Ростислав Борисович еще пару секунд в упор смотрел на Кирилла, потом отвел взгляд и махнул рукой на другой конец зала.
– На краю нашей парковки есть будка, ход ведет туда. Но дальше расположен магазин, два дня назад между ним и стоянкой начался бой, кто-то напал на варханский патруль. Мы не вмешивались, но было несколько взрывов, и будка обрушилась.
– Ну так можно там выйти или нет? – спросил Леша.
– Можно, но надо разгребать.
Глухие удары смолкли, наступила тишина. Явсен повторил, просительно заглядывая в глаза Кирилла:
– Лазарич!
– Ты ведь почти не умеешь по-русски… – начал Кир.
– Зато я знаю их язык, – негромко произнес Денис за спиной Лагойды.
Вверху что-то обрушилось, и всё вокруг дрогнуло. Замигали лампочки, скрипнули столы, присевшие люди схватились за них. Проникший сквозь перекрытие грохот заглушил голос Дениса, и Кир подумал, что мог ослышаться.
Удары в дверь прекратились, сверху полился тяжелый низкий рокот. Лабус по-прежнему караулил Явсена, а Сотник и Курортник повернулись к площадке с дверью, за которой начиналась лестница. Перед площадкой, подняв оружие, стояли охранники «Старбайта».
– Ростислав Борисович, что нам делать? – спросил Григоренко.
– Караулить и молчать! – рявкнул Лагойда.
Выпрямившись, Кирилл обратился к Денису:
– Ты знаешь их язык? Или я не так тебя понял?
– Точно ты понял, Кирюха! – вскричал Леша. – Так он и сказал!
– Немного, – кивнул ученый. – Совсем немного.
– Где Айзенбах? – спросил Игорь у Лагойды. – В какой комнате? Слушай, Ростислав, у тебя нет выбора – веди нас к нему.
– И нет времени, – добавил Курортник. – Веди, иначе мы сами пойдем.
Светловолосый быстро переводил взгляд с одного на другого. Наконец сказал:
– Вам это ничего не даст. Шеф…
Вверху грохнуло, и снова все содрогнулось. Две из пяти лампочек погасли, в зале стало сумеречно. Последовал второй удар, за ним третий.
– Сломали фасадную стену, – объявил Лабус. – Наверное, трактор свой загнали прямо в дом. На нем кран, видели? На крюки повесили что-то тяжелое, поднимают и…
Очередной удар заглушил его голос. Теперь в потолок колотили с периодичностью в четыре-пять секунд, и Кирилл очень живо представил себе стоящую в проломе стены варханскую машину, стрелу крана, трос и тройной крюк, на который подвешено что-то железное и тяжелое. Водитель двигает рычаг, прижимает и отпускает педаль, гудит лебедка, трос с грузом поднимается – и обрушивается на пол.
– Манкевич, Партизанов, Григоренко! – крикнул Лагойда. – Ко второму выходу, разбирать завал! Миша – со мной. Ты! – он показал на Багрянца. – Тоже к завалу, быстро!
Павел глянул на Сотника, тот кивнул, и курсант поспешил к дальней двери вслед за охранниками.
– Так что с шефом твоим, Борисыч, я так и не понял? – спросил Леша. Он и Яков по-прежнему стояли по сторонам от Кирилла.
– Сейчас увидите, – сказал Ростислав Борисович, направляясь к двери.
– Явсен Лазарич идти! – заявил пеон и широкими шагами двинулся следом.
Пересекая вместе с остальными короткий коридор, Кирилл, слегка приотстав, поравнялся с Денисом.
– Ты сказал, что знаешь их язык. Откуда?
Ученый казался парнем слегка не от мира сего – смотрит прямо перед собой, губы поджаты, движения скупые, сдержанные, словно постоянно боится что-нибудь зацепить, опрокинуть, разбить. И очки эти темные… зачем, при таком-то освещении? Хотя Кирилл понимал, что и сам не слишком обычный человек, поэтому снисходительно относился к чужим странностям.
– Откуда? – повторил он.
– У нас ведь была связь, – ровным голосом произнес Денис, не глядя на него. – Через передатчик. Я изучал, вникал.
Прежде чем Кир успел задать следующий вопрос, коридор привел в длинную комнату г-образной формы. Сервант с телевизором, стол, стулья… Ближе к дальнему концу помещения стояла металлическая койка на высоких ножках с колесиками.
Там под одеялом лежал Артемий Лазаревич Айзенбах. Голова замотана бинтами, от капельницы трубка идет к катетеру на сгибе локтя. Лежащая поверх одеяла рука была неестественно худой, да еще и с легким синеватым отливом – казалось, она принадлежит мертвецу.
Кирилл подошел к койке. Лицо у Айзенбаха было совсем бледным, глаза закрыты. Кир поднял вопросительный взгляд на Лагойду, за спиной которого маячил Миша, но начальник службы безопасности «Старбайта» смотрел на Сотника с Курортником и Лабусом, вставших по другую сторону кровати.
– Что с ним? – спросил Кирилл.
Сзади зашуршали. Во второй половине комнаты, невидимой от входной двери, возле прикрученной к стене раковины с краном стоял стеклянный медицинский шкаф, полный склянок и флаконов. Перед ним на стуле спала, тихо посапывая, красивая темноволосая женщина в таком же, как у Дениса, халате.
– Лазарич? – громко спросил Явсен.
Женщина вздрогнула, подняла голову. Протерев глаза, вскочила и бросилась к гостям со словами: «Вам сюда нельзя!»
– Виктория, помолчи, – сказал Лагойда, но она оттолкнула его.
– Уходите! Тёма болен, его нельзя…
– Артем не просто болен, он вот-вот умрет, – безжалостно отрезал Лагойда. – Не мешай нам.
– Что с ним? – спросил Игорь.
– Мы были снаружи, когда все началось, – ответил Ростислав Борисович. – В нескольких кварталах, мы как раз ехали в офис, потому что должен был появиться… этот. – Он кивнул на Кирилла. – Машина встала. Потом появились варханы. Когда мы прорывались к офису, шеф попал под их машину. Получил переломы и очень сильное сотрясение.
– А вчера вечером было кровоизлияние! – всхлипнула Виктория. Она держала Айзенбаха за руку и гладила ее, кусая губы.
Яков переглянулся с Кириллом.
– Немного совсем опоздали, Кирюша, если бы вчера…
– Ростислав Борисыч! – зычно крикнул один «бычок» из зала. – Мы расчищаем, но они дверь уже почти сломали!
– Значит – поторопитесь! – ответил Лагойда.
– Он может говорить? – Кир нагнулся над койкой, заглядывая в лицо умирающего. – Артемий! Что это была за программа? Та, которую я должен был залить на лабораторные машины? Это вирус? Зачем…
– Прекратите, Тёма ничего не слышит! Он в коме, вы что, не понимаете?! – Слезы катились по лицу Виктории. – Он на грани смерти. На грани! Нужен хороший медицинский центр, оборудование, лекарства, врачи! Мы должны вывезти его отсюда! Я говорила им, но они не хотят!
– Из-под купола не выйти, – возразил Кирилл и потребовал у Лагойды с Денисом: – Если он не говорит – отвечайте вы! Что все это означает? Откуда ты знаешь их язык? Как…
– Да заткнись ты! – презрительно бросил Лагойда. – Из-за тебя, сука, все произошло! Это я тебе сейчас вопросы задавать буду!
Позади него раздался звук удара, короткий крик охранника Миши, и через мгновение в затылок Лагойды уперся ствол «грача».
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
