— Оставайся здесь. Я спущусь вниз и посмотрю сам, — немного поколебавшись, сказал Хетес.
В первую минуту он ничего не понял. Кричала какая-то девушка, темнокожая, с густыми вьющимися волосами. Она упала на колени и билась головой о плиты, которыми был вымощен двор. Безмолвная и бледная Тия застыла, прижав руки к груди. Рядом стояли растерянные дети.
— Ты уверен? — спросила Тия измученного, запыхавшегося раба.
— Да, — отвечал тот. — Хозяина завалило камнями. А еще — женщину. Никто не знает, кто она такая.
— Он умер?! — Голос Тии прозвучал пронзительно и резко.
— Господин Джедхор сказал, что да. На них обрушилась груда камней. Сейчас рабочие разбирают завал.
Тия расхаживала взад-вперед по двору. Она то гладила по голове Мериба-младшего, то обнимала Харую.
Хетес отступил в тень, потом вернулся в комнату Анок и осторожно сообщил о случившемся. Девушка села на кровать и сказала, что никуда не пойдет, пока не узнает правду об участи брата.
Во двор внесли носилки. Первой Тия увидела женщину. Ее тело было раздроблено, изувечено, разбито камнями. Однако Тия узнала тонкий кожаный браслет на ее запястье.
Она нашла в себе силы сказать:
— Я знаю эту несчастную. Отправьте ее тело в дом военачальника Интеба.
В этот момент Мериб, которого внесли следом, медленно открыл глаза и встретился взглядом с глазами жены. И почти тут же потерял сознание.
Тия прижала ладонь к губам и заглушила крик, однако в ее взоре отразился ужас. Голова, лицо и верхняя часть тела Мериба почти не пострадали, однако белая ткань, прикрывавшая туловище ниже пояса, насквозь пропиталась кровью.
Кто-то воскликнул:
— Позовите лекаря!
Хетес, который вновь спустился вниз, растолкал толпу и набросился на рабов:
— У вас хватило ума везти умирающего сюда!
— Хозяин сказал, что хочет проститься с семьей.
— Они бы могли приехать к нему!
— Он приказал везти его домой, — продолжал твердить раб.
Хетес в досаде махнул рукой, потом обратился к Тие:
— Надо перенести твоего мужа в дом и, если он снова очнется, дать ему опиум, иначе он сойдет с ума от боли. Уведи детей и пошли за врачом. Я постараюсь что-нибудь сделать до его прихода.
— Я послала за двумя лекарями. Надеюсь, они скоро придут.
В это время в ворота вошел помощник Мериба, и Тия, устремившись к нему, тихо сказала, чтобы мог слышать только он:
— Как вы осмелились сюда явиться?! Вы убийца, Джедхор!
Встретив ее обвиняющий, ненавидящий взор, мужчина развел руками.
— Я ничего не делал! В гробницу проникла какая-то женщина; я находился снаружи. Я не знаю, что произошло между ней и Мерибом и почему случился обвал.
Тия резко повернулась и побежала вслед за рабами, которые несли Мериба. Она принесла все лекарства, какие хранились в доме. Хетес взял у нее шкатулку и велел покинуть комнату.
Хнут все еще сидела на земле, обняв руками колени и уткнув в них лицо. Тия помогла ей встать и сказала:
— Прошу, побудь с детьми.
— Я должна находиться рядом с господином! — прошептала девушка. — И сейчас, и после его смерти. Я знаю, что не заслужила такой чести, однако это единственное, в чем заключается смысл моей жизни.
По ее смуглому лицу текли слезы и кровь. Лоб невольницы был разбит о каменные плиты. Хнут смотрела в глаза Тии, и молодая женщина вдруг увидела то, чего не замечала прежде. Эта девушка была предана Мерибу не так, как служанка бывает предана хозяину, — она любила его, как женщина любит мужчину. Любила, несмотря на то что он видел в ней только рабыню, что, возможно, был повинен в смерти ее ребенка.
Хнут должна была ненавидеть ее, Тию, а вместо этого служила ей верой и правдой.
Во двор вошел запыхавшийся лекарь. Вскоре прибыл еще один, он приехал на носилках в сопровождении двух помощников. Оба врача когда-то принимали у Тии роды. У молодой женщины сжалось сердце. Ее несчастные дети! Мериб-младший, который редко плакал и нечасто смеялся, был растерян и расстроен до глубины души и все время просился к отцу. Харуя смотрела непонимающе и испуганно. Доведется ли им увидеть его живым?
Тия до боли стиснула пальцы и прикусила губу. Она была виновата в том, что хотела смерти Мериба! Она убила его беспрестанным желанием жестокого избавления! А теперь, как и Хнут, была готова пожертвовать чем угодно, лишь бы он выжил. Впервые мысли о Тамите отодвинулись вглубь сознания, а любовь к нему показалась костром, присыпанным пеплом.
Тия вспомнила о Джемет. Зачем эта женщина приходила к Мерибу?
Потянулись долгие, невыносимо томительные минуты. Потом из дома вышел врач, за ним второй.
— Он еще жив.
— Мы сделали все, что могли.
— Повреждения очень велики; если он выживет, это будет похоже на чудо.
— Он пришел в себя и хочет, чтобы вы, госпожа, собрали всех домочадцев. Господин Мериб желает отдать последние распоряжения.
Тия подавила рыдания и вошла в дом вместе с Хнут.
Мериб лежал неподвижно, и молодой женщине казалось, что она видит, как в нем затухает жизнь. Простыня, которой он был укрыт, неровно вздымалась и опускалась на груди. Лицо Мериба было на удивление спокойным, почти отрешенным, словно какая-то часть его существа уже принадлежала другому миру. Повинуясь его просьбе, члены семьи и слуги встали вокруг ложа.
Мериб нашел глазами Джедхора.
— У нас остались незавершенные заказы. Поручаю тебе закончить их от моего имени. Ты всегда стремился занять мое место. Я предоставляю тебе такую возможность. Если у тебя есть талант, ты справишься. Больше тебе ничего не поможет. И еще: я не отдам тебе Анок. Прости, но я передумал.
Он перевел дыхание и обратился к сыну:
— Мериб! Постарайся стать тем, кем хочешь стать. О будущем Харуи позаботится твоя мать, а тебе придется строить его самому.
Хетес подвел к ложу Анок. Девушка смотрела остановившимся взглядом и двигалась как во сне.
— Анок, — голос Мериба дрогнул, — прости за то, что я уделял тебе мало внимания и думал только о себе. Теперь ты свободна. Выходи замуж за кого хочешь и будь счастлива. — Он скосил глаза на Хетеса. — Лекари сказали, ты все сделал правильно. Благодарю за то, что продлил мне жизнь. Я нуждался в этих минутах.
— Это не я, — испытывая неловкость, произнес Хетес, — это боги. Быть может, они сделают так, что ты останешься жив!
— Я не хочу, чтобы ты умирал! — прошептала Анок и прижала руки к груди.
Мериб тяжело вздохнул и ничего не ответил.
К ложу подошла Хнут и опустилась на колени.
— Господин! Позвольте сопровождать вас в загробный мир!
— Нет! — отрезал Мериб и позвал брата Тии: — Тимес! Возьми папирус и запиши: рабыня Хнут получает свободу и десять дебенов золота. — После чего при всех сказал девушке: — Я не знаю, отчего умер твой сын. В этом нет моей вины. Да, я не хотел признавать его своим. Но если бы я мог вернуть прошлое, то, клянусь, поступил бы иначе.
