у него свободу, сделав его роботом. Ты запретил ему жить. Я не позволю тебе уничтожить его, похоронить заживо и забрать у него свободу. Ясно? Я убью тебя, ради него. Ты не даёшь ему дышать. Ты сделал это с ним. Это твоя вина, что он боится доверять людям, боится быть другим и боится любить.
Доналл приоткрывает рот, словно я рассказываю ему о том, что я чёртов единорог с волшебной палочкой.
— Энрика, всё совсем не так…
— Не так? А как? Ты не оставляешь его в покое. Ты постоянно вынуждаешь его прогибаться под тебя. Слэйн отдалился. Он и так был сломлен, когда мы встретились, а теперь считает себя животным. Что ты, мать твою, сделал с ним? Наркотики, да? Знаю, Слэйн рассказал. Ты напичкал его этой гадостью, как пичкал и других. Мой отец из-за этого погиб, он спасал людей от тебя, и я продолжу его дело. Ты причина того, почему никто не может быть счастлив. Я возьму на себя этот грех и твою смерть, но оставлю Слэйну свободу выбора будущего.
— Ты не он, дорогая. Ты не сможешь убить человека. Тебе не нужен этот грех, — едва слышно произносит Доналл. У меня внутри бушует странное чувство, когда он прикрывает глаза, не защищаясь и не пытаясь обезвредить меня. Это чертовски странно, и мой палец, лежащий на курке, дрожит.
Внезапно боль ударяет по моему запястью. Я вскрикиваю, и в следующий момент пистолет оказывается в руке у Доналла. Он наставляет его на свой висок. Не на мой, а на свой.
Господи…
Глава 38
Грохот раздаётся у меня за спиной. Кто-то хватает меня за волосы и тянет назад. Крича от боли, я падаю на пол и с ужасом смотрю на Слэйна, одним взмахом вырубающего своего отца ударом в голову. Доналл оказывается у моих ног, пистолет лежит рядом. Я в шоке даже забываю, что должна дышать.
— Какого хрена ты делаешь? — Слэйн хватает меня за плечи и встряхивает.
— Убиваю, — отвечаю, дрожащим голосом.
— Идиотка, — рыча, он взваливает меня на плечо и быстро идёт вон из кабинета. Смотрю на тело Доналла, лежащее на полу, и не вижу пистолета в его руке. Я тяжело дышу, и меня начинает тошнить от того, что сейчас случилось.
Никто не встречается у нас на пути, даже чёртов дворецкий. А у меня в крови повышается уровень адреналина, и от этого начинает трясти.
— Отпусти меня! Я убью его! — визжу, ударяя Слэйна по спине. Я выгибаюсь у него в руках, луплю его ногами и руками. Он оступается, спускаясь по лестнице, но удерживает меня. Моя туфля падает с ноги, и я снова принимаюсь колотить Слэйна и орать во всё горло.
— Отпусти! Дай мне это сделать, чёрт возьми! Это моя война, а не твоя! Это я должна…
Мои слова превращаются в крик, когда Слэйн бросает меня на траву. Я ударяюсь всем телом и скулю, катаясь по траве. Чёрт, это больно.
Злясь, сдуваю с лица пряди волос и поднимаюсь на ноги. Скидываю с ноги и отбрасываю в сторону туфлю.
Слэйн стоит напротив меня сильный, мощный и готовый защищать грёбаного ублюдка. Это безумно выводит меня из себя!
С криком бегу на него, понимая, что это не совсем женское занятие драться с мужчиной, но выбора нет. Ещё немного, и Доналл убил бы себя. Это было бы самоубийство и свобода для Слэйна, который всё испортил.
Пытаюсь обойти Слэйна, но он блокирует мне проход к дому. Толкает меня в плечи, совсем легко, и рычит. Его глаза становятся безумными и тёмными. Я никогда не видела у него такого цвета глаз. Словно чёрные краски заполняют всё пространство, описывая то, что происходит с его сердцем.
— Я побью тебя, — грожусь, быстро дыша.
— Давай. Это будет весело, — усмехается он, хрустя шеей и разминая её.
— Ты что серьёзно? Будешь бить меня? — хмурясь, спрашиваю.
— Дай мне повод, Энрика, — отвечает он, играя пальцами и подзывая меня к себе.
— Ненавижу тебя, придурок!
Кричу и снова нападаю на него, Слэйн уворачивается, но всё же не даёт мне пройти дальше. Он делает подсечку, и я падаю на траву.
— Это ведь больно, — вою я, хныча от боли.
— Больно? Ты ни хрена не знаешь, что такое больно, Энрика. Иди в машину, — спокойно говорит он.
Открываю глаза и яростно встаю на ноги.
— Нет. Почему ты не дал мне это сделать?
— Потому что это преступление, Энрика! За убийство сажают!
— Тебя же не посадили, — замечаю я, стуча пальцем по губам. Слэйн выпрямляется и тяжело вздыхает.
— Меня прикрывают. Тебя некому прикрывать. Чем ты думала? Задницей?
— Я не удивлена, что у тебя задница вместо сердца, у меня же там сердце! — ядовито шиплю.
— В машину, — приказывает он.
Прищуриваюсь, и он делает то же самое.
С ором, как чёртова амазонка, прыгаю на него. Платье задирается до талии. Я цепляюсь за его плечи и пытаюсь карабкаться по нему, как по препятствию.
— Энрика, я сделаю тебе больно! — кричит Слэйн.
— А ты уже сделал! Это ответная реакция! — Впиваюсь ногтями ему в шею, и он шипит от боли. Рывком хватает меня за талию и бросает на землю.
— Да твою ж мать! — ору я от боли. — Хватит меня швырять! Ты мне все кости переломаешь!
— По крайней мере, ты останешься живой. Ты что, разодрала мою кожу?
Приоткрываю глаза и приподнимаюсь на локтях. На пальцах Слэйна блестит кровь, и я улыбаюсь.
— Ага, так и есть. Ну что, будешь ещё драться со мной или дашь мне закончить всё? Обещаю, тогда сяду в машину, — говорю, облизывая губы. Чёрт, мои лёгкие горят. Я не уверена в том, что смогу его победить. Точнее, я, вообще, в этом не уверена.
— Убить его? Что ты этим докажешь? Отомстишь за своего отца? За боль? За горе? Сядешь в тюрьму? Это ты планируешь? — злобно рычит он.
— Да! Я убью его! — кричу, выставляя руки перед собой, и бегу. Слэйн пытается схватить меня, но я наклоняюсь. Мои руки обхватывают его талию, и я заваливаю его на траву. Он кряхтит от удара всем телом о землю, но затем я оказываюсь на лопатках. Он слишком быстрый для меня.
— Зачем? Не делай глупостей! Энрика, успокойся!
— Пошёл ты! — Отплёвывая волосы, бью его коленом между ног, это слабое место у всех мужчин. Слэйн жмурится от боли, и я перекатываюсь вместе с ним. Снова седлаю его и хочу встать, чтобы побежать, но опять он переворачивает меня.
Я ору и бью его по плечам, затем ногами. Теперь же Слэйн легко уворачивается, и мои ноги оказываются раскинутыми, а он устраивается между ними.
— Почему? — выдыхаю я, смачивая губы. — Ведь всё было бы проще.
— Что проще, Энрика? Думаешь, с его смертью ты воскресишь мёртвых? — Яростно Слэйн надавливает на мои запястья, прижимая их к траве.
— Ты совсем глупый? — спрашиваю его. Наши взгляды встречаются, и это лишает меня сил бороться с ним. Я больше не могу с ним драться, это глупо. Я просто вымотана. Да и проигрывать тоже не хочу. Хотя… кажется, я уже побеждена.
— Я же хотела освободить тебя. При чём здесь мой отец, Слэйн? Всё дело в тебе. Я не придумала другого способа, как только дать тебе право выбора, как жить дальше. Он не позволяет тебе это. Он подсадил тебя на наркотики. Он… убивает тебя. Думаешь, я буду смотреть на это спокойно? Думаешь, я просто развернусь и уйду, забуду о тебе? Нет, любовь другая. Она даёт силы бороться за того, кого любишь. Я боролась за тебя, Слэйн.
Из моих глаз скатываются слёзы. Его глаза светлеют, и в них среди черноты появляется моя любимая синева.
— Я знаю, что не могу вернуть свою семью, но могла помочь тебе избавиться от этого гнёта. Мои мысли полностью заняты тобой, и я не верю в то, что выхода нет. Он есть. Он был у меня в руках, пока ты всё не испортил. Я бы смогла убить его, — мой голос
