тоже никак рационально объяснить не могла. Один из них связан с ее матерью, которая была больна и жила в другом месте. Однажды во сне к ней пришел почтальон, который принес телеграмму: «Ваша мама умерла, приезжайте хоронить». Во сне Бехтерева приезжает в село, видит множество людей, деревенское кладбище, а в голове почему-то жужжит забытое слово – «сельсовет». После этого Наталья Петровна проснулась с сильной головной болью. Заплакала, стала говорить родным, что надо срочно ехать к маме, она умирает и т. п. «Вы же ученый, ну как можно верить снам!» – возражают те. Дала себя уговорить и уехала на дачу. Вскоре получила телеграмму. В ней… все как во сне! А сельсовет понадобился потом для получения справки. На вопрос о справке о смерти соседи в селе отвечали: «А зачем тебе? Мать справкой не вернешь. Ну а если нужно – иди в сельсовет, там дадут…»
В другом сне увидела мужа. «Ну как же ты пришел? Ты же умер?» – «Да, умер, очень надо было – отпустили…»
«Кротовые норы» академика Сахарова
Надо признать, что Бехтерева говорила и писала обо всех невероятных вещах, которые произошли с ней, очень осторожно. Явно опасаясь, что коллеги могут поднять на смех, обвиняя в «ненаучном» подходе. Неохотно произносила такие слова, как «душа». А загробный мир именовала «Зазеркальем». Однако и некоторые другие самые крупные ученые тоже были уверены, что то, что мы считаем чудом, вполне возможно.
Еще десятка три лет назад знаменитый академик Андрей Сахаров писал: «Мы сейчас рассматриваем такую фантастическую возможность, что области, отделенные друг от друга миллиардами световых лет, имеют одновременно связь между собой при помощи дополнительных параллельных ходов, называемых часто «кротовыми норами», то есть мы не исключаем, что возможно чудо – переход из одной области пространства в другую, почти мгновенный, за короткое время, причем в этом новом месте мы появимся совершенно неожиданно или, наоборот, кто-то появится рядом с нами неожиданно».
Другими словами, то, о чем писала Бехтерева, некоторые ее коллеги-физики считают со строго научной точки зрения вполне допустимым. А раз так, то совершенно не важно, как это назвать: «загробный мир» или «Зазеркалье». Если высшие авторитеты в науке не сомневаются и даже сами сталкивались с такими явлениями в своей жизни…
Бехтереву интересовало многое. «Я много думала о том, – говорила она, – как можно объяснить гениальность. Как происходит творческое озарение, сам процесс творчества. В повести Стейнбека «Жемчужина» ловцы жемчуга говорят, что для того, чтобы найти крупный жемчуг нужно особое состояние души, некое озарение. Но откуда оно? На этот счет имеются две гипотезы. Первая состоит в том, что в момент озарения мозг работает, как своего рода приемник. Другими словами, информация вдруг поступает извне, из космоса или из четвертого измерения. Однако доказать это пока нельзя. С другой стороны, можно сказать, что мозг сам создает идеальные условия для творчества, «озаряется».
Думаю, что речь идет об особой биохимии мозга, которая и объясняет гениальность. В свое время оживленно обсуждалась идея о создании института для изучения особо одаренных людей. Но никаких отличий гения от обычного человека не нашли. Наверное, объяснение причин гениальности будет найдено в области генетики.
Тот мир есть!
Бехтерева долго не хотела предавать огласке все, что с ней произошло, опасаясь насмешек ученых коллег и обвинений в шарлатанстве. Свои воспоминания Бехтерева опубликовала лишь незадолго до смерти. Она пришла к невероятному для ученого выводу: будущее существует уже сегодня, и мы можем его увидеть. По ее мнению, человек входит в контакт с высшим разумом или с Богом и получает нужную информацию, только дано это не всем. Только немногим, как ей самой, удается заглянуть в «Зазеркалье». При этом она была уверена, что за такие знания можно жестоко поплатиться. В другие времена, говорит она, «меня бы сожгли как ведьму… Например, я могу ответить человеку на его мысль. Очень редко. Но делать этого все равно нельзя. А в Средневековье меня за это точно бы укокошили!»
Сама Наталья Петровна умерла в 2008 году. Всю свою жизнь она посвятила изучению тайн человеческого мозга. И пришла к выводу, что мозг – величайшая загадка мироздания, которую вряд ли кому удастся разгадать. Когда ей задавали вопрос, есть ли все-таки потусторонний мир или нет, то она отвечала, что не знает, но много фактов говорят, что тот мир есть.
Воскресший из мертвых
На войне, на которую Федор Абрамов пошел добровольцем, записавшись в народное ополчение, с ним произошло чудо – он воскрес из мертвых. Воевал Абрамов под Ленинградом. Его взвод послали разрезать проволочное заграждение перед грядущей атакой. Делать это пришлось под ураганным огнем гитлеровцев. Федор Александрович был тяжело ранен в обе ноги и почти всю ночь пролежал без сознания. Когда трупы убитых бойцов собирала похоронная команда, его тоже сочли мертвым. Но тут один из смертельно усталых санитаров споткнулся, и вода из его котелка выплеснулась на лицо Абрамова – «убитый» вдруг застонал. Вместо братской могилы его отправили в госпиталь, вылечили.
Сам Федор Александрович считал, что так он родился во второй раз. Для какой цели? Он был верующим, из семьи старообрядцев, и считал, что это Бог помог. В окопах не было атеистов. Перед атакой крестились и бормотали молитвы даже комиссары. А ему жизнь, наверное, была ниспослана для того, чтобы он смог написать свои книги, которые и сегодня живут с нами. Как писатель, которого сегодня считают классиком современной русской литературы, Федор Абрамов прославился своей бескомпромиссной, яростной борьбой за правду жизни.
Родился будущий писатель в деревне Веркола Архангельской области в бедной крестьянской семье, был младшим из пяти детей. Кругом были только бескрайний лес, да болота. Только в 18 лет Федор впервые увидел город, железную дорогу, трамвай и театр. Когда мальчику было всего два года, умер отец-кормилец. Семья превратилась в «ребячью коммуну». Работать вместе с матерью пришлось всем, а место отца занял старший сын Михаил, «отец-брат», как вспоминал потом Федор. Сестра Мария по утрам, до школы, должна была прясть, а в школу часто носила, кроме учебников и тетрадей, таз с бельем – прополоскать на переменке. А Федя косить научился в шесть лет.
Когда Федору исполнилось 10 лет, семье из бедняков удалось выбраться в середняки: две лошади, две коровы, бык и полтора десятка овец. Однако это потом сыграла плохую роль в его жизни. После окончания четырех классов Федора, первого ученика, в семилетку поначалу не приняли:
