Читаем без скачивания Наковальня Льда (Зима Мира - 1) - Майкл Роэн

Элоф постигал суть безмолвной борьбы, разворачивавшейся вокруг него. Растения наползали друг на друга, лепились к стволам высоких деревьев, словно назойливые дети. То была борьба за место под солнцем, медленная, но беспощадная битва за выживание. Человеку, способному почувствовать это, невольно становилось не по себе. Элоф как будто стоял среди статуй воинов, застывших в различных позах, и видел, как течет кровь. Лес внезапно показался ему опасным местом, полным ревнивой и злокозненной жизни, и он поспешил догнать остальных. Теперь он лучше понимал, что имел в виду Керморван.

Прошло еще около часа, а они по-прежнему спускались по пологому склону. Свет над головой становился все более тусклым, а деревья - еще выше и грознее в своем спокойном величии. Илс тревожно вглядывалась в сумерки:

- Как долго нам осталось идти? Я еще не вижу противоположного склона.

Керморван кивнул:

- Мы не успеем пройти до темноты. Боюсь, Элоф...

Но Элоф жестом призвал его к молчанию, и они замерли, прислушиваясь. Крики птиц почти совсем стихли, звук бегущей воды внизу доносился громче, но в нем появилась новая нота - шелест, тихое постукивание, легкий треск... Керморван поднял голову, и первые капли упали ему на лицо.

- Дождь, - сказал он. - Ну что ж, кроны деревьев послужат нам укрытием, и одно место не лучше, чем другое. Поспешим!

Они надели плащи, подняли капюшоны и двинулись дальше. Ветер раскачивал вершины деревьев и посылал вниз танцующие вереницы последних осенних листьев. Запах перегноя и палой листвы усилился, сгустился, стал почти обволакивающим. Лиственная крыша не останавливала дождь, но пропускала его медленными, тяжелыми каплями или дымкой мелких брызг, проникавших повсюду. Через несколько минут они промокли насквозь и не слышали ничего, кроме тихого, неустанного шелеста. Монотонный звук убаюкивал разум и притуплял чувства.

Тогда это и случилось. Элоф услышал лишь внезапный свист ветра и скрип веток над головой, а потом что-то обрушилось сверху ему на плечи. Он изогнулся, попытался достать свой меч, но его пальцы лишь скользнули по гладкой обнаженной коже какого-то существа, мокрой от дождя. Потом он вдруг оказался распростертым ничком; колено противника давило ему на копчик, а тяжелая палка упиралась в шею, вдавливая лицо в мягкую подушку из опавших листьев. Где-то рядом барахталась и ругалась Илс. Элоф отчаянным рывком освободился от сковывавшей его хватки и краем глаза заметил Керморвана. Воин по-прежнему стоял на ногах, с обнаженным мечом, окруженный кольцом неясных силуэтов. В следующее мгновение на его затылок обрушился новый удар, и он упал на колени. До него доносился приглушенный топот, лязг оружия, яростные выкрики. Затем его грубо подняли на ноги и погнали вперед. Он оступался и спотыкался; чьи-то сильные пальцы заломили ему руки за спину. Перед его помутившимся взором предстала Илс - растрепанная и взбешенная, но невредимая. Ее точно так же удерживали сзади.

- Не сопротивляйся! - прошипела она. - Смертельная опасность! Это Дети Тапиау!

Лишь тогда Элоф ясно разглядел странные фигуры, державшие ее. Зрелище было не из приятных. Они имели человеческий облик, но были нечеловечески высокими и гибкими, почти вдвое выше Илс, с очень длинными конечностями и кожей оттенка светлого меда. Они почти не носили одежды, и с первого взгляда показались ему еще более дикими, чем эквешцы. Все это он успел заметить за несколько кратких мгновений, прежде чем схватка вокруг Керморвана возобновилась. Чье-то тело рухнуло к его ногам. Пальцы, удерживавшие его руки, разжались, и он упал лицом вниз на пути другой бегущей фигуры, перепрыгнувшей через него на ходу и исчезнувшей в кустах. Вокруг звенели крики; Элоф вскочил, рванул черный клинок из ножен и набросился на существ, державших Илс. Они отпустили девушку и отступили легкой, танцующей походкой. Один из них бросил копье. Элоф взмахнул мечом и разрубил его в щепки.

Внезапно все стихло. В густом подлеске не было слышно ни топота, ни других звуков бегства. Илс пружинисто вскочила на ноги и указала куда-то в сторону. Обернувшись, Элоф увидел Керморвана, тяжело дышавшего, в разорванном плаще и с окровавленным клинком. У ног воина, слабо дергаясь, лежало одно из странных существ. Кузнец подошел ближе и разинул рот от изумления. Под пыльными кожаными доспехами, усаженными бронзовыми заклепками, безошибочно угадывалось женское тело.

- Что это за лесные демоны? - выдохнул Керморван. Он выглядел очень встревоженным.

На руке женщины зияла глубокая резаная рана, и лужица натекшей крови уже впиталась в мягкую почву рядом с обломками того, что когда-то было костяной пикой или багром с загнутыми крюками, отходившими от острого наконечника. Керморван с Элофом беспомощно переглянулись. Это был враг, но разве они могли допустить, чтобы она истекла кровью у них на глазах? Их самих лишь удерживали, хотя могли без труда заколоть или перерезать глотки. Кроме того, женщина могла послужить заложницей. Внезапно, не говоря ни слова, Керморван опустился на колени и свел края раны сильными пальцами. Илс с Элофом рылись в своих мешках в поисках бинтов и целебной мази.

- Эту рану следовало бы зашить, - проворчал Керморван, - но у нас нет времени. Тугая повязка пока что остановит кровотечение; будем надеяться, что ее друзья обладают лекарскими познаниями. Элоф, зафиксируй ей руку, вот так. Илс, стой на страже. Интересно все же, что это за полулюди?

Элоф осторожно приподнял длинную руку и едва не выпустил ее, когда увидел вблизи. Она была почти в полтора раза длиннее его собственной руки и пугающе непохожей на человеческую, как будто обычную руку взяли и растянули, но не сделали тоньше. Четыре основные кости и пальцы руки были гораздо длиннее обычного; в расслабленном положении они слегка загибались к ладони. Большой палец был непропорционально маленьким и дальше отставлен вбок. Мускулы и сухожилия узлами выпирали по всей длине руки, как и вокруг пальцев, создавая впечатление жилистой, неутомимой силы. Он представил себе, как такие руки могли бы выполнять тонкую работу у наковальни, и покачал головой. Неудивительно, что они так примитивны! Но какая-то смутная мысль беспокоила Элофа. Он взглянул на кожаную упряжь, заменявшую одежду, и снова подивился. То была не грубая набедренная повязка, как ему сперва показалось, но выделанная полоска мягкой кожи, обернутая вокруг бедер женщины, с широким поясом из того же материала. Удобная одежда - если тот, кто ее носит, больше заботится о своей защите, а не о приличиях. Вглядевшись пристальнее, он заметил узор, вытисненный на коже. Такой же узор, еще более отчетливый, имелся на широких, усаженных заклепками кожаных полосах, отходивших от пояса и туго стягивавших грудь. Снова соображения защиты и удобства, но никак не приличия. Это напоминало боевые доспехи разведчика или бойца летучего отряда, сведенные к абсолютному минимуму. Элоф взглянул на ноги женщины, ожидая увидеть легкую обувь, и похолодел. Они были обнаженными, такой же странной формы, как и руки, но почему-то еще более отталкивающими. Каково же будет лицо? Оно было скрыто под спутанной массой каштановых волос; кузнец осторожно отодвинул их в сторону и вздрогнул. Глаза сверкали ледяной зеленью, широко расставленные, дикие и раскосые, как у хищного зверя. Губы растянулись в тонкую линию над оскаленными зубами. Лицо выглядело настолько диким, что Элофу показалось, будто она вот-вот бросится на него, но затем он понял, что видит гримасу ужаса на вполне человеческих чертах. Он открыл было рот, собираясь успокоить ее, но промолчал. Керморван закончил перевязку и проворно примотал согнутую в локте руку к туловищу женщины.