваясь с тем, чтобы ставить блоки на прилетающие удары, собрат по ордену просто начал бить противника в ответ. То же самое делал и служитель. Хаул печали попытался было атаковать Гозарда сбоку, но словил прямой джеб в лицо и упал на землю с проломленным черепом, щедро истекая энергией. А спустя три минуты все закончилось и для служителя королевств. Он попался в выставленную ловушку и Гозард с громким хрустом сломал ему вторую руку. Его крик прервался, как только Гозард ударом кулака пробил его грудную клетку.
Секунду постояв, он обернулся ко мне, впился в меня своим черным, безумным взглядом, а затем наклонился к упавшему одержимому, что продолжал истекать энергией и положил руку ему на лоб. До меня, словно сквозь толщу воды, донесся далекий душераздирающий крик сгорающего демона. Завершив поглощение, Гозард уставился на свои поднятые руки.
Даже когда я доковылял к нему он все так и продолжал стоять, бездумно пялясь на свои окровавленные ладони. Абсолютно не зная, что сказать, я поднял было руку чтобы дотронуться до него, но тут же опустил.
Мое движение привлекло его взгляд, и он повернулся ко мне. Его глаза уже приобрели нормальный цвет, а черные вены
