Все, кроме Крысы.
Кровь кендера, растворённая в человеческой, обычно вела себя спокойно, но иногда она вспыхивала и пузырилась на самой поверхности, словно драконье дыхание. В такие моменты Крыса сходил с ума, готовый на любые безумства. Скучающий кендер — страшная сила, это вам подтвердит любой человек на Ансалоне, а скучающий полукендер — ровно половина такой опасности. Крыса честно проспал почти четыре часа, больше ему и не надо было, а потом потратил час, лично облазив склад сверху донизу в поисках чего-нибудь интересного. Судя по пыли и мякине на полу, раньше здесь хранили зерно, а в углу чердака лежали старые мешки, попорченные местными грызунами. Ничего любопытного, никакой годной для обмена вещи!
Крыса попробовал разговорить Карамона, но был немедленно отогнан со строгим приказом «держать рот на замке, иначе проснётся Рейст». Крыса пытался возразить, что даже гномское Паровое-Визжащее-Устройство-Для-Мойки-Окон, виденное им как-то в юности, не сможет сейчас разбудить мага, но безрезультатно.
Очень кстати ему вспомнилась одна история, связанная с этим гномским изобретением.
Дело в том, что оно так и не научилось мыть окна, зато исправно их било. Взбешённые владельцы домов хотели подать на странствующих механиков в суд, но те заявили, что именно теперь из домов получился самый ясный и прозрачный вид, как и было записано в контракте. Объявив, таким образом, свою полную победу, гномы быстро покинули город… Через некоторое время по их следам прибыли другие гномы из Стекольно-Зеркально-Пряльного-и-Разбивающим-Зеркала-Приносящего-Семь-Лет-Неудачи комитета в поисках горе-изобретателей, но жители смогли показать только в сторону границы…
На самом интересном месте Карамон снова погнал его, а ведь Крыса как раз собирался рассказать, что когда гномы включили машину, а уши мэра внезапно начали кровоточить…
Полукендер грустно поплёлся прочь. Он попробовал пристать к ещё одному телу, спящему в другом углу, но был отринут пожеланием убираться в Бездну. Мастер Сенедж и сержант Немисс ссутулились над картой, планируя вечернее нападение. Это было хоть что-то, и Крыса молча встал рядом, заглядывая командирам через плечо.
— Если верить карте, вот главная улица, ведущая к северным воротам, — говорил Сенедж, водя пальцем по карте. — А вот это здание вполне может укрыть нас, пока…
— А я говорю, что, согласно донесениям шпионов, это здание сгорело дотла месяц назад, — спорила Немисс. — Нам там ничего не светит! И если оно действительно сгорело, то где мы будем прятаться?
— А вот эти заросли деревьев?
— Согласно тому же донесению, они были недавно вырублены. Я знаю, что ты ему не доверяешь, потому что он не предупредил нас о катапультах, но-
— Минутку, Немисс. — Сенедж почувствовал присутствие за спиной. — Чем я могу помочь тебе, солдат?
— Я могу пойти, — доложил Крыса, игнорируя сарказм. — Могу глянуть насчёт того дома и деревьев, есть они или нет. У меня ноги и руки зудят так, что сладу нет. Пожалуйста, командир, мне нужно сделать хоть что-то!
— Страшно? — нахмурился Сенедж.
— Нет, мастер, ему не страшно, — покачала головой сержант Немисс. — Он кендер. Ну, или полукендер.
Лицо мастера Сенеджа стало ещё мрачней.
— Я мог бы сбегать и вернуться за два удара хвоста грифона, — умолял Крыса.
— Без вариантов, — произнёс Сенедж. — Риск, что тебя поймают или опознают, слишком велик.
— Но, мастер…
Сенедж яростно уставился на полукендера и вскочил на ноги:
— Я немедленно прикажу связать тебя, если ты не заткнёшься!
— А знаешь, командир, это хорошая идея, — внезапно усмехнулась Немисс.
— Связать негодяя?
— Да нет, послать его в разведку. Все наши жизни зависят от того, есть укрытие у ворот или нет. Пока Крыса доказывал нам только свою полезность…
Сам Крыса под пристальным взглядом командира старался выглядеть как можно более по-человечески, испарив кендерскую часть.
— Согласен, — наконец произнёс Сенедж. — Информация необходима. Пусть идёт. Но помни, — обратился он к полукендеру, — ты будешь совсем один; если тебя поймают, не рассчитывай на спасение.
— Я все понимаю, — кивнул Крыса. — Меня никто не заметит. Я умею сливаться с толпой так, что никто не обращает на меня внимания, а если и обращает, то через минуту уже забывает.
Мастер Сенедж махнул рукой:
— Тогда давай мигом. Чего ты ждёшь?
— Да, мастер, уже ушёл. — Крыса кивнул и быстро прокрался в тот угол, где спал Рейстлин и стерёг сон брата Карамон. — Карамон, — прошептал полукендер, — мне нужен на время тот мешок…
— Но там же наша еда… — запротестовал Карамон, а потом уныло добавил: — Вернее, то, что от неё осталось.
— Да знаю. Я все верну, обещаю тебе, принесу даже больше!
— Но у тебя есть свой! — продолжал сопротивляться Карамон.
— Посох… — забормотал во сне Рейстлин. — Он мой… нет! — внезапно закричал маг и принялся метаться по соломе.
— Тихо, Рейст, тихо, — зашептал Карамон. — Все в порядке, все нормально. — Он покосился на сержанта Немисс, которая в негодовании их рассматривала. — Твой посох здесь… вот ок, рядом…— Силач вложил древко в сонную руку брата.
Рейстлин мёртвой хваткой сжал посох и немедленно успокоился, снова ровно задышав.
— Если он ещё раз так завопит, сержант будет в ярости, — заметил Крыса.
— Знаю, поэтому я и рядом, — ответил Карамон. — Со мной он ведёт себя тише. Не знаю, что случилось, обычно с ним такого не бывает.
— Наверное, думает, что его посох снова хотят украсть, — пожал плечами Крыса. Сейчас Рейстлин его совершенно не интересовал. — Давай, Карамон, гони свой мешок.
Крыса повесил свой мешок на одно плечо, а мешок силача на другое.
— Мне бы, конечно, надо побольше, но, боюсь, никто не даст… Плохо, что я коротко подстригся… А как вот так смотрится? — Крыса взъерошил свою короткую шевелюру и мило и обезоруживающе улыбнулся.
— Надо же! — воскликнул удивлённый Карамон. — Ты выглядишь в точности как кендер! Не обижайся… — добавил он, зная, как чувствителен его друг к этому вопросу.
— Все в порядке, — заулыбался Крыса. — Это именно то, что я хотел услышать. Ну, увидимся!
— А ты куда? — удивился Карамон.
— В разведку, — гордо ответил Крыса.
В окружённом стенами городе каждый знает в лицо всех соседей, и любой приезжий быстро выделяется в толпе, как бы обыденно он ни выглядел. Теперь, в глухой осаде, жителями Безнадёжности овладела глухая подозрительность. Люди расхаживали по улицам вооружённые до зубов, и любой подозрительный немедленно задерживался и допрашивался. Кроме кендеров.
Проблема тут в том, что кендер никогда не выглядит похожим сам на себя дважды. Он или поменялся одеждой с другом, или украл её у врага, а может, просто стянул понравившуюся тряпку с забора. Сегодня у него цветы в волосах, а завтра он весь вымазан кленовым сиропом. У него могут быть сапоги, могут быть ваши сапоги, а также он может просто носиться босиком.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
