будь в те дни во дворце — что-то да увидел бы, почувствовал, смог вмешаться раньше.
Бастиан потёр ладони между собой, и в воздухе заклубился белый дымок; он с мягкой улыбкой направил его в сторону Элге, окутал словно шалью. Стало ощутимо теплее; девушка, смутившись, поблагодарила.
— Пока герцогиня добралась до Гарта, пока первые поиски принесли результат — более двух суток прошло. Из надёжных людей рядом в тот момент был один отставной военный, господин Саутер, Энор, боевой маг. Дарриел прихватил его с собой и рванул в замок.
— Господин Саутер..? — нахмурилась Элге.
— Дед моего начальника дворцовой охраны, — невольно улыбнулся король. — Замок оказался почти пуст, самый минимум слуг, никто ничего не знал… Виржела с братом нашли в башне, расположенной отдельно от замковых стен. Мальчишек разделили и… в общем, башня оказалась замурованной и обвешанной охранными заклинаниями.
Элге непроизвольно прижала ладонь ко рту. Король вздохнул, тряхнул головой.
— Заклинания Дар распутал и снял, часть башенной стены они с Энором… повредили. Вытащили, успели, голодных, обезвоженных и ослабленных. Убежище для мальчишек, временное, но проверенное, надёжное, успели подготовить, и брат открыл портал прямиком туда, переправил их вместе с Саутером. А сам не успел. Успел только подчистить следы, чтобы не удалось отследить путь перемещения.
— Бастиан, вы не…
Король жестом остановил её.
— Появился наш младший, вместе с двумя десятками стражников… Гарту сбежать не удалось. Ту схватку он проиграл, — глухо проговорил Бастиан. — И оказался пленником в подземельях замка, принадлежавшего его же семье.
«Сто лет, — поспешно напомнила себе девушка. — Это было сто лет назад, это уже закончилось».
— Ар… — девушка облизала пересохшие губы. — Дарриел говорил, что вы там были, в момент жертвоприношения. Это ведь тот же замок?
— Он самый. Я был, да. Вернулся в столицу, Вел рассекает по дворцу, сияя как медный чайник, довольный-предовольный, Тадхен показывается урывками. А Гарта нет, и никто не знает, где он. Саутер оставался с близнецами, ему было велено охранять их, но отсутствие Гарта и отсутствие писем от него сильно беспокоило. Но всё же он решился послать мне весточку. Вот так я и узнал, что происходит. Хорошо, что предателю из той маленькой команды не было известно о тайном убежище, где спрятали мальчишек… Предатель тот, к слову, после недолго жил, всех обещанных денег не успел получить, задаток только.
Я взял несколько стражников и переместился в наш замок, темно уже было: осень, сумерки приходили рано. В окнах не горел свет: оказалось, что отец отпустил всю и без того немногочисленную прислугу. Мы начали осматривать замок, дошли до подземелий. А там жертвенная плита, мой брат на ней, а над ним его величество собственной персоной читает что-то не своим голосом, и от сконцентрированной в воздухе магии дышать нечем: меч можно было воткнуть, и он бы остался в таком положении. А потом из стены вылезло…нечто.
Монарх не удержался, передёрнул плечами.
«Скио», — вспомнила девушка. В тот раз было явление Скио.
— Вы помогли Дарриелу освободиться.
— Наверное, — рассеянно отозвался Бастиан. — Там такая бойня началась, что я последовательность действий плохо помню. Но реакцию отца, осознавшего, что старший сын не скован более клятвой верности, запомнил надолго. Они бились, Тадхен орал, сыпал проклятиями, я, кажется, пытался сладить с аргутом, этим живым ужасом…Элге, как вы это выдержали?
Она моргнула, зябко повела плечами.
— Возможно, аргуты разные, — неуверенно предположила она. — С Леи можно было договариваться.
Но, к сожалению, не обо всём: пять суток прошло с момента её похода в Пропасть, а увечье так и осталось с магом. И о продлении срока его жизни ничего не известно.
— Младший принц тоже был там? — уточнила-напомнила девушка.
— Да, хотя отец велел ему оставаться во дворце и, когда я убегал на выручку Дару, Вел во дворце и оставался. Вероятно, что-то понял и рванул меня останавливать. А вышло как вышло. Дар дрался с отцом, я пытался сдержать Веллиана, раздосадованный аргут стремился получить как можно больше жертв…там ведь не только мы четверо были, но и моя стража, и люди со стороны Тадхена и Лиана. В какой-то момент эта болотная субстанция схватила Лиана… Из всех нас его отец, пожалуй, любил. Жуткая смерть.
В какой-то момент щупальце из тумана сцапало меня, и отбиваться от этого… Я не помню. Когда очнулся, вокруг ночь, часть замка разрушена, всё в огне, обгоревшие тела. Не обгоревшие то есть, у этих порождений есть такая жидкость…
— Я видела, — сказала Элге тихо.
Бастиан помолчал, подбирая слова.
— Мне удалось узнать только… то, что осталось от младшего брата и отца. Дарриел… Я нашёл его родовой перстень, он всегда носил его при себе. Его не отняли, когда брата схватили люди Вела. И камень в перстне мёртвый. Я не верил, долго не верил, раз за разом вызывал поисковые заклинания, но они не откликались. Было пусто, как будто Дара нет в мире живых. На Шелтар никто не подумал — его территория начиналась в нескольких рье от замка, далеко всё же, чтобы…
— Бастиан, вы сделали всё, что могли, — негромко, но твёрдо проговорила девушка.
— А Дар шестьдесят с лишним лет считал, что мне было удобно забыть о его существовании. К помощи некромантов я тоже прибегал, и они не находили, не могли призвать душу брата. Ни живой, ни мёртвый. А его тогда магия Пропасти оплела всего, что сбивало поиски и не давало понять, что с ним. По всем признакам — не жив. Ужасно. А сорок с небольшим лет назад я охотился в этих краях. И буквально один на один столкнулся с ним. Едва узнал.
— А каким вы видите его облик? — осторожно поинтересовалась Элге, пытаясь избавиться от заполнивших воображение образов смертельной схватки. — Он говорил, мало кто может видеть его лицо, обычно вместо него…
— Я лицо всегда видел. Волосы, голос до недавнего времени были другие. Та первая встреча вышла запоминающейся: брат не спешил кидаться навстречу, проявил почти враждебность, откровенную неприязнь, прогнал меня. Много позже, когда я раз за разом возвращался, не оставляя попыток поговорить, объясниться, он сказал, что на несколько недель после той ночи потерял свою силу. Не мог ничего вообще. Ни послать весточку, ни выйти из Шелтара. Лишиться возможности выйти было самым страшным. Он успел поверить в то, что я тоже от него отказался, раз не искал. И потом, научившись владеть новой силой, выданной аргутами, не один десяток лет делал так, чтобы слухи о Шелтарском колдуне не достигали дворца. Мой народ знал, бегал в лес за желаниями, а я…
— Ты всё-таки разболтал, —
